вторая. ТЕОКРАТИЯ

Раздел I

Богочеловечество и зло

Идея Воплощения — мысль о том, что Бог однажды воплотился в человека, — представляется очень глубокой. Здесь завязан целый узел мыслей и выводов из жизненного опыта, в чем многие христиане еще не отдают себе отчета.

Ж. Герш

Два “факта”

Философия Соловьева не является ни философией плоского оптимизма, ни философией отчаяния. Она находится на противоположном полюсе как по отношению к концепциям, которые отрицают “порчу” мира, его заражение Грехом и злом (Руссо, Л. Толстой), так и по отношению к концепциям, утверждающим, что сами основы мира во зле коренятся (например, Э. фон Гартман, А. Шопенгауэр). Хотя Соловьев и подчеркивает значение Евангельской истины о том, что “мир весь во зле лежит “ (Ин, 5Ч9)[1], его подход к проблеме зла определяется попыткой не разделять, а связать между собой “пессимистическое” и “оптимистическое” начало. Окончательный смысл истины о мире, “лежащем во зле”, выявляется для него в свете еще более фундаментальной христианской истины о Воплощении Бога. Поэтому прав М. Здзеховский, который пишет, что Соловьев “противопоставлял злому началу религию истинного Бога как единственную силу, способную бороться со злом; сущность этой религии он сводил к тому, что Бог стал

человеком”[2]. Личное Воплощение Бога, Вселение бога в человека как окончательное и полное Явление Бога человеку и основанная таким образом “религия Богочеловечества”, к которой постепенно приближались и которую подготовляли другие религии и теофании, — это, не говоря уже о чисто религиозном измерении данного события, истинный ответ Бога на вопрос о господствующем в мире зле. Бог сам вошел в человеческую историю, и своим Воплощением, этим “Богочеловеческим поступком” как пишет Соловьев, призвал человека на борьбу со злом, в котором “лежит мир”.

“Положение о том, что Бог стал человеком, — писал Г.-У. Балтазар, — является несомненно центральным пунктом христианского послания. Для любой другой религии, как и разного рода “мировоззрений”, это положение неприемлемо, в принципе невозможно. Оно выделяет христианство среди всех других концепций мира и вероучений”. Однако именно этот тезис, это “положение”, эта формула, содержащаяся в Прологе Евангелия от Иоанна, утверждает Соловьев, определяет сущность христианства, и только в свете этого “события”, этого “факта” можно полностью и до конца понять другой “факт”, о котором свидетельствует христианская традиция: “факт” падения, Греха, “факт” зла (“Зло есть всемирный факт, ибо всякая жизнь в природе начинается с борьбы и злобы, продолжается в страдании и рабстве, кончается смертью и тлением. Всеобщий факт мы считаем законом”). Одним словом, согласно учению нашего философа, проблему зла невозможно понять и до конца осмыслить без соотношения ее с другой проблемой — о смысле Воплощения. И наоборот: окончательный смысл Воплощения является ключом к решению проблемы зла. Оба этих “факта” “факт” Воплощения и “факт” зла, в известным смысле как бы симметричны по отношению друг к другу, и вне этой связи друг с другом их невозможно понять.

Согласно Соловьеву, истинная новизна христианства по отношению к другим религиям заключается в том, что только хрис-

тианство является религией Богочеловека. Суть христианства (говоря языком Фейербаха) для Соловьева — не христианское вероучение и не христианский моральный кодекс. Суть христианства для него — это историческое событие “вочеловечения” Бога: Воплощение, тот Факт, что “Бог стал человеком” (Verbum саго factum est; Л6уо<; оар? еуеуето). Соловьев цитирует слова из Пролога к Евангелию от Иоанна: “И Слово стало плотию и обитало с нами”[3]. Именно в этом заключается феномен, неизвестный другим религиям и не имевший повторения ни в одной другой религии, придающий христианству его неповторимую собственную суть, которая не сводится ни к каким другим религиям. Вслед за великим современным теологом Г.-У. фон Бальтазаром, на которого мы уже ссылались выше, можно сказать, что в Воплощенном Боге окончательно проявляется то, что Ветхий Завет называл “Слава” (кавод) и что непосредственно относится к “образу” (Gestalt) Иисуса Христа, Богочеловека, ибо в нем “Слава”, “Великолепие Бога” (Herrlichkeit) проявились полностью и окончательно.

  • [1] ‘Соловьев В.С. Духовные основы жизни // Соловьев В.С. Собр. соч. Т. 3. Брюссель, 1966. С. 351. Эта мысль повторяется также в Чтениях о Богочеловечестве.
  • [2] Zdziechowski М.Pesymizm,romantyzmapodstawychrzescijanstwa. Krakow, 1914-1915. T. 1. S. 317. 2 В a 11 h a s a r H.-U. von. Bog, staj^cy si? czlowiekiem 11 Balthasar H.-U. von. W pelni wiary. Przel. J. Fenrychowa. Krakow, 1991. Также: G о 11 i e r G. Jak Bog staje si? czlowiekiem/ Przet. L. Balter 11 Communio. Miedzynarodowy Przegl^d Teologiczny, 1983, Nr. 3. 3 Соловьев B.C. Духовные основы жизни 11 Соловьев В.С. Собр. соч. Т. 3. Брюссель, 1966 (СПб.). С. 351.
  • [3] Там же. С. 73. 2 См.: Balthasar H.-U. von. Herrlichkeit. Eine Theologische Asthetik. Einsiedeln, 1962. Band 2. Во втором томе этого сочинения, который назван Facher der Stile, в третьей его части, озаглавленной Lokale Stile, автор посвящает Соловьеву обширный раздел (С. 647-718). 3 Среди современных польских исследователей наиболее решительно нашу точку зрения разделяет Я. Добешевский, который свое исследование о “началах идеи Богочеловечества” у автора Оправдания Добра открывает прямым утверждением: “Идея богочеловечества, по нашему убеждению, определяет собой всю философию Соловьева” (Dobies-z е w s k i J. U pocz^tkow idei bogoczlowieczenstwa w filozofii WIodzimierza Sotowjowa 11W kr^gu idei WIodzimierza Sotowjowa. Red. W. Rydzewski i M. Kita. Krakow, 2002. S. 13.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >