Домашний уж (Е. Е. Левкиевская)

В полесской традиции (преимущественно в западных и центральных ареалах) хорошо известны представления об уже, живущем на территории дома или двора, с которым связывается круг характерных мифологических мотивов и сюжетов. Сложность описания полесских представлений о таком уже состоит в том, что этот персонаж в одних текстах осмысляется носителями традиции как мифический хозяин и покровитель дома, необходимый для нормальной жизни в этом доме, а в других случаях такого статуса не имеет и воспринимается как мифологизированное животное или как зооморфный помощник «знающих» людей, отбирающий для них молоко от чужих коров.

Всего в полесских материалах можно выделить четыре варианта представлений об этом персонаже, отличающихся не столько набором функций (в своем большинстве общим для всех вариантов), сколько ценностно-оценочными характеристиками, определяющими его статус в доме. Набор категориальных характеристик, определяющих тип персонажа, по большей части совпадает с категориями, определяющими варианты представлений о домовике (см. главу 27. Домовик). Типологические варианты этого персонажа зависят от ответа на следующие вопросы: 1) наличие такого ужа в пространстве домашней усадьбы — норма или патология; 2) такой уж есть в каждом доме или только у тех, кто занимается колдовством; 3) считается ли он источником благополучия, богатства для семьи и дома или только ворует его у других либо вообще никак не связан с мотивом благосостояния; 4) можно ли убивать такого ужа без негативных последствий для семьи?

В первом случае домашний уж наделяется функциями мифического хозяина и покровителя дома, наличие которого в каждом доме признается нормой и оценивается положительно. Его основная функция — благотворное влияние на благополучие семьи и хозяйства, вод и молочность скота. В текстах явно выражен запрет убивать такого ужа, нарушение которого ведет к смерти членов семьи и разрушению хозяйства. В полесских материалах почти не встречается прямое указание на происхождение этого персонажа из души умершего предка — оно, скорее, реконструируется на основе совокупности его характеристик: порождение блага для семьи, обитание под порогом, в подпечье, в подполье — местах дома, связанных с культом предков, а также явную связь жизни членов семьи (и скота) с жизнью самого ужа, убийство которого приводит к смерти в семье, гибели коровы и пр.

Представления о домашнем уже как духе-покровителе имеют достаточно четкое диалектное распространение — они фиксируются преимущественно в западном и центральном ареалах Полесья: в Брестской обл. и западных районах Гомельской обл., а также в Ровенской обл. и в северо-западных районах Житомирской обл. В Волынской обл. эти свидетельства зафиксированы в районах, прилегающих к Польше и Белоруссии. В восточной части Полесья представление о таком типе домашнего ужа в основном известны в нескольких черниговских и брянских селах, расположенных по течению Десны.

Круг лексики, обозначающей этот тип персонажа, прямо указывает на его статус домашнего хозяина. Сюда относятся названия с корнем *дом~, обозначающие его место обитания и связь с домом: домовы (№ 2, берез, бреет.), домовык (№ 7, пин. бреет.; № 17, Владимир.-волын. волын.), домовик (№ 12, Житков, гом.; №21, сари, ровен.), вуж-домовик (№ 24, овруч. житом.), домовы уж (№ 38, пинск. бреет.), домовыльнык (№ 31, коростень. житом.). Реже, преимущественно на востоке региона, встречается наименование хозяин, указывающее на статус и основную функцию персонажа (№ 32, куликов, черниг.; № 36, стародуб. брян.). Однако чаще всего этот персонаж называется просто ужом.

Важно подчеркнуть, что в своем статусе покровителя дома домашний уж осмысляется носителями традиции как самостоятельный персонаж, а не как зооморфная ипостась антропоморфного домовика, а его внешний вид змеи является единственным и основным его обликом. Поэтому для всей территории распространения персонажа этого типа обозначающая его лексема домовик применительно к другим персонажам, которые могут называться этим же словом (домовику, ласке, ходячему покойнику, летающему змею), является омонимом, а не синонимом.

Вторая разновидность ужа, живущего на территории домашней усадьбы, не наделяется функциями мифологического хозяина, а воспринимается только как мифологизированное животное. Его присутствие в доме или в хлеву просто констатируется, но не объясняется как необходимое, а сам он не осмысляется как источник семейного благополучия — в текстах такого рода отсутствуют указания на его связь с обеспечением блага. Такой уж обозначается своим прямым именем —уж и не называется домовиком или хозяином. В этом случае считается возможным убивать такого ужа без каких-либо пагубных последствий для семьи и хозяйства, но при этом его присутствие в доме не рассматривается как патология, в отличие от двух последующих вариантов.

В-третьих, домашний уж может осмысляться как разновидность духа-обогатителя (Левкиевская 1999а: 147—150), как мифический помощник ведьмы или колдуна, приносящий им благо и богатство, отобранные у других. В этом случае его присутствие на территории усадьбы оценивается отрицательно. Нужно подчеркнуть, что эта функция в полесской традиции может принадлежать еще двум персонажам — летающему змею (см. главу 33-А. Летающий змей и мотив 27.1е. Домовик — летающий змей, приносящий хозяину богатство) и домовику (27.1 ж. Домовик — нечистая сила, которая живет только у колдунов).

В-четвертых, уж, живущий в хлеву или во дворе, осмысляется как своеобразная разновидность порчи, «насылаемая» ведьмами или колдунами во вред другим людям (ср. мотив 27.1 и. Домовика насылают колдуны, злые люди). Диалектное распространение последних двух вариантов в основном совпадает с ареалом представлений о домашнем уже как домашнем покровителе, что наводит на мысль о контаминации разных змеевидных персонажей — домашнего ужа и змеи/ужа как помощника «знающих» людей или их зооморфной ипостаси на основе семантически близкого мотива — высасывания молока у коровы.

Несмотря на принципиальные различия всех четырех вариантов, домашнего ужа объединяет общий круг мотивов и релевантных признаков, позволяющих описывать их в рамках единого целого: внешний вид ужа, место обитания в доме, во дворе или в хлеву, связь с детьми, а также связь со скотом и любовь к молоку.

В полесских материалах содержится не слишком много указаний на особенности внешнего вида такого ужа — в отдельных записях он может отличаться большим или, напротив, маленьким размером, он может быть блестящим, черным, с рожками или красными «заушницами» — пятнами на голове, однако во всех случаях он описывается как обычный (или почти обычный) уж. Часто подчеркивается, что такой уж невидим, что имеет параллели в других славянских традициях, на которых мы остановимся ниже. Местами его обитания на территории усадьбы являются локусы, традиционно наделенные хтонической символикой и связанные с культом предков, — в доме это места под порогом, под печью, в подполе. Кроме того, он может жить в хлеву рядом со скотиной.

Место обитания ужа в доме или в хлеву во многом имеет функциональное распределение. С обитанием в маркированных частях дома обычно связывается его статус мифического покровителя этого дома, а также его связь с детьми, с которыми он часто вместе ест (см. мотив 29.Зв. Домашний уж ест кашу/молоко вместе с детьми). Обитание ужа в хлеву обычно является частью сюжета о его тесной связи с коровой, у которой он сосет молоко (см. мотив 29.4а. Домашний уж сосет у коровы молоко). Уж обвивается вокруг задней ноги коровы и сосет молоко из ее вымени — один из постоянных и наиболее частотных мотивов, характеризующих этот персонаж. Этот мотив имеет свои варианты в зависимости от того, как оценивается такая деятельность ужа. В случае, если уж осмысляется как домашний покровитель, то высасывание им молока у коровы оценивается как функция благотворная, увеличивающая молочность скота (корова, которую сосет уж, дает много молока, а если ужа убить, сдохнет и корова, развалится хозяйство). В другом случае, этот мотив получает негативную оценку из-за того, что корова оказывается без молока, поэтому такое действие ужа расценивается как разновидность вредоносной деятельности ведьм и колдунов по отношению к чужому скоту — уж отбирает все молоко у коровы, она сохнет и болеет. Ср., например: «Гужы ссуть коровы и несуть [молоко] знахорови» (№ 40, Иванов, бреет.). Наконец, в третьем случае эта деятельность ужа оценивается нейтрально, как некая данность, с которой приходится мириться. Таким образом, разница в понятийных вариантах домашнего ужа и его статус во многом обеспечиваются за счет разных оценок одной и той же его функции, а не разницей самих функций. Похожее распределение вариантов этой функции домашнего ужа в зависимости от ее положительной или отрицательной интерпретации встречается на севере Польши (Kazmierski 2011: 147—158).

Полесские представления о домашнем уже являются частью общеславянского образа домашней змеи — единственного общего для всех славянских традиций персонажа, который осмысляется как домашний хозяин и покровитель семьи и ее хозяйства, обитающий в каждом доме (или дворе) и происходящий из души умершего хозяина дома. Представлениям о домашней змее в разных славянских регионах посвящен целый ряд исследований, в частности: (БМ 1995: 342—343; Вражиновски 1995: 73—82; Гура 1997: 307—319; Климова 2000: 162—176; Лев-киевская 19996: 339—341; Георгиева 1983: 57—63, 97—107; Зечевий 1981: 106— 109; БаповиЬ 1995: 114—117; Борщевий ПВП 2: 120—128; КнежевиЙ 1960: 70— 73; Раденковий 2012: 168—184).

Домашняя змея как главный (а часто и единственный) мифический покровитель дома в наибольшей степени известна в южнославянской и, шире, балканской мифологии, а также в чешской, словацкой и, в меньшей степени, польской традициях. У русских представления о домашней змее спорадически встречаются в северо-западных областях, особенно в Новгородской и Тверской обл., где известны поверья о дворовой змее, которую нельзя убивать (Гура 1997: 307) и которая связана с коровой (ТФНО 2001:278). Ср. также примету из Нижегородского Поволжья: если в доме заведется уж, это к счастью — такого ужа не убивают (Корепова 2007: 274). В русской, отчасти в восточноукраинской и восточнобелорусской мифологиях верования о домашней змее известны слабо и встречаются спорадически за счет того, что статус домашнего покровителя здесь закреплен за антропоморфным образом домового (Померанцева 1975: 92—117; Виноградова 1995: 142—152; Левкиевская 2000: 96—161). Образ русского домового можно рассматривать как достаточно позднее региональное образование (сформированное, вероятно, под влиянием финно-угорской традиции) по сравнению с гораздо более архаичными представлениями о реинкарнации души предка в виде домашней змеи, распространенными на всей остальной славянской территории. Образ мифологического покровителя дома в виде живущей в нем змеи, олицетворяющей душу умершего хозяина, широко известен и за пределами славянского ареала, в европейских мифологических системах (о европейских параллелях этого образа см. в: (Бер-Глинка 2015: 17—84)).

Как и в Полесье, названия домашней змеи в других славянских традициях чаще всего образуются от лексем, обозначающих в этих языках дом, например: домовая зъмея (псков. (Ивлева 2004: 238)), жировая змея (с.-рус., ср. жир ‘имущество, хозяйство’ (Фасмер 2: 56)); хатна гадина (Ивано-Франковская обл. (Узенева 2008: 342)); місцевьій, містовьій гад (укр. місце ‘место’ (Толстая 2017: 124—125)); domowy przyjaciel (пол. (Kolberg 162/17: 147—148)); domovy оскгапса (словац. (Horvathova 1972: 499)). Ср. также сербские и хорватские варианты, образованные от корня *кук- (серб. кука, хорват, киса ‘дом’): кукевна змща, змща кукарица, покуІЇарка, куИарка', хорват.: kucnica,podkucnica и под. (Раденковий 1992:168—169), а также болгарские названия с семантикой дома: домашарка, къщница (Георгиева 1983: 61). Другая часть названий домашней змеи подчеркивает статус домашней змеи как хозяина и охранителя дома, например: чуварица, чуваркуііа (от серб. чувар ‘сторож’ (Раденковий 1992: 168)); сайбийка (серб., болг., от тур. sahib ‘господин, хозяин’), стопанка (болг., от болг. стопан ‘хозяин’ (Георгиева 1983: 61)), hospoddrik (от чеш. hospodar ‘хозяин’ (Климова 2000: 164)), had-hospoddr (словац. (Гура 1997: 308)), gazda domu (словац. (Георгиева 1983: 97—98)). Ср. болгарское суждение о том, что «къща (дом. — Е. Л.) без змия не може» (Попов 1993: 88).

Осмысление домашней змеи как воплощения души хозяина дома или кого-либо из домочадцев наиболее сильно развито у южных славян, где оно прямо выражается в многочисленных поверьях и былинках (Раденковий 1992: 175—177; Гура 1997: 310). а также связывается с запретом убивать змею, живущую на территории усадьбы — нарушение этого запрета ведет к многочисленным несчастьям, смерти членов семьи и разрушению всего хозяйства. При этом домашняя змея может воплощать в себе не только душу уже умершего домочадца, ио и живого члена семьи, двойником которого, своеобразным alter ego она является. Характерно, что у сербов и хорватов она называется щеновита зміра (от серб, и хорв. щенка ‘тень, душа’ (РаденковиЙ 1992: 176)). Часто домашняя змея является двойником ребенка, в постели которого ее находят (ср. сербские былинки о том, как мать находит в постели своего ребенка змею, убивает ее, а сразу после этого умирает и ребенок, душу которого она воплощала (Там же: 173)). В Полесье представление о домашнем уже как об инкарнации души предка почти не выражено в прямом виде, но реконструируется на основе косвенных мотивов — места обитания в доме в локусах, связанных с культом предков, а особенно — в запрете ее убивать во избежание несчастий и смертей.

Необходимо указать еще на два полесских мотива, которые имеют параллели в других славянских представлениях о домашней змее и которые косвенно подтверждают ее тесную связь с жизнью данной семьи и ее хозяйства. Первый из них касается связи домашнего ужа и детей, с которыми он вместе ест молочную кашу и молоко и совершенно безвреден для них. На территории Западного и Центрального Полесья этот мотив известен, однако, за редким исключением, никак не интерпретируется и существует в традиции несколько изолированно от остального комплекса представлений о домашнем уже (в частности, уж, вылезающий из-под печи, чтобы поесть вместе с детьми, может не осмысляться как мифологический хозяин дома). Однако в других ареалах и особенно у южных славян этот мотив непосредственно связан с комплексом представлений о домашней змее как двойнике, воплощающем в себе душу (или души) живущих членов семьи, — в подобных сюжетах убийство змеи, обедающей вместе с ребенком, влечет за собой смерть этого ребенка (Георгиева 1983: 105; Гура 1997: 313).

Второй важный мотив, связывающий полесские поверья о домашнем уже с общеславянскими, касается связи этого ужа с коровой, у которой он сосет молоко, — убийство ужа ведет к гибели этой коровы. Этот мотив актуализирует важную функцию ужа как покровителя скота, имеющую параллели в западнославянских традициях (Гура 1997: 316—317). Однако в Полесье оценка этой функции двояка — только на востоке ареала (в Черниговской, Брянской обл.) эти действия ужа получают положительную мотивировку как полезные для коровы и ее молочности. В других случаях сосание коровы ужом оценивается отрицательно под влиянием распространенных в полесской мифологии поверий об отбирании ведьмами и колдунами молока у чужих коров с помощью жаб и ужей.

Несколько особняком по отношению к остальному материалу находится сюжет о незавершенной мести ужа людям, которые спрятали его яйца или детенышей, — он отравляет своим ядом молоко, а когда яйца и детенышей возвращают на место, опрокидывает посуду с молоком, чтобы люди не отравились. В Полесье такой уж в большинстве случаев не осмысляется как мифологический хозяин. Вероятно, этот мотив был втянут позднее в круг представлений о домашнем уже, поскольку в других славянских регионах этот мотив связывается с совершенно другим животным, а именно лаской (Там же: 204).

Можно заключить, что полесские сведения о домашнем уже, являясь частью общеславянских представлений о домашней змее, в целом повторяют круг наиболее важных характеристик и функций этого персонажа, но в более слабом и редуцированном виде, а сам Полесский регион можно считать восточной границей комплекса этих представлений, основной ареал которых расположен на Балканах.

СХЕМА ОПИСАНИЯ

I. Статус домашнего ужа как мифологического персонажа

  • 1 а. Домашний уж — это покровитель, хозяин дома
  • 16. Домашний уж есть в каждом доме
  • 1в. Домашний уж обеспечивает счастье, богатство, молочность скота
  • 1 г. Домашний уж — это душа умершего человека
  • 1д. Домашний уж — самостоятельный персонаж, не домовой
  • 1е. Домашний уж живет только у колдуна/ведьмы, он приносит им молоко, отобранное у чужих коров
  • 1 ж. Есть «насланный» уж, которого насылают в дом ведьмы и колдуны
  • 1з. Домашний уж — это муж, мужчина в доме
  • 1и. Домашний уж бывает у того, кто сожжет обод от колеса

II. Место пребывания домашнего ужа и его внешний вид

  • 2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)
  • 26. Домашний уж живет в хлеву, во дворе
  • 2в. Домашний уж невидим
  • 2г. Внешний вид домашнего ужа

III. Отношения домашнего ужа с людьми

За. Домашний уж не кусается

36. Укус домашнего ужа смертелен

Зв. Домашний уж ест кашу/молоко вместе с детьми

Зг. Домашнего ужа кормят

Зд. Человек прячет яйца ужа — уж напускает в посуду яду; когда яйца возвращают на место, уж переворачивает посуду, чтобы люди не отравились

Зе. Домашний уж снится к смерти члена семьи

Зж. Чтобы в доме не было ужа, используют обереги

IV. Отношения домашнего ужа со скотом

  • 4а. Домашний уж сосет молоко у коровы
  • 46. Если корову сосет домашний уж, это хорошо, она дает много молока
  • 4в. Если корову сосет домашний уж, это плохо, она не дает молока
  • 4г. Корова привыкает к ужу, кормит, зовет его, тоскует по нему

V. Убийство домашнего ужа

  • 5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать
  • 56. Ужа, живущего на территории дома, можно убивать
  • 5в. Если убить домашнего ужа, корова сдохнет/перестанет давать молоко
  • 5г. Если убить домашнего ужа, произойдет несчастье в доме
  • (с членом семьи/всей семьей)
  • 5д. Если убить домашнего ужа, он сам или другие ужи отомстят за его смерть
  • 5е. Из убитого ужа течет молоко
  • 5ж. «Скажи домовому, что умер полевой»

I. Статус домашнего ужа

КАК МИФОЛОГИЧЕСКОГО ПЕРСОНАЖА

1а. Домашний уж — это покровитель, хозяин дома

Представление о домашнем уже как о хозяине и покровителе дома имеет достаточно четкий диалектный характер — область его распространения охватывает преимущественно западную и центральную части Полесья: Брестскую обл. и западные районы Гомельской обл., а также Ровенскую и северо-западные районы Житомирской обл. В Волынской обл. эти свидетельства зафиксированы в районах, прилегающих к Польше и Белоруссии. В восточной части Полесья представление об уже как о домовом хозяине в основном известны в нескольких черниговских и брянских селах, расположенных по течению Десны (с. Олбин Козелецкого р-на, Ковчин Куликовского р-на Черниговской обл., с. Картушино Стародубского р-на, Радутино Трубчевского р-на Брянской обл.). Таким образом, можно заметить, что статус домашнего ужа как мифического покровителя дома по большей части известен в западной части полесского ареала, на который в наибольшей степени распространялось влияние западнославянской традиции. На этой территории ослаблены (или вообще отсутствуют) представления об антропоморфном домовике как о мифическом хозяине дома и наименование домовик связывается, прежде всего, с ходячим покойником или чертом и оценивается в основном негативно (см. главу 27. Домовик).

Полесские представления о домашнем уже как о хозяине дома являются частью общеславянских поверий о домашней змее — мифической покровительнице домашнего пространства, обязательное присутствие которой в каждом доме обеспечивает благом связанную с ней семью (Гура 1997: 307—319; Раденковий 2012: 167—184).

БРЕСТСКАЯ ОБЛ.

№ 1. Уж — хозяин дома, ево нэ убивають. Жыу под полом, плохого нэ делал.

с. Заболотье Малоритского р-на Брестской обл., 1982 г., зап. Л. Г. Александрова от Сковородки Феклы Васильевны, 1908 г. р.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

№ 2. Домовы. Блсшчавы, бы вуж. [Где он жил?] У хоты, дзс-нибудь под *подлогою. Врэда ны робив. Ны можно ны выкидоты, ны биты.

с. Спорово Березовского р-на Брестской обл., 1988 г., зап. М. А. Исаченкова от Волчок Марии Михайловны, 1925 г. р.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

+ 29.2г. Внешний вид домашнего ужа

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

№ 3. Вужы у кожной хаце е. Колы забъе того вужа — домового, недобра будзе, ны *шухуе тогды.

с. Спорово Березовского р-на Брестской обл., 1988 г., зап. М. А. Исаченкова от Лютыч Марии Григорьевны, 1912 г. р.

+ 29.16. Домашний уж есть в каждом доме

+ 29.5г. Если убить домашнего ужа, произойдет несчастье в доме (с членом семьи/ всей семьей)

№ 4. [Домовой выглядит как уж.]

с. Оброво Ивацевичского р-на Брестской обл., 1987 г., зап. В. В. Казначеев от Тысевич Феклы Гавриловны, 1929 г. р.

№ 5. Кагали, што вужа убивать не можно, бо он домовой.

с. Оброво Ивацевичского р-на Брестской обл., 1987 г., зап. М. Э. Бранина.

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

№ 6. Кашли, шло уж у доме — домовый, и он не кусає, яго не били.

с. Оброво Ивацевичского р-на Брестской обл., 1987 г., зап. М. Э. Бранина от Гречной Анны Григорьевны, 1922 г. р.

+ 29.3а. Домашний уж не кусается

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

№ 7. Домовык, говорять, нэкий вуж в доме.

с. Ковнятин Пинского р-на Брестской обл., 1981 г., зап. А. В. Гура от Андреевич Анны Степановны, 1917 г. р.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

№ 8. Домовык — гэто вуж. Нэ чапайтэ его, бо то наш домовык [т. е. уж, живущий в доме].

с. Ковнятин Пинского р-на Брестской обл., 1981 г., зап. А. В. Гура от Левашко Надежды Степановны, 1924 г. р.

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

№ 9. Говорылы кедысь, шо бугто жыве [в доме] домовык, вуж. Да говорылы, як яго забьет — то умрэ хозяин у доме.

с. Лопатин Пинского р-на Брестской обл., 1985 г., зап. О. В. Санникова от Бабинец Веры Антоновны, 1923 г. р.

+ 29.5г. Если убить домашнего ужа, произойдет несчастье в доме (с членом семьи/ всей семьей)

№ 10. Пэрше казалы, шо вуж пуд полом. Нельзя бить домовика, бо вин пошкодыть нашчо.

с. Лопатин Пинского р-на Брестской обл., 1985 г., зап. О. В. Санникова от Алексейчук Лидии Борисовны, 1918 г. р.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

+ 29.5г. Если убить домашнего ужа, произойдет несчастье в доме (с членом семьи/ всей семьей)

№11. Домовика нихто нэ бачыу. Але мой дид говорыу, шо гэто вужы. Оны под *под-логою жыла.

с. Верхний Теребежов Столинского р-на Брестской обл., 1984 г., зап. А. А. Торотько от Лугиной Екатерины Николаевны, 1911 г. р.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

+ 29.2в. Домашний уж невидим

ГОМЕЛЬСКАЯ ОБЛ.

№12. Домовик — то уж, нельзя бить вужа.

с. Дяковичи Житковичского р-на Гомельской обл., 1983 г., зап. Е. Л. Чеканова.

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

№ 13. Домовик у каждом селище должен быть. Вуж — то домовг/к. Дядка забиу вужа на поли, а тот каже: «Ты забил мене, дамовика, то дома забьеш быка». Да бык издох у тот день.

с. Дяковичи Житковичского р-на Гомельской обл., 1983 г., зап. Е. Л. Чеканова от Рога-левич Маланьи Рыгоровны (Григорьевны), 1908 г. р.

+ 29.16. Домашний уж есть в каждом доме

+ 29.5в. Если убить домашнего ужа, корова сдохнет/перестанет давать молоко

№ 14. [Ужа нельзя убивать, потому что он считается покровителем дома, домовиком.] с. Дяковичи Житковичского р-на Гомельской обл., 1983 г., зап. Е. Л. Чеканова от Рога-левич Маланьи Рыгоровны (Григорьевны), 1908 г. р.

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

№ 15. Домовик — таки вуж. Убить его для *селища не добрэ. Бачит чоловек: уж у селище вуж несёца, найшоу, пришоу да забрау яйце. Вуж глядел, шо нема яец, да стояло молоко в гладишках, в *стопцах, напускау туда яду. А чоловек побачиу, положил обратно. Пришоу вуж, молоко усе повиливал, увидел, шо лежат яйца.

с. Дяковичи Житковичского р-на Гомельской обл., 1983 г., зап. Е. Л. Чеканова.

+ 29.3д. Человек прячет яйца ужа — уж напускает в посуду яду; когда яйца возвращают на место, уж переворачивает посуду, чтобы люди не отравились

+ 29.5г. Если убить домашнего ужа, произойдет несчастье в доме (с членом семьи/ всей семьей)

№ 16. Домоуик — это той епмый ууж.

с. Стодоличи Лельчицкого р-на Гомельской обл., 1984 г., зап. О. В. Санникова от Жогло Евдокии, 1906 г. р.

ВОЛЫНСКАЯ ОБЛ.

№ 17. А йе такий домовык [уж], то вин сыдыть у хозяйки. И вони ему йисты дае и всэ. А вона зившэ, як пийдэ, то вин сыдыть на порози. Тилькы его нэ трэба быты, то — хозяин, домовык.

с. Красностав Владимир-Волынского р-на Волынской обл., 1986 г., зап. В. И. Харитонова от Пилипюк Анастасии Харитоновны, 1912 г. р.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

+ 29.3г. Домашнего ужа кормят

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

№ 18. Жывэмо у нэй [у хозяйки]. Вони кладэ вэчэром постэлю стэлить. Вони налили воды [в миску], у тый воды сидить вуж, голови таки большпя. Мы налякплися, а вони говорить: «То домовик, вин жывэ у хитэ».

с. Ветлы Любешовского р-на Волынской обл., 1985 г., зап. Е. Е. Левкиевская.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

+ 29.2г. Внешний вид домашнего ужа

+ 29.3г. Домашнего ужа кормят

РОВЕНСКАЯ ОБЛ.

№ 19. То вуж, кажуть, домоуик. А там, дэ, у Купини, оны хату зробили, а там вуж, заложыли ужэ *подмароуку, весе, а такий вуж вылез, тамочьки, в тие хати, а ужэ в той дядько взяу его да й забиу того вужа. То ж у его жынки однэло ноги усе, то она лежала рокиу пять, шэсть, да й казали, шо нэ трэбало бити, забиу того вужа.

с. Нобель Заречненского р-на Ровенской обл., 1980 г., зап. О. В. Санникова от Цесарь Ульяны Артемовны, 1914 г. р.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

+ 29.5г. Если убить домашнего ужа, произойдет несчастье в доме (с членом семьи/ всей семьей)

№ 20. Домовик — вуж, коло хиты, во двори вин жывэ, ны можно забывиты.

с. Чудель Сарненского р-на Ровенской обл., 1984 г., зап. К. Корнелюк от Яковец Татьяны Никитовны, 1914 г. р.

+ 29.26. Домашний уж живет в хлеву, во дворе

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

№21. Домовик у хлеви, и пуд хиту пудлизали, у *будинку вин жывэ, вин жэ нэ буде на столи жить.

с. Чудель Сарненского р-на Ровенской обл., 1984 г., зап. Е. В. Максимова.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

+ 29.26. Домашний уж живет в хлеву, во дворе

№ 22. Кижут, домовык. Кижут, шо то вуж. Он карову *ссэ, обкругица на ногу да и ссэ корову да врэдит худобине.

с. Чудель Сарненского р-на Ровенской обл., 1984 г., зап. Е. В. Какорина от Жук Ульяны Андреевны, 1910 г. р.

+ 29.4в. Если корову сосет домашний уж, это плохо, она не дает молока

ЖИТОМИРСКАЯ ОБЛ.

№ 23. Домовик може буть як вуж. Иногдп ведьма скидпецца на домовики. Вужи уби-впть не можно, нпдо жиру сыпнуть, он не пойдёт в дом. Як покрпсишь яйца на Пиеху, воду треба вылить рядом з домом — вуж у дом не пойдет.

с. Кишин Олевского р-на Житомирской обл., 1984 г., зап. В. С. Карапаева от Павленко Анны Ефимовны, 1912 г. р.

+ 29.1е. Домашний уж живет только у колдуна/ведьмы, он приносит им молоко, отобранное у чужих коров

+ 29.3ж. Чтобы в доме не было ужа, используют обереги

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

№ 24. Вуж-домовик — цэ для хозяйства добрый, стерэжэ свое хозяйство. Нихто его не убивие. Як ему зробиш *шкоду, вон пометит.

с. Игнатполь Овручского р-на Житомирской обл., 1984 г., зап. А. Б. Мороз от Мороз Ольги Андреевны, 1929 г. р.

+ 29.1 в. Домашний уж обеспечивает счастье, богатство, молочность скота

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

+ 29.5д. Если убить домашнего ужа, он сам или другие ужи отомстят за его смерть

№ 25. У кожной квартире йе вон, вуж-домовик. Убивать нельзя, потому што зло умее робить для людей.

с. Игнатполь Овручского р-на Житомирской обл., 1984 г., зап. А. Б. Мороз от Левченко Марии Федоровны, 1914 г. р.

+ 29.16. Домашний уж есть в каждом доме

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

+ 29.5д. Если убить домашнего ужа, он сам или другие ужи отомстят за его смерть

№ 26. Буває домовпк-вуж. Жэншчына полезла по сено на вышки. Говорить: прихожу, а вон такий — клубком свернууся.

с. Игнатполь Овручского р-на Житомирской обл., 1984 г., зап. А. Б. Мороз от Жолудь Марины Михайловны, 1913 г. р.

+ 29.26. Домашний уж живет в хлеву, во дворе

+ 29.2г. Внешний вид домашнего ужа

№ 27. Домовик — цэ уж. Он должон буть на хорошу сторону.

с. Червона Волока Лугинского р-на Житомирской обл., 1984 г., зап. М. М. Гончаренко от Озарчука Ивана Севастьяновича, 1924 г. р.

+ 29.1 в. Домашний уж обеспечивает счастье, богатство, молочность скота

№ 28. [Домовой — уж.] Ёго в хате нэ убивають. Щось будэ робыцца в погану сторону, с. Червона Волока Лугинского р-на Житомирской обл., 1984 г., зап. М. М. Гончаренко от Озарчука Ивана Севастьяновича, 1924 г. р.

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

+ 29.5г. Если убить домашнего ужа, произойдет несчастье в доме (с членом семьи/ всей семьей)

№ 29. [Убивать ужа нельзя], шчитаэца, уж домовит. [Что его убивать], як шкодины нэ робит?

с. Червона Волока Лугинского р-на Житомирской обл., 1984 г., зап. М. М. Гончаренко.

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

№ 30. Домовык — це вуж. Чого у нас така прыкмэта, у нас в кожний хати е. Вын довжэн буты в кожной хати. Хоть людына ёго не бачила. Вын, кажут, и шкоды не ро-бит, та должэн буть. Цэ, кажут, такый домовык, алэ я ёго не бачыла.

с. Червона Волока Лугинского р-на Житомирской обл., 1984 г., зап. от Власенко Марии Ивановны, 1938 г. р.

+ 29.16. Домашний уж есть в каждом доме

+ 29.2в. Домашний уж невидим

№31. Домовыльныкы е у дворе, у хлеве, у току у вг/де ужакы.

с. Полесское Коростеньского р-на Житомирской обл., 1985 г., от Захарчук Агафьи Сергеевны, 1904 г. р.

+ 29.26. Домашний уж живет в хлеву, во дворе

ЧЕРНИГОВСКАЯ ОБЛ.

№ 32. Шчэ у той хати столу сундучок, я откинула, а там — вуж. Божэ мой! Я за вэ-ник [по-видимому, оговорка: имелся в виду топор], взяло, посекло и на двор выкинула. Бобам хвал/ося. Бабы кожуть: нэ трэба було чэпоть, трэба було выкинуть вэником [во двор], бо изведецца двур. То, кожуть, хозяин буу во дворе, а ты его зарубола и выкинула. И зышли [жильцы] з того дому. Пришлось продать хату.

с. Ковчин Куликовского р-на Черниговской обл., 1985 г., зап. М. Н. Толстая от Халимон Оксаны Яковлевны, 1897 г. р.

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

+ 29.5г. Если убить домашнего ужа, произойдет несчастье в доме (с членом семьи/ всей семьей)

16. Домашний уж есть в каждом доме

Обязательное присутствие домашнего ужа в каждом доме является категориальной характеристикой, определяющей его статус как хозяина и покровителя, поскольку он показывает, является существование этого персонажа нормой или патологией. Этот мотив в меныпей степени эксплицирован в текстах, чем предшествующий, но ареал его распространения совпадает с территорией, на которой домашний уж осознается хозяином дома. Этот мотив является частью общеславянских представлений, согласно которым существование домашней змеи является обязательным для нормального существования семьи и хозяйства, а ее смерть или уход из дома приводит к смерти членов семьи и разрушению дома.

БРЕСТСКАЯ ОБЛ.

№ 33. Вуж можа сосоты корову, кожуць, ён в кожным доме исць, ен домовык, кажуць.

с. Спорово Березовского р-на Брестской обл., 1988 г., зап. И. М. Суховицкая от Ревенько Евдокии Михайловны, 1936 г. р.

+ 29.1а. Домашний уж — это покровитель, хозяин дома

+ 29.4а. Домашний уж сосет молоко у коровы

№ 34. У уж, кожуть, у кождой хоти уун е. Уон никого не чапое.

с. Радчицк Сталинского р-на Брестской обл., 1984 г., зап. О. В. Санникова от Муравской Марии Никандровны, 1904 г. р.

+ 29.3а. Домашний уж не кусается

ЖИТОМИРСКАЯ ОБЛ.

№ 35. При кажной хоте йэсть вуж, цэ домовык. [Живет] дэсь у подвале. [Рассказывают про себя:] Сэжу на *ганку (крилэчко такэ). Вилазыть вужок и утёк у жыта. [Говорят, что в каждом доме обязательно живет уж. И его убивать нельзя. Он вреда не делает.]

с. Червона Волока (с. Староселье) Лугинского р-на Житомирской обл., 1984 г., зап.

М. М. Гончаренко от Садло Акулины Федоровны.

і 29.1а. Домашний уж — это покровитель, хозяин дома

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

БРЯНСКАЯ ОБЛ.

№ 36. Уж у кажном дваре должен жыть, но не каждому пакажэцца. Он як хазяин.

с. Картушино Стародубского р-на Брянской обл., 1982 г., зап. Л. Г. Александрова от Беликовой Евдокии Павловны, 1916 г. р.

+ 29.1а. Домашний уж — это покровитель, хозяин дома

+ 29.2в. Домашний уж невидим

1 в. Домашний уж обеспечивает СЧАСТЬЕ, БОГАТСТВО, МОЛОЧНОСТЬ СКОТА

Полесские представления о том, что домашний уж дает благополучие семье и хозяйству, вполне соответствуют общеславянским взглядам на основное предназначение этого персонажа — своим присутствием обеспечивать нормальное существование семьи и хозяйства, продуцировать благо, счастье, являться воплощением семейной доли (Левкиевская 19996: 340; Гура 1997: 308). В полесских текстах продуцирующая функция ужа выражается через семантику прибавления богатства и вода хозяйства (и скота, в частности): «То наш хозяин, приношчик, он таку силу мае, як живее в доме, шо все прибывает» (с. Возничи Овручского р-на Житомирской обл.). Однако прямых указаний на то, что этот персонаж способствует увеличению блага, в полесских материалах достаточно немного (ср. № 46, овруч. житом.; № 130, пружан. бреет.; № 171, брагин. гом.; № 180, козелец, черниг.; № 195, менск. черниг.). В большинстве случаев эта семантика выражается «от противного» — убийство домашнего ужа ведет к несчастьям, убыли скота и смерти членов семьи (см. мотив 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать).

БРЯНСКАЯ ОБЛ.

№ 37. [Домашний уж.] Были дети, и вуж вылезе, з йими молоко пье и не трогае [детей]. Они яго ещё ложками трогають. Вуж у каждом даму, тольки редко хто яго вадит. Вуж — это дамавый. Не чапайте вужа. Они неболыпые, толстые. Если вуж есть, то усё вядецца, крепко харашо. Нельзя ужа убивать, обозлять нельзя яго. Может навредить. Может ешчэ привесть у дом [ужей], дятей покусать.

с. Картушино Стародубского р-на Брянской обл., 1982 г., зап. Л. Г. Александрова от Саранчук Анны Алексеевны, 1905 г. р., и Подураги Анастасии Ивановны, 1918 г. р.

+ 29.1а. Домашний уж — это покровитель, хозяин дома

+ 29.16. Домашний уж есть в каждом доме

+ 29.3в. Домашний уж ест кашу/молоко вместе с детьми

+ 29.2в. Домашний уж невидим

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

+ 29.5д. Если убить домашнего ужа, он сам или другие ужи отомстят за его смерть

1г. Домашний уж — это душа умершего человека

Публикуемый текст — единственное, имеющееся в настоящей подборке материалов прямое свидетельство того, что домашний уж осознается как реинкарнация человеческой души. В остальных случаях эта семантика реконструируется из косвенных мотивов, прежде всего из соотнесенности убийства ужа со смертью кого-то из членов семьи (ср. мотив 29.5г. Если убить домашнего ужа, произойдет несчастье в доме (с членом семьи/всей семьей)). В других славянских традициях представление о домашней змее как воплощении души хозяина дома или кого-либо из членов семьи, живущего или умершего, отражено в текстах гораздо сильнее (Левкиевская 19996: 339; РаденковиЙ 2012: 173—177; Гура 1997: 310—312). Особенно это характерно для южнославянских традиций, где про домашнюю змею говорят, что она есть ден (тень, душа, жизненная сущность) одного из живых членов семьи. По черногорским верованиям, душа спящего человека воплощается в змею — если ее убить, этот человек умрет. Согласно быличке, женщина увидела в постели рядом со своим ребенком большую змею, она отнесла ее в поле и убила. После этого ее ребенок умер из-за того, что его мать убила домовую змею — ден («тень») его души (Ъор^евиЙ ПВП 2: 128). Таким образом, у южных славян домашняя змея рассматривается как «тень», двойник, воплощение сущности одного из членов семьи в том доме, где она живет. По хорватским поверьям, каждый человек имеет свою змею-тезку. И нет большей беды, чем такую змею убить (Там же: 160). В чешских представлениях известны две змеи, живущие в доме и представляющие мужскую и женскую ипостаси его хозяев — если убить «мужскую» змею, умрет хозяин дома, если «женскую» — хозяйка (Раденковий 2012: 176). В словацкой традиции домашняя змея воплощает душу первого хозяина этого дома. Если ее убить, умрет и ныне живущий хозяин, который становится домашней змеей вместо своего предшественника (Гура 1997: 312). В русской мифологии представление о духе-покровителе дома как о воплощении души предка, хозяина этого дома закреплено за домовым (Левкиевская 1999: 121).

В Полесье мотив «двойничества» домового ужа также реализуется в представлениях о жизненной связи между ним и той коровой, у которой он сосет молоко и которая погибает, если убить такого ужа (см. мотив 29.5в. Если убить домашнего ужа, корова сдохнет/перестанет давать молоко).

БРЕСТСКАЯ ОБЛ.

№ 38. Есть домовый уж, приятэль в хозяйство. Это душа чоловэчэская образовывается ужом и в хате оказывается. Плохого он не делает. Диты ммску с кислым молоком едят — и он с ними ест. Биты его нельзя — он приятэль, от него всё человеку идёцца, *шихуе [т. е. везет] ему, скотина примерная.

с. Ковнятин Пинского р-на Брестской обл., 1981 г., зап. А. Ф. Строев от Линкевич Агафьи Федоровны, 1914 г. р.

+ 29.1а. Домашний уж — это покровитель, хозяин дома

+ 29.1 в. Домашний уж обеспечивает счастье, богатство, молочность скота

+ 29.3в. Домовой уж ест кашу/молоко вместе с детьми

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

1д. Домашний уж — самостоятельный персонаж, не домовой

Во всей полесской традиции существует представление о том, что в пространстве дома или усадьбы живет уж (или ужи), но не во всех случаях он осмысляется носителями традиции как мифический покровитель дома (см. мотив 29.1а. Домашний уж — это покровитель, хозяин дома). В ряде материалов статус такого ужа как домашнего духа никак не эксплицирован, а сам он скорее воспринимается как обычное животное, живущее в хлеву или в доме, которому приписывается ряд мифологических характеристик. Чаще всего такой «смазанный», неявный статус домашнего ужа характерен для Восточного Полесья и обычно связан с сюжетами о совместной трапезе с детьми (см. 29.3в. Домашний уж ест кашу/молоко вместе с детьми) и попытке отомстить человеку, забравшему ужиные яйца (см. 29.3д. Человек прячет яйца ужа — уж напускает в посуду яду; когда яйца возвращают на место, уж переворачивает посуду, чтобы люди не отравились). Неопределенность его положения в доме актуализируется также отсутствием запрета его убивать, безусловно существующего в тех случаях, когда такой уж мыслится мифическим хозяином дома.

БРЕСТСКАЯ ОБЛ.

№ 39. Дети кушають, ужы вылг/зють и рг/зом кушають. То нэ домовой.

с. Муховец Брестского р-на Брестской обл., 1982 г., зап. Л. Г. Александрова от Грицук Елены Федоровны, 1908 г. р.

+ 29.3в. Домашний уж ест кашу/молоко вместе с детьми

1е. Домашний уж живет только у колдуна/ведьмы, ОН ПРИНОСИТ ИМ МОЛОКО, ОТОБРАННОЕ У ЧУЖИХ КОРОВ + 1.1д. Отбирать молоко ведьме помогают змеи, жабы + 2.12. Колдун отбирает молоко у чужих коров

+ 2.13. Колдун насылает на человека «гадов»; повелевает змеями

Данный мотив, в отличие от поверья о домашнем уже как хозяине дома, демонстрирует противоположную точку зрения на этот персонаж как на помощника ведьм и колдунов, используемого ими для отбирания молока у чужих коров. В этом случае его пребывание на территории усадьбы и, особенно, в хлеву представляется как отклонение от нормы, ведущее к потере молока и убыткам. Характерно, что негативная интерпретация функций домашней змеи по большей части зафиксирована в тех же (или близких) микроареалах, что и «положительный» образ домашнего ужа как покровителя дома. Ср., в частности, материалы из с. Чудель Сарненского р-на Ровенской обл. (№ 20 и № 45), из с. Кишин Олевского р-на Житомирской обл. (№ 23) или из с. Олбин Козелецкого р-на Черниговской обл. (№ 48 и № 157), в которых одновременно присутствуют обе эти трактовки статуса домашнего ужа. Такая структура мифологической системы может объясняться контаминацией двух различных сюжетов — о домашнем духе в виде ужа и «знающих» людях, отнимающих чужое благо с помощью мифических помощников. Представление о том, что домашние змеи есть только у колдунов — босоркань и босоркунов, известно также на Карпатах — они используют такую змею для отбирания молока у чужих коров (Толстая 2017: 117—120), и у поляков (Рейса 1987: 138). Об отбирании ведьмами молока у чужих коров с помощью насланных ужей в других славянских традициях см. в: (Гура 1997: 315). Ср. также тексты из НДП, в которых ведьмы и колдуны используют жаб и ужей для отъема чужого блага: глава 1. № 142, 145, 148; 2. № 160, 163, 164, 166.

БРЕСТСКАЯ ОБЛ.

№ 40. Гужы ссуть коровы и несуть [молоко] знахорови.

с. Одрижин Ивановского р-на Брестской обл., 1986 г., зап. С. П. Михно от Цырыльчук Татьяны Прохоровны, 1924 г. р.

+ 29.4в. Если корову сосет домашний уж, это плохо, она не дает молока

ГОМЕЛЬСКАЯ ОБЛ.

№41. Карову высысое, обматоеца вакрух наги, абвпуся за задьнюю ногу да тако ссе, ссе, нассался, такий толшченный, тако *дзюба, усу цыцку у рот, колись нашле суседка.

с. Малые Автюки Калинковичского р-на Гомельской обл., 1984 г., зап. М. Костромина от Коробейник Анны Дмитриевны, 1929 г. р., и Дулуб Екатерины Федоровны, 1918 г. р.

+ 29.1 ж. Есть «насланный» уж, которого насылают в дом ведьмы и колдуны

+ 29.2г. Внешний вид домашнего ужа

+ 29.4в, Если корову сосет домашний уж, это плохо, она не дает молока

№ 42. Малако на Иванэ ведьмы отнимают от каров. Вужи у каровы сосуть малако, я сам бячиу.

с. Малые Автюки Калинковичского р-на Гомельской обл., 1984 г., зап. М. Костромина от Дулуба Федора Тимофеевича, 1910 г. р.

+ 1.16. Ведьма доит чужих коров; в виде животного сосет молоко

+ 29.4в. Если корову сосст домашний уж, это плохо, она нс даст молока

№ 43. Гаворать люди: то вужь/ адбироли молоко у карови и переносили тым, шчо знають [информантка избегает слова «ведьма»], дак у тых тады багАто молока е. У нас було такое у сели: ссоу вуж корову, прыде да дому — тульки вымня мокре, а молока немо. Вуж у лесе из пня вулезе и ссе, дак карова всё да таго пня бегала, шчоб вун ее ссау.

с. Ручаевка Лоевского р-на Гомельской обл., 1984 г., зап. Л. Н. Виноградова от Филон Марии Федотовны, 1907 г. р.

+ 29.4а. Домашний уж сосет молоко у коровы

+ 29.4в. Если корову сосет домашний уж, это плохо, она не дает молока

+ 29.4г. Корова привыкает к ужу, кормит, зовет его, тоскует по нему

№ 44. [Человек рассказывал о том, как был работником в одной семье.] Анн сами паш-лн на поле, а я пашол кони пасти. [Хозяйка ему и говорит: Сходи домой, принеси еды и молока] у *стёбци. [Ои пришел] — стант гладышек целый ряд, и уж, кажє, у гладишку лле малако у себе. Эта ано была, знахАрка — эта её уж чужую кароуку вь/ссе, и ён знесёт.

с. Ручаевка Лоевского р-на Гомельской обл., 1984 г., зап. Е. В. Тростникова от Кацубы Ефросиньи Васильевны, 1909 г. р.

+ 1.16. Ведьма доит чужих коров; в виде животного сосет молоко

+ 29.4в. Если корову сосет домашний уж, это плохо, она не дает молока

РОВЕНСКАЯ ОБЛ.

№ 45. Е такый, шо корову ссэ. Вин прямо як наслэный, шо як насылае вндьма. Можно было убивать. Я лыжала в больныци, то роскозувала одна жннка, шо прыдуть в хлив, цыцкь/ мокры у коровы. Хозяин сив и став сторожь/ты. Як вин 6ачыть, то лнзэ жаба проз двэры И ВЫЛАЗЫТЬ на стыгно корове. И ссэ. Чы вин був з ножем чы з сокирою. Майбуть йийи з коровы и випяв, пырырубав ногу, то молоко з жабы шло як фантоном. Як вин прыходыть урАнци до сусндки, то сусндка быз рукы. А вин пытаецьца, дэ руку поднла. А вона: «Ты на шо одрубав?»

с. Чудель Сарненского р-на Ровенской обл., 1984 г., зап. К. Корнелюк от Яковец Марии Сергеевны, 1923 г. р.

+ 1.16. Ведьма доит чужих коров; в виде животного сосет молоко

+ 1.6в. Человек калечит животное-оборотня; затем распознает в нем ведьму

+ 29.1 ж. Есть «насланный» уж, которого насылают в дом ведьмы и колдуны

+ 29.4в. Если корову сосет домашний уж, это плохо, она нс даст молока + 29.56. Ужа, живущего на территории дома, можно убивать

ЖИТОМИРСКАЯ ОБЛ.

№ 46. [Былинка о колдунах.] Ну, старие л/оди жили, и они как будто колдуны были. Шчытали их колдунами. У нас возле хат били такие деревьянные срубы (сторожа — не частокол, сруб), деревьянный сруб с колод, и он зарос очэнь бурьяном, крапивой. Вот. Очень большыс были заросли. И там водились змеи. Много было ужоу. И л/оди вот увидели ужа. Другие боялись его, думали, штоб убить. Ио хозяин дома он говорит: «Не надо его бить». Его шчытали колдуном, што он это для корови. Говорили што: «О! У него уж жывэт». Уж этот приносит молоко корове. Он этого ужа охранял. Он всегда у него каждую весну он виводпл свою семь/о.

с. Выступовичи Овручского р-на Житомирской обл., 1981 г., зап. В. И. Харитонова.

+ 29.1 в. Домашний уж обеспечивает счастье, богатство, молочность скота

+ 29.26. Домашний уж живет в хлеву, во дворе

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

ЧЕРНИГОВСКАЯ ОБЛ.

№ 47. [Об уже:] У других, хто знає шось, у того уж живэ. Кажуть, нэльзя убивать ужа.

с. Олбин Козелецкого р-на Черниговской обл., 1985 г., зап. Е. Е. Левкиевская от Баран Устиньи Григорьевны, 1907 г. р.

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

№ 48. Як людына — ведьма, с нэчыстым духом знаеца, ведьма скатыну портит усегда, вона у чужых каров малако тягнэ и у свае хазяйства нэсэ. Як ведьма будэ, то вуж будэ у неё у хлеве, уж малако у чужих каров ссе, малака натяг и ей нэсэ, шоб багата малака було у каровы.

с. Олбин Козелецкого р-на Черниговской обл., 1985 г., зап. Е. Л. Чеканова от Бондаренко Евгении Никитичны, 1926 г. р.

+ 1.16. Ведьма доит чужих коров; в виде животного сосет молоко

+ 1.1 д. Отбирать молоко ведьме помогают змеи, жабы

+ 29.1е. Домашний уж живет только у колдуна/ведьмы, он приносит им молоко, отобранное у чужих коров

№ 49. Ужи жили у норе, на *лепеху [сено] вылазят, лежат, они карову ссут, як ведьма хазяйка — у чужой идэ [сосать корову].

с. Олбин Козелецкого р-на Черниговской обл., 1985 г., зап. Е. Л. Чеканова от Баран Галины Антоновны, 1927 г. р.

+ 1.1 д. Отбирать молоко ведьме помогают змеи, жабы

+ 29.1е. Домашний уж живет только у колдуна/ведьмы, он приносит им молоко, отобранное у чужих коров

+ 29.4а. Домашний уж сосет молоко у коровы

№ 50. Вужа у дамах не живут — у сарае. Коли хазяйка знає — шептухи разные — у тае и вуж живе. Вон же карову ссе, а дэ воны живут, там польза. Це той вуж живе, це доволны.

с. Олбин Козелецкого р-на Черниговской обл., 1985 г., зап. Е. Л. Чеканова от Гацко Ганны Васильевны, 1913 г. р., и Кондрат Ольги Никитичны, 1912 г. р.

+ 29.1е. Домашний уж живет только у колдуна/ведьмы, он приносит им молоко, отобранное у чужих коров

+ 29.26. Домашний уж живет в хлеву, во дворе

+ 29.46. Если корову сосет домашний уж, это хорошо, она дает много молока

ІЖ. ЕСТЬ «НАСЛАННЫЙ» УЖ, КОТОРОГО НАСЫЛАЮТ В ДОМ ВЕДЬМЫ II КОЛДУНЫ + 2.13. Колдун насылает на человека гадов; повелевает змеями

Этот мотив актуализирует представление об уже, живущем на территории усадьбы, как о своеобразной разновидности порчи, насылаемой ведьмами и колдунами. Как и предыдущий мотив, он также известен преимущественно в тех же микроареалах, что и представления о домашнем уже — хозяине и покровителе дома, сосуществуя с ним в рамках одной традиции, что может быть результатом контаминации двух разных по этиологии сюжетов. В частности, такое наложение двух разных взглядов на статус домашнего ужа прослеживается в с. Нобель Заречненского р-на Ровенской обл. (№ 58 и 19), Чудель Сарненского р-на Ровенской обл. (№ 56 и 20), а также в с. Червона Волока Лугинского р-на Житомирской обл. (№ 6 и № 60). Характерно, что подобный мотив в Полесье может связываться с домовиком (см. 27.1 и. Домовика насылают колдуны, злые люди) и лаской (28.1г. Ласку насылают на скотину в качестве порчи).

БРЕСТСКАЯ ОБЛ.

№51. Знахор наслал вужа у хаты. Як ты его забьеш, то умрэш. Никто его не бье, он шкоды не робить. Вылез из травы вуж, да пье из ммсочкы. Хлопец ложкой — гоп его по голове. Не укусал, зашыкал и попоуз.

с. Лисятичи Пинского р-на Брестской обл., 1981 г., зап. Л. Г Умнова от Кунтуш Евы Ивановны, 1921 г. р.

+ 29.3а. Домашний уж не кусается

+ 29.3в. Домашний уж ест кашу/молоко вместе с детьми

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

+ 29.5г. Если убить домашнего ужа, произойдет несчастье в доме (с членом семьи/ всей семьей)

№ 52. Домоуик казали есь у йаньшого. Уон, домоуак, гоуорыли, есь у некоторых людей — уУж с красными заушницами. Но не у каждых людей уон быу. Покойник отец расказвау: «Я, — кажэ, — Гору, уыгоруаю ужа». Да узлу яго, убиу. И уон снацца

[уж снится отцу]: «Шо я табе зробиу, я тобе кроме хорошаго ниякого зла не зробиу»-Мо, вонь/ булг/ у этых ведьмароу они жыли.

с. Радчицк (хутор Подомша за г. Столин) Столинского р-на Брестской обл., 1984 г., зап.

О. В. Санникова от Борычевской Е. М., санитарки в Столинской больнице.

+ 29.2г. Внешний вид домашнего ужа

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

ГОМЕЛЬСКАЯ ОБЛ.

№ 53. Бывало, что в хлеву вуж жил, но это ведьма его кидала, а он ей молоко носил.

с. Ручаевка Лоевского р-на Гомельской обл., 1984 г., зап. Т. Пигарева от Шумигай Марины Ивановны, 1904 г. р.

+ 1.1д. Отбирать молоко ведьме помогают змеи, жабы

+ 29.1 е. Домашний уж живет только у колдуна, ведьмы, он приносит им молоко, отобранное у чужих коров

+ 29.26. Домашний уж живет в хлеву, во дворе

+ 29.46. Если корову сосет домашний уж, это плохо, она не дает молока

№ 54. У хате были вужы — хай пылом и дымом несе на сухый лес, на тёмные ляса, пустые балата — то каудун наслау ужа. Харашо, як убьеш ужа — его обшэптаюць.

с. Присно Ветковского р-на Гомельской обл., 1982 г., зап. Л. Г. Александрова от Голубевой Екатерины Киреевны, 1914 г. р.

+ 29.1е. Домашний уж живет только у колдуна/ведьмы, он приносит им молоко, отобранное у чужих коров

+ 29.5в. Ужа, живущего на территории дома, можно убивать

№ 55. Папал, паел — то уж насланый. Хто его паслал, тот и возьме, а сам не можна.

с. Присно Ветковского р-на Гомельской обл., 1982 г., зап. Л. Г. Александрова от Рябой Параскевы Петровны, 1896 г. р.

+ 29.1е. Домашний уж живет только у колдуна/ведьмы, он приносит им молоко, отобранное у чужих коров

ВОЛЫНСКАЯ ОБЛ.

№ 56. Е таки знахори, що нашлють вужа — то насланый виж, то вин укусыть людыну, то й умырае вона. И вин коровы дае, выссае.

с. Любязь Любешовского р-на Волынской обл., 1985 г., зап. И. О. Васюкова.

+ 29.36. Укус домашнего ужа смертелен

+ 29.4а. Домашний уж сосет молоко у коровы

+ 29.4в. Если корову сосет домашний уж, это плохо, она не дает молока

№ 57. [На вопрос о домовом.] Гады-то булы колысь в доми. Дэсь по хуторах, по лисах. Буль/ люды, шо з йими зналыся, воны йих и у рукы бралы. Булы таки люды-видьмари, то воны того гада моглы направыты до другого чоловика [в дом].

с. Березичи Любешовского р-на Волынской обл., 1985 г., зап. Н. С. Пухевич отТышковец Марии Васильевны, 1918 г. р.

+ 29.1е. Домашний уж живет только у колдуна/ведьмы, он приносит им молоко, отобранное у чужих коров

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

РОВЕНСКАЯ ОБЛ.

№58. [Зимой в доме рассказчицы у порога появился уж. Его поймали и сожгли на дворе. Знахарь, чернокнижник из Пинска сказал, что это к несчастью. Действительно, скоро внучка] выколола око ножэм. Хто-то яго [ужа] прислау

с. Нобель Заречненского р-на Ровенской обл., 1980 г., зап. О. В. Санникова от Цесарь Евдокии Артемовны, 1923 г. р.

+ 29.56. Ужа, живущего на территории дома, можно убивать

+ 29.5г. Если убить домашнего ужа, произойдет несчастье в доме (с членом семьи/ всей семьей)

№ 59. [Бывает, что в хлеву живет уж.] Вуж корову *ссэ. То насилпють. А бывие, шо укрутыцца на ногу [корове] и будэ ссать корову. Корова так мыкае, як до тэляты. [Т. е. привыкает, что уж сосет у нее из вымени молоко.] Колись казулы, шо дигтом стины поможуть, то вин [уж] нэ зпйдэ.

с. Чудель Сарненского р-на Ровенской обл., 1984 г., зап. А. В. Гура от Занозовой Любови Саввишны, 1928 г. р., и Примак Агаты Трофимовны, 1904 г. р.

+ 29.4а. Домашний уж сосет молоко у коровы

+ 29.4г. Корова привыкает к ужу, кормит, зовет его, тоскует по нему

+ 29.3ж. Чтобы в доме не было ужа, используют обереги

ЖИТОМИРСКАЯ ОБЛ.

№ 60. Ни, [покровителя нет у дома. Может жить уж], то домовык. Можэ и у хлэви нахо-дыца. Можэ и укусыть корову. Уж сцэ корову. Корова привыкнэ, [и когда ужа прогонят или убьют, она тоже погибает]. То вэдьмары насилають.

с. Червона Волока Луганского р-на Житомирской обл., 1984 г., зап. М. М. Гончаренко от Вознюк Надежды Петровны, 1919 г. р., и Вознюка Горсыма Григорьевича, 1911 г. р.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

+ 29.26. Домашний уж живет в хлеву, во дворе

+ 29.4а. Домашний уж сосет молоко у коровы

+ 29.5в, Если убить домашнего ужа, корова сдохнет/перестанет давать молоко

1з. Домашний уж — это муж, мужчина в доме

Соотнесенность живущего в доме ужа с мужчиной проявляется лишь в двух полесских текстах и поддерживается фаллической символикой ужа и вообще змеи в славянской традиции (Гура 1997: 279; Успенский 1982: 65), выражающейся в изображениях (болг. (Георгиева 1983: 104)) и текстах разных жанров — сновидениях (ср. широко известную у восточных и западных славян интерпретацию сна об уже или змее как о снящемся муже, женихе), загадках (пол. (Гура 1997: 279)). Кроме того, на этот мотив могла повлиять легенда у муже-уже, хорошо известная в Полесье (см. комментарий к мотиву 33.Зн. Муж-уж).

ГОМЕЛЬСКАЯ ОБЛ.

№61. Не, не можна вбить вужа, бо то не вуж, а мужчына у хате жыве.

с. Малые Автюки Калинковичского р-на Гомельской обл., 1984 г., зап. М. Костромина от Дулуб Ольги Александровны, 1930 г. р.

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

ВОЛЫНСКАЯ ОБЛ.

№ 62. Вуж, то кажуть, муж. У нас у хоти вужь/ жылы, молоко мама йим давалы. Нихто йих нэ *рухав, вонь/ нэ кусалы.

с. Красностав Владимир-Волынского р-на Волынской обл., 1986 г., зап. Г С. Найдин от Лукашок Ольги Микитичны, 1923 г. р.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печыо)

+ 29.3а. Домашний уж не кусается

+ 29.3г. Домашнего ужа кормят

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

1 и. Домашний уж бывает у того, КТО СОЖЖЕТ ОБОД ОТ КОЛЕСА

Уникальное свидетельство, прямые параллели которому отыскать не удалось, однако существует ряд косвенных свидетельств, связывающих практику разламывания и сжигания колеса с мифологическими персонажами, главным образом с целью их обнаружения и обезвреживания. В частности, в Житомирской обл. на Купалу сжигали бороны и колеса, чтобы уничтожить те предметы, на которых ведьма приезжает доить чужих коров (Агапкина, Виноградова 1999: 534). В другом случае, чтобы узнать, кто в селе занимается колдовством, новое колесо нужно надеть на палку и катить его по дороге — возле дома колдуна оно лопнет. Обломки колеса сжигают на перекрестке, в результате чего можно услышать крики колдуна (орлов. (Там же)).

ЖИТОМИРСКАЯ ОБЛ.

№ 63. Вуж-домовак у того буває, у кого колесо у вози зломицца, и вон деревянный обод спалить.

с. Игнатполь Овручского р-на Житомирской обл., 1984 г., зап. Т. В. Бахтюкова от Жолудь Марины Михайловны, 1913 г. р.

II. Место пребывания домашнего ужа И ЕГО ВНЕШНИЙ ВИД

2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

Представление о доме как месте обитания домашнего ужа распространено в западных и центральных районах Полесья (Брестская, западные районы Гомельской обл., Волынская обл., Ровенская обл., Житомирская обл.). В большинстве текстов такая локализация домашнего ужа соотносится с его осмыслением как покровителя, хозяина дома. Места обитания домашнего ужа связаны с местами нахождения в доме душ предков — это печь и подпечье, а также порог, что имеет широкий круг параллелей в других славянских традициях (Левкиевская 19996: 340; Гура 1997: 308—309; Раденковий2012: 172). В русской традиции подполье и подпечье — места обитания домового (Левкиевская 1999: 121). В южнославянских традициях, а также у словаков и чехов широко распространено представление о пребывании домашней змеи под фундаментом дома (болг. (Георгиева 1983: 61)), в области домашнего очага (Раденковий 2012: 171—172), а также под порогом дома (Тэор^евий ПВП 2: 123), поэтому существовал запрет на пороге рубить дрова, чтобы не повредить такой змее (чеш., словац. (Климова 2000: 172)). В западных областях России считалось, что гнездо домашней змеи находится в красном углу (Власова 1998: 196).

ГОМЕЛЬСКАЯ ОБЛ.

№ 64. [В некоторых домах ужи — как коты. На ночь ставят ужа, чтоб мышей ловил.] с. Барбаров Мозырского р-на Гомельской обл., 1983 г., зап. Ф. Б. Успенский.

ЖИТОМИРСКАЯ ОБЛ.

№ 65. Е и хб/тии вуж, е и усики.

с. Перга Олевского р-на Житомирской обл., 1984 г., зап. Е. В. Максимова.

26. Домашний уж живет в хлеву, во дворе

Местожительство домашнего ужа вне дома — в хлеву или во дворе — менее частотный мотив, чем его локализация в доме. Тем не менее мотив известен во всех полесских ареалах, в том числе и в восточных — в Гомельской и Черниговской обл. Хлев и двор как места обитания этого персонажа обычно соотносятся с кругом представлений о его связи с коровой и высасывании у нее молока (см. мотив 29.4а. Домашний уж сосет у коровы молоко). Характерно, что на востоке Полесья, в частности в Черниговской обл., бытует представление о том, что домашний уж живет только в хлеву, а в доме жить не может (№ 50, козелец. черниг.), — в этом ареале наиболее сильно развиты поверья о его связи с коровой и высасывании у нее молока, получающие здесь положительную оценку (ср. мотив 29.46. Если корову сосет домашний уж, это хорошо, она дает много молока). В восточных частях Полесья уж, живущий на территории усадьбы, осмысляется скорее как персонаж, связанный с благополучием скота, в отличие от Западного Полесья, где наиболее сильные представления о нем как хозяине дома, мифическом покровителе. Таким образом, дихотомия «домашний уж живет в доме» — «домашний уж живет во дворе» имеет диалектное распределение на территории Полесья и соотносится с разными статусами этого персонажа.

ЖИТОМИРСКАЯ ОБЛ.

№ 66. *3авждь/ в доме уж живёть, особенно в хлевах. Як ужа убпть — корова рэвэть будэ, може умэрти. Воно к ужу при вы кое.

с. Курчица Новоград-Волынского р-на Житомирской обл., 1981 г., зап. И. Г Безрукова от Сукач Ульяны Ермолаевны, 1901 г. р.

+ 29.16. Домашний уж есть в каждом доме

+ 29.4г. Корова привыкает к ужу, кормит, зовет его, тоскует по нему

+ 29.5в. Если убить домашнего ужа, корова сдохнет/перестанет давать молоко

№ 67. [Домовой уж] дэсь в сарае живэ.

с. Червона Волока Лугинского р-на Житомирской обл., 1984 г., зап. М. М. Гончаренко от Горпины Ивановны (б/ф).

№ 68. [Уж-домовик живет] у сараи, де корова стоить.

с. Червона Волока Лугинского р-на Житомирской обл., 1984 г., зап. Е. Э. Будовская.

2в. Домашний уж невидим

Представление о том, что домашний уж невидим, спорадически встречается в разных частях Полесья, однако не является частотным. Невидимость ужа может одновременно сочетаться в сознании носителей традиции с его видимым обликом (ср. № 37, стародуб. брян.). Этот мотив является частью общеславянского представления о том, что обычно домашняя змея невидима и показывается членам семьи только перед каким-либо несчастьем (Гура 1997: 310—311; Тюр1)еви1і ПВП 2: 118).

ГОМЕЛЬСКАЯ ОБЛ.

№ 69. Ууж бууае — што кажуть, есь у хате хазяин домоуак, уун е, тольки его нихто не бачыть.

с. Стодоличи Лельчицкого р-на Гомельской обл., 1984 г., зап. О. В. Санникова от Шур Соломен Сазоновны, 1896 г. р.

+ 29.1а. Домашний уж — это покровитель, хозяин дома

2г. Внешний вид домашнего ужа

№ 2, 18, 26, 41, 52, 132, 135, 137, 151, 196

В полесских материалах нет единого представления о том, как выглядит домашний уж. Большая часть текстов, в которых упоминается о его внешнем облике, относится к западной части Полесья. Чаще всего упоминаются размеры ужа — он большой, длинный, толстый (ср. № 135, лунинец. бреет.; № 137, столин. бреет.; №41, калинков. том.). В одном тексте из Березовского р-на Брестской обл. домашний уж, маленький, с рожками (ср. мотив 33.2а. Атрибут главной змеи — золотые рожки, корона, уши), противопоставлен «нечистому» ужу — толстому и длинному (№ 132). В редких случаях отмечен цвет домашнего ужа — он блестящий (№ 2, столин. бреет.) и имеет красные «заушницы» (№ 52, столин. бреет.) — ср. красные уши у главной змеи (глава 33. № 18, петриков. том.).

В других славянских традициях маркируется, прежде всего, цвет домашней змеи, символически связанный с потусторонним миром — она белого или черного цвета, при этом у южных славян белый цвет змеи интерпретируется в связи с ее пристрастием к молоку (РадековиЙ 2012: 170—171). В ряде случаев отмечаются ее длина и ширина — она может быть большой и двуглавой (болг. (Троева-Григорова 2003: 81)). По свидетельствам из Закарпатья, внешний вид домашней змеи отличается в зависимости от бедности или богатства хозяев — у бедных она маленькая, а у богатых серого цвета (Гура 1997: 308).

III. Отношения домашнего ужа с людьми

За. Домашний уж не кусается

№6, 34,51,62, 83, 117, 167

Представление о безвредности домашнего ужа встречается, в основном, в западных и центральных частях Полесья (Брестская, Волынская, Ровенская, Житомирская обл.), там же, где в наибольшей степени распространено представление об этом персонаже как о хозяине и покровителе дома. В других славянских традициях также домашняя змея считается безвредной, а в Сербии — это единственная змея, которую никто не боится (Гура 1997: 309).

36. Укус домашнего ужа смертелен

См. №56, 171

Этот мотив не характерен для представлений о домовом уже, который считается безопасным для человека. О смертельном укусе живущего в доме ужа существует всего два свидетельства, при этом одно из них касается не своего ужа — хозяина дома, а насланного колдунами (№ 56, любешов. волын.). В другом случае речь идет о мести других ужей за убийство ужа.

БРЕСТСКАЯ ОБЛ.

№ 70. В доми жил уж: вмести з детьми йил, облизывал их. Если забить ужа, то уж [другой?] укусит дитя и тот умре [от этого укуса нет спасения, а даже от гадины — есть].

с. Ковнятин Пинского р-на Брестской обл., 1981 г., зап. А. Ф. Строев от Адамович Анны Григорьевны, 1919 г. р.

+ 29.3в. Домашний уж ест кашу/молоко вместе с детьми

+ 29.5д. Если убить домашнего ужа, он сам или другие ужи отомстят за его смерть

Зв. Домашний уж ест кашу/молоко вместе с детьми

Представление о связи домашнего ужа с детьми и, конкретно, о том, что он вместе с детьми ест из одной миски, известно на всей территории Полесья и за его пределами. Подчеркивается, что такая трапеза носит мирный характер: уж не трогает детей, дети не боятся ужа и даже слегка отталкивают его или бьют ложкой, если он мешает им есть. В полесских текстах обычно указывается, что уж ест ту же пищу, что и дети, но не конкретизируется, какую именно, за исключением Гомельского и Черниговского Полесья, где речь идет о молоке.

Этот мотив хорошо известен в других славянских традициях, где дети вместе с домашней змеей едят молочную кашу или молоко, что подчеркивает общую тему любви домашней змеи к молоку (ср. мотив 4а. Домашний уж сосет у коровы молоко). В Витебской обл. совместное поедание домашней змеей и детьми молока расценивается как предзнаменование: «жильцам предстоят всяческие благополучия, зато дом непременно сгорит» (Никифоровский 1897: 201). На западе Полесья запрещено убивать змею или ужа, обедающих вместе с ребенком, поскольку в таком случае умрет и этот ребенок (№ 74, ляхович. бреет.; № 83, заречн. ров.). Эта зависимость жизни ребенка от жизни змеи, с которой вместе ест, известна и в других славянских регионах, в частности у южных славян: хозяин убивает змею, которая, появившись из-под печи, ела с детьми молоко, после чего у него умер младший сын (РаденковиЙ 2012: 174); подобные сюжеты известны и в Чехии (Георгиева 1983: 105).

БРЕСТСКАЯ ОБЛ.

№71. Дети кушають, ужы вылазють и разом кушають. То нэ домовой.

с. Муховец Малоритского р-на Брестской обл., 1982 г., зап. Л. Г. Александрова от Гри-цук Елены Федоровны, 1908 г. р.

+ 27.2г. Домовик и домашний уж — разные персонажи

№ 72. Вуж вылазиу з-пуд печы и еу з детьми, яго забили.

с. Оброво Ивацевичского р-на Брестской обл., 1987 г., зап. М. Э. Бранина отКарпонович Надежды Ивановны, 1928 г. р.

+ 29.56. Ужа, живущего на территории дома, можно убивать

№ 73. Гужы под печкамы жылы. Гуж — он безурэдны. Гужы адкаладывають яйца на поли. Гужы кушали [в доме] вместе з дитьмы.

с. Одрижин Ивановского р-на Брестской обл., 1986 г., зап. М. Бранина от Денейко Михаила Архиповича, 1913 г. р.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

№ 74. [Жил мужик с семьей. Каждый день уходили они с женой на работу, а детей оставляли дома. Сколько бы еды ни оставили, она вся съедалась. Решили они посмотреть, кто всю еду съедает. Спрятались и увидели, что приползает уж и ест вместе с детьми. Решили убить ужа. И приснился хозяину сон, что уж ему говорит: «Што ж ты зрабиу? Ты маих дзяцей асирациу. Так и сваих не увидишь». И умерли все его трое детей.]

с. Туховичи Ляховичского р-на Брестской обл., 1987 г., зап. Т. И. Мартысюк от Филиппович Натальи Семеновны, 1901 г. р.

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

+ 29.5г. Если убить домашнего ужа, произойдет несчастье в доме (с членом семьи/ всей семьей)

№75. Когда-то муй тато рэзау дэрэва на хаты, рэзали воны у Марлине [село в 40 км от Хоромска]. Жыли на квартыре, и вун сам бачыу, шчо пуд печчу у них [у хозяев дома] жыу вуж. Гэтыя хозяи, як навараць вечори, наль/оць у миску, поставляць надолу, а дети навколо сядуць тэй мисцы да станут есци з той мисы. Тогды вуж вилизае з-пуд печы, прыпоузае до йих, кладе голову у мису и з йими есць. Дети его одпихнуць, а вун зноу голову у миску и з йими есць, пока наесця. А потом и зной пуд печ.

с. Хоромск Столинского р-на Брестской обл., 1984 г., зап. Т. А. Агапкина, А. Л. Топорков от Чурилович Раисы Васильевны, 1924 г. р.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

№ 76. [В деревне по соседству] этыи вужы у хаци були. Дажэ з детьми воиы кушали з одной миски. Ну, у йих яйца есця, воны там ужэ выводять молодыи вужы. То йих там, это хозяева тыи забрали яйца, уничтожыли. То ён прышоу, яду напускау у молоко, шчобы поубило семью или там детей ци шчо (...)

с. Хоромск Столинского р-на Брестской обл., 1984 г., зап. Т. А. Агапкина, А. Л. Топорков от Гапко Ольги Ивановны, 1921 г. р.

+ 29.3д. Человек прячет яйца ужа — уж напускает в посуду яду; когда яйца возвращают на место, уж переворачивает посуду, чтобы люди не отравились

ГОМЕЛЬСКАЯ ОБЛ.

№ 77. Уж може дружить с ребёнком, з одной тарелки кушать; убивать нельзя.

с. Дяковичи Житковичского р-на Гомельской обл., 1983 г., зап. Е. Л. Чеканова.

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

№ 78. И було тожэ, шо кине моти дитя у хоти, там двое детей, то у хоти им ести поставить доли [на полу]. Коли, кажэ, она у окно побачыть, шо воны роблять — аж воны едать, и коло йих вуж у ту мисачку есць.

с. Симоничи Лельчицкого р-на Гомельской обл., 1986 г., зап. О. В. Санникова от Шадон Ульяны Емельяновны, 1909 г. р.

№ 79. Домовик — слово такое слышала, а што то такое? Мо, кота называють домовиком? Иногда говорать, што уж — домовик. Када у лесах жывуть. [В доме] тыи ужы у прыпечку жывуць и разом з детьми едать з одной миски. [В Мозырском р-не] на ужа кажуть — домовик. «От, кажуть, домовик у доме». И на кота кажуть домовик (...) На подласицу не кажуть — домовик.

с. Голубица Петриковского р-на Гомельской обл., 1983 г., зап. О. А. Терновская от Па-шук Ольги Гавриловны, 1910 г. р.

+ 29.1а. Домовой уж — это покровитель, хозяин дома

+ 27.26. Домовик и ласка — разные персонажи

№ 80. От, мае дзетки, чула я таки расказ. Дауна гэто було. У семьи адной вельми багато дзяцей було. И от коли одзии раз буу потоп, то прыпоуз к йим у хату вуж, ды й так и застауся жыць. Як садзяцца дзеци ести, так и вуж вылазить. З аднои мисцы яны ели. Спочатку полохалыся, а потим ничого, прывыклы.

с. Вербовичи Наровлянского р-на Гомельской обл., 1984 г., зап. Т. В. Козак.

№81. Кались, казали, буу вуж у хати. Воны и тяпер залазять (...) Дети идать малалко з миски, и вуж з ими. [Можно ли было убивать ужа?] — А як жа (...) Люди казали: хто их убиває, дак Бог грэхи адпускае.

с. Великий Бор Хойницкого р-на Гомельской обл., 1985 г., зап. Л. Н. Виноградова.

+ 29.56. Ужа, живущего на территории дома, можно убивать

№ 82. Мой дадька налее малака детям, а ужи вылезають и пьють. Ён их ложкой па галаве.

с. Присно Ветковского р-на Гомельской обл., 1982 г., зап. Е. С. Зайцева.

РОВЕНСКАЯ ОБЛ.

№ 83. Колысь расказвали, буу одын пацан малы. Маты идэ на работу, а тут жэ пацан играецца. А там тэй домовык. Дадуть ему, пацану, на полу йсты, вин йисть, и той самый домовик з йим йисть. А вин ля грае, нишчо не чапае того дитюка. Оны прийшлы да забылы яго. А той дит/ок прамо сох-сох да умэр, так силно пэчалиуса. [Домовик — уж?] Вуж такы о, алэ нишчо нэ займау того дытюка. Играуса з йим.

с. Нобель Заречненского р-на Ровенской обл., 1980 г., зап. О. В. Санникова от Ходневич Анны (Ганны) Романовны, 1933 г. р.

+ 29.1 а. Домовой уж — это покровитель, хозяин дома

+ 29.3а. Домашний уж нс кусается

+ 29.5г. Если убить домашнего ужа, произойдет несчастье в доме (с членом семьи, всей семьей)

№ 84. Коль/сь було уйма, плодь/лися. Рыбятг/шки идять, и вуж йисть ротом з дытьмы на полю, коль/ моты кормыть дытэй.

с. Чудель Сарненского р-на Ровенской обл., 1984 г., зап. К. Корнелюк от Михаревич Елены Супруновны, 1900 г. р.

№ 85. Нельзя [убивать домашнего ужа]. Ж//в уж у водних. Дети едать, и вон идэ, и никто его не трогал, потом ушел кудись. Стиры л/оди казпли, шо нельзя убивать.

с. Боровое Рокитновского р-на Волынской обл., 1984 г., зап. В. С. Карапаева.

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

ЖИТОМИРСКАЯ ОБЛ.

№ 86. [В хате может жить уж, которого нельзя обижать; хозяйка] поставит здорову мг/ску *саломпхи. Штук пьять вужэй так у хите жь/ли, детей не чинили, [из миски дети и ужи ели вместе]. Як хозяин нпйде [яйца «вужа», тот] шкоду зробит; куушын пэрэвер-не, чи яду напустит.

с. Тхорин Овручского р-иа Житомирской обл., 1981 г., зап. О. В. Белова от Казимирчук Евдокии Свиридовны, 1918 г. р.

+ 29.3д. Человек прячет яйца ужа — уж напускает в посуду яду; когда яйца возвращают на место, уж переворачивает посуду, чтобы люди не отравились

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

ЧЕРНИГОВСКАЯ ОБЛ.

№ 87. Ходили мы у лес по ягоды, заночевпли у соседей. [Утром мы встали и видим, что] у них уж на сковородке скрутился и греется. [Хозяйка ему говорит:] «Иде, уже нагрелся». [А когда детям налили молока, то] и вужи вместе с ними [из того же блюдца пили молоко].

с. Хоробичи Городнянского р-на Черниговской обл., 1980 г., зап. А. Б. Ключевский от Високос Анны Львовны, 1914 г. р.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

Зг. Домашнего ужа кормят

О необходимости кормить домашнего ужа (обычно молоком) в полесских материалах имеется несколько сведений (ср. № 17, 18, 62, 200, Владимир.-волын., любешов. волын.), но на большей части территории этот мотив не встречается. Об обычае кормить домашнюю змею хорошо известно у южных славян, в частности болгары оставляют для нее обрядовую пищу и вино в углу или перед очагом на Рождество и Иванов день (БМ: 342); в Родопах ей оставляли молоко и пресные лепешки; в Боснии для нее наливали молока (Раденковий 2012: 172); у сербов ужа, охраняющего поле от града, кормят молоком, а также отливают ему в миску вино нового урожая (Ъор^евиЙ ПВП 2: 128—129); македонцы устраивали обрядовую трапезу в честь змеи — покровительницы дома (Вражиновски 1995: 73). У поляков кормят молоком и белым хлебом змею, которая называется rojnica и которая способствует ведению пчел (Гура 1997: 317). В русской традиции обычай кормить мифологического покровителя дома закреплен за домовым, которому делали приношения (борщ, кашу, чашку молока, хлеб) в определенные дни (на Рождество, Новый год, Пасху, в заговенье (Левкиевская 1999: 123)).

ГОМЕЛЬСКАЯ ОБЛ.

№ 88. [Об ужах.] У Лоеуском районе йих держать як кошэк. У бл/одечко наливпюць малако. Як кошэк держать.

с. Барбаров Мозырского р-на Гомельской обл., 1983 г., зап. О. А. Терновская от бурильщика Жоры.

Зд. Человек прячет яйца ужа — уж напускает в посуду яду; когда яйца возвращают на место, уж переворачивает посуду, чтобы люди не отравились

Сюжет о несостоявшейся мести ужа, у которого человек отнимает яйца (или детенышей), а потом возвращает на то же место, известен на всей территории Полесья (Богданович 1895: 32—33; Левкиевская 2001: 423). Аналогичные свидетельства есть и в русской традиции (Власова 1998: 196—197). Характерно, что этот же сюжет у южных и отчасти западных славян связывается с лаской: во время полевых работ косцы переносят детенышей ласки в другое место. Не найдя их, ласка напускает яду в сосуды с водой. Когда детенышей возвращают, она опрокидывает сосуды, чтобы никто не отравился (подборку славянских материалов с этим сюжетом см.: (Гура 1997: 204; Тюр1)евиЙ ПВП 1: 300)). У западных украинцев этот сюжет может связываться с ящерицей (Gustawicz 1881: 133). В литовских былинках аналогичный сюжет связывается с ужом (Велюс 1989: 281).

БРЕСТСКАЯ ОБЛ.

№ 89. Разорили гнэздо ужп, яичкы выбросили. Уж придёт, видить, што нету. Приходить, гдэ молоко стоить, и яд пуские в кувшин, отравил. Хозяин видит, что беди, ужэ надо оддить яички. И он ему назад яичко положыл в ево гнездо. А уж тогда приходить, значить, и все кувшыны с молоком вылил, штоб хозяин не скушал.

с. Заболотье Малоритского р-на Брестской обл., 1982 г., зап. Е. Б. Владимирова от Сковородки Андрея Веримеевича, 1911 г. р.

№ 90. У лису жыу чоловик. И настивил молоки у комори. Яйца забрил и выкинул. Рино заходить хозяйка у комору и бичыт: вуж у кижду глодыжку яду запуские. «Занэси яйца назид». Занёс. А вуж всё молоко повыливил, шоб нэ отравить.

с. Мокраны Малоритского р-на Брестской обл., 1982 г., зап. Л. Г. Александрова от Го-рольчук Евдокии Ясоновны, 1912 г. р.

№ 91. Пры Миколаю у лесе жыу стражник. 3 им жыу уж и еу з ими разам. А после под печчу побрали яйца яго. Стаяли *гладышки з молоком. Вуж у гладишки яду пустиу. Тое бачили и молоко не чапали. Яйца не пабили, а принесли назад. Тоды он один гладишок хвостом окрутиу, други, и усе первярнуу.

с. Оброво Ивацевичского р-на Брестской обл., 1987 г., зап. М. Э. Бранина.

+ 29.3в. Домашний уж ест кашу/молоко вместе с детьми

№ 92. Хозяин на практику спрятав яйца ужа [посмотреть, что он будет делать]. Тот напускав яду в миску, затравив это. [Что было дальше, информантка не знает, вроде бы «помэрли ЛЮДЫ».]

с. Ковиятин Пинского р-на Брестской обл., 1981 г., зап. А. Ф. Строев от Линкевич Агафьи Федоровны, 1914 г. р.

№ 93. Вонь/ забрали яйца вужовы. Так ён яду напускал у воду. Положыли обратно, так он зняу яд.

с. Лисятичи Пинского р-на Брестской обл., 1981 г., зап. Л. Г. Умнова от Кунтуш Евы Ивановны, 1921 г. р.

№ 94. То мама моя росказувала. Он [уж] нанес яец у клети. Ну, а вонь/ [хозяева] знайшли да й потолклы этые яйци. Ну, потолклы, а вин пошоу и з каждой судынкы хвостом скынуу этые накрывочкы, и туды напустыу яду. Но чы потравылыса л/оды, чы диты, чы хто — я нэ знаю.

с. Лопатин (Колбы, соседний хутор) Пинского р-на Брестской обл., 1985 г., зап. О. В. Санникова от Грицевич Марии Алексеевны.

№ 95. Я чула, шо знайшлы [хозяин] вужовы яйца пуд порогом нидэ, и забрау йих, у другэ мисцэ поклау А той вуж улиз у хату, да стояло там молоко, да у молоко он напускау этого яду. А посля той чоловик да назад поклау тые яйцы. Да й поставну тэ молоко на столи. Догадауся чы шчо? А юн прышоу, кажэ, хвостом и пэрэкыиуу тэе молоко, той вуж.

с. Лопатин (Колбы, соседний хутор) Пинского р-на Брестской обл., 1985 г., зап. О. В. Санникова от Колб-Силецкой Софьи Федосьевны.

№ 96. [Уж жил у людей в доме. Однажды люди перенесли его яйца под печь. Он отравил все молоко, единственное питье. Но потом, обнаружив яйца, опрокинул все крынки с молоком.]

с. Велута Лунинецкого р-на Брестской обл., 1991 г., зап. Е. А. Халецкая от Юрко Веры Григорьевны, 1931 г. р., и Хлуд Софьи Александровны, 1931 г. р.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

№ 97. [Мужчина пошел пасти скот.] Сам пастух пасе *товару, на ноч загонить у хлеу и ночує там коло товару у хлеве. Узяу уон, той чолоуек ужоуые яйца покрау. Ну и уон ужэ короуы доиу, той чолоуэк, а уон узяу да усе молоко повылиуау. Ууж. На што яйца покрау? Хуостом кажэ окружить и лье, и лье. А як ужэ уон понёс, той чолоуэк яйца, да положыу, то ужэ нишчо не робицца.

с. Радчицк Столинского р-на Брестской обл., 1984 г., зап. О. В. Санникова от Бондарчук Прасковьи Потаповны, 1900 г. р.

№ 98. В однь/х людей в сараи нанэсла (...) вуж да нанёс у сумку яачэк. А вони [хозяева] взяли да прибрали сумку. От. Так этой вуж взяу еты гладь/шки [которые стояли в сарае] да у молоко яду понапускау. Потом оны побачыли, шо яд, ну и положь/ли эты япчки обратно на мэсто. Тадь? он взяу попэрэкидау всэ молоко, шо с ядом. Побачыу, шо яачки на месьти лежать.

с. Верхний Теребежов Столинского р-на Брестской обл., 1984 г., зап. А. В. Гура от Карпинской Ольги Павловны, 1933 г. р.

ГОМЕЛЬСКАЯ ОБЛ.

№ 99. Там у нас у соседа (я була шчэ невэлака), у соседовой Стёпцы було молоко. И там вуж нанёс яец. А воны взяли да забрали. Як воны забрали (...) А у йих гла-дь/шки [с молоком]. Это ж колись, не тяпер, шо вудоила да сдала, вудоила да сдала! А то [раньше] наставляли гладишок доли, стоять тые гладь/шки. Ну, узяу той вуж (...) Воны забрали ть/е яйца. Так вун узяу, пооткрывау тые гладь/шки да яду понапускау. Ужэ оны не узяли ести. Поклали тые яйца на ноч назад, а вой пошоу да поворочау [перевернул] гладишки. От, таке було, это я етэе чула.

с. Симоничи Лельчицкого р-на Гомельской обл., 1983 г., зап. О. В. Санникова от Соко-лович Пелагеи Ефимовны, 1913 г. р.

№ 100. Слишала, пабпли ужэнят, да гуж у гладишки палау яда. Патом узял да папава-рочау хвастом.

с. Барбаров Мозырского р-на Гомельской обл., 1983 г., зап. Г. И. Трубицына от Остапенко Анны Мартиновны, 1912 г. р.

№ 101. Вуж яйца поклал, а хозяин викинул, а он тади зелья напускал у обед, а хозяин взял *кубло да яйца на место положил, а он [уж] пошол да обед попереворачивал, як яйца увидел, шоб не ели.

с. Заспа Речицкого р-на Гомельской обл., 1985 г., зап. Е. Л. Чеканова от Максименко Арины Васильевны, 1899 г. р.

№ 102. Чоловек узял яички у *кубло вужино, а вуж улез у погреб в каждый кувшин пустил яду, а чоловик, як поклав яйца на место, так вуж начал опракг/дывать сосуды, а хозяин увидел, и взял палку, и убг/л.

с. Грабовка Гомельского р-на Гомельской обл., 1982 г., зап. Н. В. Борзаковская.

+ 29.56. Ужа, живущего на территории дома, можно убивать

№ 103. [Уж был ядовит. Играли дети и в траве нашли 26 его яиц. Они маленькие и мягкие. Дети забросили их в другое место. Приполз уж, увидел, что люди сделали, и пустил яд в 3 кувшина, которые стояли в хлеву. Но дети положили яйца на место по совету матери. Уж увидел это и опрокинул все три кувшина.] с. Грабовка Гомельского р-на Гомельской обл., 1982 г., зап. О. В. Санникова от Латышевой Арины Николаевны, 1909 г. р.

ВОЛЫНСКАЯ ОБЛ.

№ 104. Ой, так було! Колысь казалы, за старых людэй так було. Нэ трэба ёго [ужа] яичка бриты. Я чула ешчэ з деда-прадеда — вин потравну усих людэй.

с. Красностав Владимир-Волынского р-на Волынской обл., 1986 г., зап. В. И. Харитонова от Пилипюк Анастасии Харитоновны, 1912 г. р.

№ 105. Як мы жь/лы па хуторах, то в нас жыл уж и нанис вин яйца, и мать моя их выкинула. А батько казав: «Вин тоби нэ чипав. Трэба яйца собраты». А уж за то шо собрали ёго яйца, в горшочки якогось яду наклав — а там еда була. Тоді/ маты собрала яйца. А уж ти горшки, куда вин яду наклав, пораскыдывал, а ти, куда нэ наклав, оставил цэлыми.

с. Ветлы Любешовского р-на Волынской обл., 1985 г., зап. Т. Д. Якушева от Кирилюка Петра Емельяновича, 1929 г. р.

№ 106. [Как уж, у которого забрали яйца, напустил яду в кувшин с молоком.] Можэ рокив 30 назад то было — выгонялы в осэни коровы пасты. Там у йих був хутор у того дада. Вин дойпв коровы. Глядив, час, а потим воны [т. е. семья] приходыли то молоко забиралы. Колысь такые збаночкы булы з глины. Так пока такая була, вин то молоко на полку ставит. Там був така пудопичок пид ш/чу. И вин став шукаты, аж бачыт у *постолови вужовы яйца. Дяько був хитры. Кажэ: «Побачу, чы вин будэ шукаты ти яйца?» За тэ яйца — и вэнэс, и поставив на такому *палику. А сам вишэу, хату закрыв и стоит дивица крэз вокно у хату. Вуж жэ ж вылазит з норы и шукає. Облиз, знаетэ, усю хату — нигдэ не найшоу. Топоричкэ забрауся по паличкови на лауку и пошоу по лауках, по лауках и на пич и на стил и кругом: шукаты. Тогды вин бэрэця на полку — там стояло молоко. Стояло тры збанки. Два було поуных, а трэти половина. Допирька вин тых поуных не зачапае, а до того жбанка, шо половина молока стал бляваты. Чы яд пускау, чы шо. Тот дид думає так: «Я то молоко повыливаю». Вин ухо-дыть у хату, бэрэт тэ яйццовэ и ставит у том куточку, шо вонь/ были. А вин ужэ вылэз из своего кубла и гады ужэ пошоу на *полыцю, кругом того збанка окрутывея и с тым жбанком прыгнув и усё. Ужэ дид ёго забиу! Нэ пустиу жывого.

с. Ветлы Любешовского р-на Волынской обл., 1985 г., зап. О. А. Терновская от Долгих Анны Константиновны, 1926 г. р.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

+ 29.56. Ужа, живущего на территории дома, можно убивать

РОВЕНСКАЯ ОБЛ.

№ 107. [Люди украли яйца ужа, он за это отравил им питье,] оны тые яйца назад по-клалы, вин зайшоу да яд уберае з тых посудкоу. Попарэкидау, коб повыливалосо да не потравылыса. От шчо.

с. Нобель Заречненского р-на Ровенской обл., 1980 г., зап. О. В. Санникова от Ходневич Анны (Ганны) Романовны, 1933 г. р., и Ходневич Ульяны Ивановны, 1910 г. р.

№ 108. Пацан йив кашу. Пришоу вуж. [Женщина увидела его и проследила, куда он уполз.] Вон пошоу в печку. Потом она пацана прибрала. Вышла та стара (де интернат вона жыли) — повилазили малые [ужи]. Она узяла решето, накрыла их. А на лавце стояли гладышки с молоком. А потом вин побачил, шо нема малых — влиз на лавку и напустил — не знаю, шо [в молоко]. Жынка взяла решето, приняла, малые пошла, вин побачил — вывернул тые гладышцы.

с. Чудель Сарненского р-на Ровенской обл., 1984 г., зап. Е. В. Тростникова.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печыо)

№ 109. [Бывает, что уж живет в хате?] — Буває. Колись [часто бывало]. То лежыть ста-рычок, да вылезлы вужэнятка с кучкы и полягалы серэд хаты к сонэчку. А он за рэшэто и накрыу [их] рэшэтом. То вуж вылэз — нэма дэтэй. То вин пошоу покупался в вэдра, напускау яду. Вин вылэз, влиз в вэдро, да й полаз да напускау яду. А той дид встау да рэшэто прыняу. Як вин [уж] вылиз, побачыу, шо вужэнятка е. Да и то вэдро вылиу, ту воду з вэдра. Да й полаз у кучку. А старичок, дэдок, лэжыть дывица, шо вин робыть.

с. Чудель Сарненского р-на Ровенской обл., 1984 г., зап. А. В. Гура от Примак Агаты Трофимовны, 1904 г. р.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печыо)

№ 110. Ходить уж и молоко пье, нанес яац, жанка яйца взяла, уж пошел и в молоко напускал яду. Жынка принесла на место положыла, уж все кувшины перевернул и молоко повыливал.

с. Боровое Рокитновского р-на Волынской обл., 1984 г., зап. В. С. Карапаева.

ЖИТОМИРСКАЯ ОБЛ.

№ 111. Жоночка поставила гладышки, молочко. Она побачила, шо вон, вуж, нэсэяйца (а гад/ока, вона зразу родить). Он побачыу (чоловак), шо яечка лежать. Шо ж робыть с тэм вужом? Думає, шо дальше будсть. И вон стоить у своей хати у коробцы (яечка у коробцы), бачыть — прийшоу вон. Вывеу тэе яечко, вуженятко. Он — за ту коробочку и приняу. Она — шо робыть? Берэ этое вуженятко, приняу (он у хату забрау). А потом дальше шчо (...) Приходить вуж. И там вже стоять гладышки молока. А он берэ, усе пэрэкидае усе гладышки, и в этой тазу умыуся сам, яд пустиу и усё. А той чоловак приносе зноу вуженятко, и вон о так завертає хвоста и хочэ пэрэкануть того таза назад. Вувернуу того таза да яду, да пэрэкинуу да ничого. Жиу вун у хати там, е и хатин вуж, е и усяки. [Прим, соб.: информант пьян, путает «жонку» с «чоловиком».]

с. Перга Олевского р-на Житомирской обл., 1984 г., зап. И. Г. Безрукова.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

№ 112. Один чоловак в чоботах яйца ужа нашоу да и выкинуу йих. Пришэу уж и яду в молоко напустпу. Чоловак то бачиу, яйца назад положау. Так уж знов пришэу да молоко то пэрэвэрнуу.

с. Курчица Новоград-Волынского р-на Житомирской обл., 1981 г., зап. И. Г. Безрукова от Сербин Анастасии Александровны, 1925 г. р.

№ 113. [Былинки информанту не известны. Знает случай, когда люди] попортили яйца [ужа] ему, так он им наробал шкоды, напускал яду.

с. Выступовичи Овручского р-на Житомирской обл., 1981 г., зап. В. И. Харитонова от Караченко Ивана Александровича.

№ 114. Цэ ж баба мне расказывала. Вуж поклал яйца у чэрэвыку. А вона [хозяева] взялы да пэрэставилы ту чэрэваку. А вуж [не найдя своих яиц] пошоу, дэ гладышэчки [с едой] стояли. Набэрэ у рот да назад [вместе с ядом] вылиу. А они [хозяева] того чэрэвака узялы да поставили на место. А вуж то як побачыу, то усе гладышэчкы и пэрэвэрнуу [чтобы люди не отравились].

с. Журба Овручского р-на Житомирской обл., 1981 г., зап. Е. С. Зайцева от Цалко Геннадия Раймондовича, 1926 г. р.

№ 115. [Одни люди] жыли у лесу. У них у лесу быу дом. И коровей держали, и овечки, и свиньи. Дак у них дети буль/. Дак для детей варять кашку пшонную з молоком. Дак вонь/ едять ложкамы, а вин [уж] тоже. Дак вонь/ его ложкою по голове, а он усё равно наеуся и пошоу. У сапогу нанёс яец, у клети. А вонь/ [хозяева] узялы да вь/кынулы йих. Вонь/ где-то пошлы. А на столе стоялы гладышкы. Вон [уж] у кожну гладышку яд напустау. А потом вонь/ побачылы, што вон Йим шкоду делае, и обратно яйца положы-лы — у той сапог, де було. Он усе гладышки попэрэкидау.

с. Игнатполь Овручского р-на Житомирской обл., 1984 г., зап. Т. В. Бахтюкова от Жолудь Марины Михайловны, 1913 г. р.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

+ 29.3в. Домашний уж ест кашу/молоко вместе с детьми

№ 116. Нанэсло [домовой в виде ужа] яец у ступи у дома. Хозяин углянув тийи яйца и куда-то йих пэрэложыв, бо ж трэба товкть/ у ступи. А стояло молоко у *стэпци. То воно туда понапускало яду. Аж та хозяйка [хозяин] пишла дойать корову — аж иэма молока. Ну, вон думає, положу назад цые яйца. Кажэ, прыходю в стопку, а воно вжэ попэрэворачало вси гладышкы

с. Червона Волока Лугинского р-на Житомирской обл., 1984 г., зап. от Власенко Марии Ивановны, 1938 г. р.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

№ 117. Домовык — цэ вуж, будэ в дому, то худобыны нэ зачэпыт, и тэбэ нэ зачэпыт, як нэ зачэпыш ёго. Колысь моя баба розказувала. Молока надойилы [какие-то люди], та в *макутрах та гладышках поставилы. А вуж наносыв в дажку яец, та й пушов. [Люди спрятали эти яйца, а уж не нашел их на месте и отравил людям молоко.] А вуны цые яйца назад поклалы в *кубло. А вин як прышов, побачыв, шо яйца лэжат, то повылы-вав веэ молоко.

с. Червона Волока Лугинского р-на Житомирской обл., 1984 г.

+ 29.1а. Домашний уж — это покровитель, хозяин дома

+ 29.3а. Домашний уж не кусается

№ 118. [Хозяин] найшоу ужа да уженята позабырав. Пришли гадына да понапускала яду у гладишки з молоком. А дэсь ему [хозяину] казалы, щоб положив обратно. Так [уж] як побачив, що е детки, пэрэвэрнув гладишки.

с. Червона Волока Лугинского р-на Житомирской обл., 1984 г., зап. М. М. Гончаренко от Горлины Ивановны (б/ф).

№ 119. [Однажды хозяина не было дома], уж нанес яец в сапоги. Хозяин [пришел, увидел] и дэсь положив. Тоди [уж] напустив яду в тии гладишки молока, що хозяйка поналивала. [Когда хозяин положил яйца обратно, уж начал двигать гладишки, и хозяйка вылила отравленное молоко. Никто] нэ мае чипать яйца, он може укусить худобину, але шче когось.

с. Червона Волока Лугинского р-на Житомирской обл., 1984 г., зап. М. М. Гончаренко.

КИЕВСКАЯ ОБЛ.

№ 120. От у погребах там стояло молоко, а там ужэ уиуэлись ужэнята. А дядька зуэ-риусь да узяу, да похоуау йах. А одна гадюка потрауила [молоко]. Набярэ у рот и з дом [выливает], да затратила. А потом он пришоу да пустиу [назад ужат]. Она побачила да поуорочала гладишки тие.

с. Копачи Чернобыльского р-на Киевской обл., 1985 г., зап. О. В. Санникова от Даниленко Агафьи Романовны, 1898 г. р.

ЧЕРНИГОВСКАЯ ОБЛ.

№ 121. [Отец рассказал:] Буу, кажэ, хлопцэм. Гадюка жыла на хате. Полез на хату — у шапце полна епц [змеиных]. На назку пананпзавау (...) А гадюка, кажэ (...) у погрэбэ стаяли тры гладишки. Айа, кажэ, подышла, яду туди напустала, яду у тры гладишки. Тая [мать], кажэ батько, накричала: «Аднесп, де брау!» Узяу, паклау [обратно]. Ана [гадюка] прилезла, подивилася [что яйца на месте]. Палезла в погреб, абматала тую гладишку хвастом — пэрэкпнула, другу так само.

с. Дягова Менского р-на Черниговской обл., 1985 г., зап. Е. В. Какорина от Мосиненко Галины Давыдовны, 1921 г.р.

Зе. Домашний уж снится к смерти члена семьи

Прогностическая функция домашнего ужа в полесской традиции выражена слабо, во многом из-за того, что мотив предвещения будущего (обычно несчастья, смерти в семье) в этой мифологической системе закреплен за домовиком (см. главу 27. Домовик). В других славянских ареалах, особенно у южных славян, прогностическим считалось само появление домашней змеи (обычно невидимой) перед членами семьи, — как правило, это означало, что кто-то в семье умрет (РаденковиЙ 2012: 175; Гура 1997: 310—311; Ъор^евиЙ ПВП 2: 118).

По поверьям боснийцев, если в доме, где был больной, домашняя змея начинала петь, это было знаком, что больной умрет (ТюрІ)евиЙ ПВП 2: 118); согласно болгарским верованиям, домашняя змея вылезает на Благовещенье и пересчитывает всех членов семьи — кого не посчитает, тот в текущем году умрет (Георгиева 1983: 62). По лужицким поверьям, домашняя змея становится видимой тому, кому вскоре предстоит умереть (Гура 1997: 310).

БРЕСТСКАЯ ОБЛ.

№ 122. У сенях жыве дамавая вужака. Або залезе на пасцель и ляжь/ць, або выскочыць и папаузе. Ее нельзя убиваць, бо яна дамавая. Яна прысницца — из сямьи хто-небудь пагибне.

с. Туховичи Ляховичского р-на Брестской обл., 1987 г., зап. Т. И. Мартысюк от Грицкевич Стефании Ивановны, 1920 г. р.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

Зж. Чтобы в доме не было ужа, ИСПОЛЬЗУЮТ ОБЕРЕГИ

Указания на необходимость применения оберегов, чтобы ужа не было в пространстве дома или хлева, подчеркивают амбивалентное отношение к этому персонажу в полесской традиции. В отдельных случаях признание ужа в качестве домового и необходимость в обереге от него присутствуют в записи от одного информанта. Свидетельства о применении оберегов с тем, чтобы ужа не было в доме или в хлеву, немногочисленны, а сами применяемые средства вписываются в традиционную систему охранительных средств, среди них: вещества с острым, неприятным запахом (деготь, керосин), жгучие растения (крапива), а также элементы христианской сакральной сферы (вода, в которой красили пасхальные яйца, и кресты, нарисованные мелом на стенах хлева в канун Крещения).

ГОМЕЛЬСКАЯ ОБЛ.

№ 123. На Галодную Кут/о мазали мелом на варотах, у хати, у хлеве крестики. У хлеве мазали, для того, шоб худое не заползало туды. А крапиву на Ведемского Ивана по во-ротех трыкали, шоб не заходила змея.

с. Ручаевка Лоевского р-на Гомельской обл., 1984 г., зап. Л. А. Молчанова.

IV. Отношения домашнего ужа со скотом

4а. Домашний уж сосет молоко у коровы

Этот мотив хорошо известен на всей территории Полесья и входит в круг основных характеристик этого персонажа. В западных и центральных районах Полесья (Брестская обл., запад Гомельской обл., Ровенская, Житомирская обл.) способность ужа сосать у коровы молоко оценивается нейтрально (как онтологическая данность) и несколько негативно, поскольку из-за этого не достается молока самим хозяевам. В ряде случаев уж, сосущий корову, может вовсе не осмысляться в качестве домашнего персонажа — он может сосать корову на пастбище в поле, в лесу и даже вылезать из реки (№ 137, столин. бреет.). В большинстве текстов подчеркивается тесная связь между ужом и коровой, которую он сосет, ее зависимость от этого ужа (см. мотив 29.4г. Корова привыкает к ужу, кормит, зовет его, тоскует по нему). Хозяева, недовольные тем, что уж высасывает молоко, убивают его, что влечет за собой гибель самой коровы или несчастье в семье (см. мотивы 29.5в. Если убить домашнего ужа, корова сдохнет/перестанет давать молоко; 29.5г. Если убить домашнего ужа, произойдет несчастье в доме (с членом семьи/всей семьей)). Таким образом, уж, связанный с коровой, в этом круге мотивов представляется как ее двойник, своеобразное воплощение ее доли, «второе я», ее жизненная сущность, уничтожение которой ведет к гибели самой коровы. На Карпатах связь коровы и сосущей ее домашней змеи получает несколько иное объяснение: змея сосет только такую корову, к которой приворожил ее хозяин-колдун — в этой корове концентрируется молоко, отобранное у чужих коров; если такую змею убить, погибнет и корова (Толстая 2017: 118—119, 127—131).

Полесское представление о связи ужа с коровой, которую он сосет, обвившись вокруг ее задней ноги, имеет широкий круг параллелей в большинстве славянских ареалов, особенно на Карпатах, у западных (словац., чеш., пол.) и южных славян (болгар.). Подборку сведений об уже, сосущем молоко у коров, см. в: (Гура 1997: 314—315).

БРЕСТСКАЯ ОБЛ.

№ 124. Вуж сосэ корову у лисе. Одно боба пасло стода. Вылэзэ вуж, высъсэ йэ. Убылы йего, а тоя корова здохла.

с. Радеж Малоритского р-на Брестской обл., 1986 г., зап. Н. Р. Добрушина от Нушчик Анастасии Илларионовны, 1912 г. р., и Нушчик Марины Степановны, 1938 г. р.

+ 29.5в. Если убить домашнего ужа, корова сдохнет/перестанет давать молоко

№ 125. ?слы гуж у хлэвы, то вон её [корову] як тэлёнок высосе. [Хозяин] стэны карасином обль/йэ, вон ужэ нэ придэ.

с. Радеж Малоритского р-на Брестской обл., 1986 г., зап. Н. Р. Добрушина.

+ 29.26. Домашний уж живет в хлеву, во дворе

+ 29.3ж. Чтобы в доме не было ужа, используют обереги

+ 29.4в. Если корову сосет домашний уж, это плохо, она нс даст молока

№ 126. Гуж буває шо корову сцэ. От забили его. Скучила корова як по телюкови.

с. Радеж Малоритского р-на Брестской обл., 1986 г., зап. М. Н. Толстая.

+ 29.4г. Корова привыкает к ужу, кормит, зовет его, тоскует по нему

+ 29.56. Ужа, живущего на территории дома, можно убивать

№ 127. Гуж — он вэльми лубить молоко и дажэ сам доить корову, высыспе корову гэть.

с. Радеж Малоритского р-на Брестской обл., 1986 г., зап. А. В. Тер-Аванесова.

+ 29.4в. Если корову сосет домашний уж, это плохо, она не дает молока

№ 128. Устануть — корова выдойена. И оны стали, нэвэста и дочка, спаты у хлэва. То вуж ссал. Як убыли того ужа — колько молока вилилося.

с. Радеж Малоритского р-на Брестской обл., 1986 г., зап. II. Р. Добрушина.

+ 29.4в. Если корову сосет домашний уж, это плохо, она не дает молока

+ 29.56. Ужа, живущего на территории дома, можно убивать

+ 29.5е. Из убитого ужа течет молоко

№ 129. Ужы сосут коров. Дост коров, корова привыкает, убегает в лес. От ужа молоко трудно где спрятать. Цэлый кувшин выпьет. Молошники — ужы.

с. Олтуш Малоритского р-на Брестской обл., 1985 г., зап. О. Крюкова от Чекиты Василия Федоровича.

+ 29.4г. Корова привыкает к ужу, кормит, зовет его, тоскует по нему

№ 130. Вуж до коровы пристає, окруцицца коло нога коровы и пье молоко. И его трогать не можна. Не можно убивать ужа, бо вон домашни и добро [людям] робить.

с. Смоляны (д. Туловщина, 3 км от Смолян) Пружанского р-на Брестской обл., 1989 г., зап. Е. Я. Синковсц от Опанчук Веры Климентьевны, 1921 г. р.

+ 29.1 в. Домашний уж обеспечивает счастье, богатство, молочность скота

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

№ 131. Уж тэлушку ссэ.

с. Бсльск Кобринского р-на Брестской обл., 1986 г., зап. Е. Булин-Соколова от Оробей Марии Карповны, 1905 г. р.

№ 132. [Домашнего ужа — маленького, с рожками на голове — убивать было нельзя. Но бывает нечистый уж, который сосет коров, — он толстый и длинный. Такого ужа надо убивать. Но когда его убьешь, корова ревет, как по убитому теленку.]

с. Спорово Березовского р-на Брестской обл., 1988 г., зап. В. В. Казначеев от Бруйло Онуфрия Корнеевича, 1913 г. р.

+ 29.1 ж. Есть «насланный» уж, которого насылают в дом ведьмы и колдуны

+ 29.2г. Внешний вид домашнего ужа

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

+ 29.4г. Корова привыкает к ужу, кормит, зовет его, тоскует по нему

№ 133. Вуж ссау корову.

с. Оброво Ивацевичского р-на Брестской обл., 1987 г., зап. Т. Н. Гаргун от Гречной Ульяны Григорьевны, 1912 г. р.

№ 134. Вуж ссау корову. Вужа заметили, як вон скрутыуса на ногу и ссау яе. У другой дярэуне один чоловик понимау, заговарвау. Той устау у лясу, выламау тры дубчыки з асины. Прыехали у сарай, той назвау вужа паменно, той вылез, подпоуз да яго. И той яго трымя дубчыками трэйчы ударыу. Вуж развярнууса и болып не прыйшоу.

с. Оброво Ивацевичского р-на Брестской обл., 1987 г., зап. М. Э. Бранина от Тысевич Феклы Гавриловны, 1929 г. р.

+ 5.2. Знахарь/знахарка лечит людей и скот, снимает (реже — насылает) порчу

+ 29.3ж. Чтобы в доме не было ужа, используют обереги

№ 135. Вуж вялики, да по нозе, по нозе, да обкруцицца, да ссе [молоко у коровы]. Нассецца да попоузе у куточэк. То ясно ж, на самом дзеле не вуж, то таки ж вялизны. Улазиць у хлеу и ссе. Вэн не йдзе, як ходжайка [в хлеву] ховаецца.

с. Велута Лунинецкого р-на Брестской обл., 1991 г., зап. Е. Л. Ширина от Беляк Марии Сафроновны, 1921 г. р.

+ 29.26. Домашний уж живет в хлеву, во дворе

+ 29.2г. Внешний вид домашнего ужа

№ 136. Кажуть, буває такэ, а я ж того не бпчыла. Обматвуецца коло нога вуж и корову ссэ, и корова ужэ прывыкпе до вужа и вона ужэ его ожыдае. А як пуйдэш до ней, што вона ужэ никому не дае цябе молока.

с. Хоромск Столинского р-на Брестской обл., 1984 г., зап. Т. А. Агапкина, А. Л. Топорков от Гапко Ольги Ивановны, 1921 г. р.

+ 29.46. Если корову сосет домашний уж, это плохо, она не дает молока

+ 29.4г. Корова привыкает к ужу, кормит, зовет его, тоскует по нему

№ 137. Як ходили коровы па выпасе и ишли у рэку стойловаць. И от, одна корова, кажуть, раз выйде из воды с порожним вименем, нема у ей ужэ молока. Ну, и стали тыя хозяева *пильноваць: у чом прычына. Догадались, шчо гэто вуж или сом. Узяли нава-рыли кашы чугун и моцно-моцно посолили. И свежы, с печы прынесли и поставили над рэкою. Як пошоу запах, то тэтой вуж да и проглотиу того чугуна с кашэю. А каша солона, и ём;/ ж пить стало палить. Так вун пиу воду, пока не лопнуу. Дак казали, шчо як лопнуу и навэрх вылез, то як добра дерэвина — доуги и тоусты.

с. Хоромск Столинского р-на Брестской обл., 1984 г., зап. Т. А. Агапкина, А. Л. Топорков от Чурилович Раисы Васильевны, 1924 г. р.

+ 29.2г. Внешний вид домашнего ужа

+ 29.4в. Если корову сосет домашний уж, это плохо, она не дает молока

ГОМЕЛЬСКАЯ ОБЛ.

№ 138. Домовик яки йе у хати. [Это уж?] Вуж буває и у хлеве, и коров ссе — етый самый домовик. [Его можно увидеть?] Некоторые вг/делы. Можэ, етый самый домовик на Купалного Ивана [показывается]. [Разве не ведьма отбирает молоко на Ивана?] Можэ, ведьма, а мо, домовик — як хочэш шчытай. Домовик — цэ подобие на вужа. А если его убачать, то убивають. Есть такое лекарство, шо кругом хаты обмазывають, и вон утекае ужэ с етэй хаты у лес. [Это плохо, когда в доме домовик?] Конешно, плохо! И зелье такое йе, шо кругом хаты обкидають, и у хати кидають, то вон ужэ утякае. [Домовик бывает не в каждой хате?] Не, вон буває уредкости. Буває, шо у хату з леса припоузе, нору зробить и вповзає у хату и ховаецца.

с. Замошье Лельчицкого р-на Гомельской обл., 1983 г., зап. О. В. Санникова от Жудро Александры Андреевны, 1904 г. р.

+ 27.1 з. Плохо, если в доме заводится домовик

+ 29.26. Домашний уж живет в хлеву, во дворе

+ 29.3ж. Чтобы в доме не было ужа, используют обереги

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, можно убивать

№ 139. [Считали, что ужа в доме можно убивать.] Вуж заведёцца в сарае и буде корову сосать. Это плохо, он отбирает все молоко. Як зловять такого ужа и убь/оть его, из него молоко брызжет.

с. Комаровичи Петриковского р-на Гомельской обл., 1983 г., зап. А. В. Гура от Синицкой Нины Архиповны, 1923 г. р.

+ 29.26. Домашний уж живет в хлеву, во дворе

+ 29.4в. Если корову сосет домашний уж, это плохо, она не дает молока

+ 29.56. Ужа, живущего на территории дома, можно убивать

+ 29.5е. Из убитого ужа течет молоко

№ 140. Вуж, де направит челавек, карову сьсе.

с. Малые Автюки Калинковичского р-на Гомельской обл., 1984 г., зап. М. И. Серебряная.

+ 29.1 ж. Есть «насланный» уж, которого насылают в дом ведьмы и колдуны

№ 141. А вуж прийде пад карову ночью, за ногу обовьэться и ссе. Убивали. Хазяйка прийде, нэма малака, тада сидять и стерегуть.

с. Ручаевка Лоевского р-на Гомельской обл., 1984 г., зап. Л. А. Молчанова.

+ 29.56. Ужа, живущего на территории дома, можно убивать

№ 142. Вуж круг нога абматываеться и сосе малако у каровы. Если ня убьеш вужа, то карова усё время будзе на то же место приходзиць кормаць яго.

с. Ручаевка Лоевского р-на Гомельской обл., 1984 г., зап. Т. Б. Щепанская.

+ 29.4г. Корова привыкает к ужу, кормит, зовет его, тоскует по нему

+ 29.56. Ужа, живущего на территории дома, можно убивать

№ 143. [Заметили, что у коровы мало молока: она приходила на поле, мычала, и уж приползал, обвивался вокруг ноги ее и сосал. Люди подкараулили их и увидели, что уж стал уже белым от молока. И убили его. Корова перестала даваться доить. Ее продали.]

с. Грабовка Гомельского р-на Гомельской обл., 1982 г., зап. О. В. Санникова от Латышевой Арины Николаевны, 1909 г. р.

+ 29.4г. Корова привыкает к ужу, кормит, зовет его, тоскует по нему

+ 29.5в. Если убить домашнего ужа, корова сдохнст/псрсстанст давать молоко

№ 144. [Если уж сосет корову, то она потом] як тялёнка буде звать яго.

с. Присно Ветковского р-на Гомельской обл., 1982 г., зап. Е. С. Зайцева.

+ 29.4г. Корова привыкает к ужу, кормит, зовет его, тоскует по нему

ВОЛЫНСКАЯ ОБЛ.

№ 145. Вужив мало бьють. Воны *шкоды нэ роблять. Вуж талькы можэ прилмзты, корову вь/ссаты. В йидну пору будэ прыходыты и сцаты.

с. Забужье Любомльского р-на Волынской обл., 1987 г., зап. О. В. Лагошняк.

№ 146. А е такэ вужь/, шо коровы сцуть. По лапе, по лапе обмотаюца и до цицка и сцуть, и нэма того молоко ужэ.

с. Ветлы Любсшовского р-на Волынской обл., 1985 г., зап. О. А. Тсрновская от Долгих Анны Константиновны, 1926 г. р.

+ 29.4в. Если корову сосет домашний уж, это плохо, она нс даст молока

№ 147. Уж сосати корову можэ. Забали ужа, а из него молоко лилось.

с. Ветлы Любешовского р-на Волынской обл., 1985 г., зап. Е. Е. Левкиевская.

+ 29.5е. Из убитого ужа течет молоко

№ 148. Вуж сосэ молоко, молоко у коровы в ночи. Кругом цыцьки обкрутыц и сосэ и прывычае корову, що вона его малскае як тэлюка.

с. Любязь Любешовского р-на Волынской обл., 1985 г., зап. И. О. Васюкова от Вабе-(ш)щевича Ивана Васильевича, 1899 г. р.

+ 29.4г. Корова привыкает к ужу, кормит, зовет его, тоскует по нему

№ 149. Колись дид мий розказував, шо одын чоловак *трымав корову. Та корова нэ мала молока. Раз дид пидслэдпв, як гад закрутився корови за лапу и ссэ молоко.

с. Березичи Любешовского р-на Волынской обл., 1985 г., зап. Н. С. Пухевич от Тышковец Марии Васильевны, 1918 г. р.

+ 29.4в. Если корову сосет домашний уж, это плохо, она не дает молока

РОВЕНСКАЯ ОБЛ.

№ 150. Як там мы жыла на хутору, то там и у хаты були ужи и усюду залезе, и у сарай, и короуу ссёт, як тэля. Говорать, шо насылають, а можэ и сам припоузти вин. [Нельзя убивать ужа в доме. Почему?] — Ну, ууж урэда нэ носыть, это нэ гад. Гдэ хто и убиває. Як хто хочэ.

с. Нобель Заречненского р-на Ровенской обл., 1980 г., зап. О. В. Санникова от К(Г)ре-невич Ольги Андреевны, 1923 г. р.

+ 29.1 ж. Есть «насланный» уж, которого насылают в дом ведьмы и колдуны

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

№ 151. Вуж будэ ссать корову. Вуж ны нужэн в хозяйстве. Я сам застав вужика, ссав корову, подходить як тыля до коровы. Мэтрив три, здоровы.

с. Чудель Сарненского р-на Ровенской обл., 1984 г., зап. К. Корнелюк от Мелещука Федоса Григорьевича, 1921 г. р.

+ 29.2г. Внешний вид домашнего ужа

ЖИТОМИРСКАЯ ОБЛ.

№ 152. Вуж, буває, ходэ да и корову сосэ. У одной бабы корова перестала молоко давать. Нэми молоко, и всэ. Хто ж ноччу корову доить? Сказала хозяину. Хозяин коло сарая посее грэчку и косиу ее, кружкамы так ходиу — и убиу ужо. И молоко багото потэкло з него. Потом бедо було: корова рэвэ, крычь/, привыкла [к ужу], як до тэлёнка, его немо, то й крычыт.

с. Журба Овручского р-на Житомирской обл., 1981 г., зап. II. Г. Зарецкая от Завадского Альбина Павловича, 1906 г. р.

+ 29.4в. Если корову сосет домашний уж, это плохо, она нс даст молока

+ 29.4г, Корова привыкает к ужу, кормит, тоскует по нему

+ 29.5с. Из убитого ужа течет молоко

ЧЕРНИГОВСКАЯ ОБЛ.

№ 153. Уж карову ссе, лежыть, як бык стал, обмптываеца кругом ноги и карову выссе. с. Олбин Козелецкого р-на Черниговской обл., 1985 г., зап. Е. Л. Чеканова от Федоры Тимофеевны, 1913 г. р.

№ 154. [Уж живет в хлеву, убивать можно.] Уж обматывеця на нози у корови, корову доит.

с. Олбин Козелецкого р-на Черниговской обл., 1985 г., зап. Е. Е. Левкиевская от Минен-ко Василия Давидовича, 1924 г. р.

+ 29.56. Ужа, живущего на территории дома, можно убивать

№ 155. [Нельзя ужа убивать в доме, он в хлеву живет, корову доит и молоко сам пьет.] с. Хоробичи Городнянского р-на Черниговской обл., 1980 г., зап. А. Б. Ключевский от Гончаренко Полины Ларионовны, 1919 г. р.

+ 29.26. Домашний уж живет в хлеву, во дворе

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

БРЯНСКАЯ ОБЛ.

№ 156. Эта каров доить, есьть вуж. Аб нагу [коровы обкрутится] и доить — сасеть, пьеть. [Корова привыкает к такому ужу]. На каждом двора, у кожном доми вуж есть, только редко хто видеть. Яго нихто и не видеть. Говорили, перевод двару, как яго убьешь. Нихто не выганяеть вужа [из дома]: умрёшь, если выгонишь. Гаварять, ён дваравой. Називають дамашний вуж. И лягушка даужна быть у доми — дамавая хазяйка тожа дома. В доми нихто не убивають: хозяева дома, бить нельзя [Живут они] в зямли под палом. [Одна женщина говорила:] «Заутра дош бгдеть, лягушка мая дама-воя квакала». Вуж доужон быть у каждом доме. Толька мы яго ня видим. Яго няхто ня вадить. Кади семья вся решаецца, ён тадь/ выходить. Жылишчэ ришаецца — и ён ужэ выходить. Сивый такой, серый. Хазяин умёр — и [уж] на завалинку вь/лязить и ляжь/ть.

с. Радутино Трубчевского р-на Брянской обл., 1982 г., зап. А. В. Гура от Кузнецовой Анастасии Стехвановны, 1908 г. р.

+ 29.16. Домашний уж есть в каждом доме

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печыо)

+ 29.2в. Домашний уж невидим

+ 29.3е. Домашний уж снится к смерти члена семьи

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

+ 29.4г. Корова привыкает к ужу, кормит, тоскует по нему

46. ЕСЛИ КОРОВУ СОСЕТ

ДОМАШНИЙ УЖ, ЭТО ХОРОШО,

ОНА ДАЕТ МНОГО МОЛОКА

Положительная оценка того факта, что уж сосет корову, зафиксирована лишь в селах Черниговской обл. (№ 50, 192, 193, 195), где она прямо связывается со статусом домашнего ужа как хозяина и покровителя дома. Представление о том, что корова, которую сосет уж, «счастливая», дает много молока, известно и в других славянских ареалах: на востоке Украины (Харьков. (Гринченко 2: 9)), в Польше (Kolberg 1962/17: 146; 1967/46:464; Kazmierski 2011: 151; Saloni 1903: 253), а также в Словакии, Чехии и Далмации (Гура 1997: 314). Согласно материалам с северо-запада Болгарии, домашняя змея сейбия или стопан привлекает к себе самую дойную корову и сосет ее (Маринов 1914: 105).

ЧЕРНИГОВСКАЯ ОБЛ.

№ 157. Дэ уж живэ и карову ссе, добрэ, и он так, як хазяин на дваре.

с. Олбин Козелецкого р-на Черниговской обл., 1985 г., зап. Е. Л. Чеканова от Литвиненко Ганны Кузьмовны, 1914 г. р.

+ 29.1а. Домашний уж — это покровитель, хозяин дома

+ 29.46. Если корову сосет домашний уж, это хорошо, она дает много молока

4в. Если КОРОВУ СОСЕТ ДОМАШНИЙ УЖ, ЭТО ПЛОХО, ОНА НЕ ДАЕТ МОЛОКА

Мотив высасывания ужом молока у коровы осмысляется негативно преимущественно в западных частях Полесья во многом из-за его контаминации с другим схожим сюжетом — отбиранием молока ведьмами и колдунами у чужих коров с помощью насылаемых на них животных (ср. мотивы 1.1д. Отбирать молоко ведьме помогают змеи, жабы; 29.1е. Домашний уж живет только у колдуна/ведьмы, он приносит им молоко, отобранное у чужих коров). В этом случае домашний уж воспринимается как помощник «знающих», сближающийся по функциям с демоном-обогатителем (см. главу 33-А. Летающий змей). Аналогичное представление известно в мифологии Закарпатья, где домашняя змея используется «знающими» для отъема молока у чужих коров (Толстая 2017: 117—120). Амбивалентная оценка сосания ужом молока у коровы известна на севере Польши (Kazmierski 2011: 151). Подробнее о контаминации представлений о домашней змее, сосущей корову, с магическими способами отбирания молока у коров и наведением порчи см.: (Гура 1997: 315).

РОВЕНСКАЯ ОБЛ.

№ 158. Вуж ссав корову, и подохла корова, а одну здали, а вона быжыть до того вужа, як до тылята до стийло, ны можэ, рыкое.

с. Чудель Сарненского р-на Ровенской обл., 1984 г., зап. К. Корнелюк от Яковец Марии Сергеевны, 1923 г. р.

+ 29.4г. Корова привыкает к ужу, кормит, зовет его, тоскует по нему

4г. Корова привыкает к ужу, кормит, зовет его, ТОСКУЕТ ПО НЕМУ

Мотив известен на всей территории Полесья. Он входит в комплекс представлений о соотнесенности жизни и благополучия коровы и жизни ужа, с которым она связана (ср. мотивы 29.4а. Домашний уж сосет молоко у коровы; 29.5в. Если убить домашнего ужа, корова сдохнет, перестанет давать молоко). Характерно, что этот мотив проявляется даже в тех случаях, когда само высасывание ужом молока у коровы оценивается негативно (ср., например, № 43, лоев. гом.). Этот мотив известен в польской традиции: если убить змею, сосущую у коровы молоко, корова будет сохнуть от тоски и вскоре умрет (Kolberg 1962/17: 146; Kazmierski 2011: 151).

ГОМЕЛЬСКАЯ ОБЛ.

№ 159. Як вуж ссе карову, на ногу абавьецца да й ссе, а вана яго лиже як теля. [Однажды была корова, к которой ходил уж ее сосать, а она его звала: ми-и-и. Он переплывал реку. Информантка переплывала в лодке реку и видела, как он плывет к зовущей его корове, и информантка убила его веслом по голове. После этого корова перестала доиться и ее пришлось сдать на мясо.]

с. Барбаров Мозырского р-на Гомельской обл., 1983 г., зап. О. Я. Скиба от Белько Марии Михайловны, 1913 г. р.

+ 29.4а. Домашний уж сосет молоко у коровы

+ 29.5в. Если убить домашнего ужа, корова сдохнст/псрсстанст давать молоко

ЖИТОМИРСКАЯ ОБЛ.

№ 160. [У коровы пропадает молоко.] Цэ вуж сцэ. Як вон прывыкне сцать корову, дак воно его зное. На постбище бежоть, на то место, где ён закргтицца на ногу корове и сцэ.

с. Игнатполь Овручского р-на Житомирской обл., 1984 г., зап. А. Б. Мороз от Поповой Надежды Семеновны, 1920 г. р.

+ 29.4а. Домашний уж сосет молоко у коровы

+ 29.4в. Если корову сосет домашний уж, это плохо, она не дает молока

V. Убийство домашнего ужа

5а. Ужа, живущего на территории дома, НЕЛЬЗЯ УБИВАТЬ

Запрет на убийство ужа, живущего на территории дома, известен преимущественно в тех частях Полесья, где существует представление о нем как о хозяине и покровителе дома (особенно в Брестской и Житомирской обл., в меньшей степени — в Черниговской обл.). Поскольку домашняя змея рассматривается как носитель счастья, удачи и жизненной силы семьи и рода в целом, то в славянских традициях повсеместно существует запрет ее убивать (Гура 1997: 310—311). Убийство такой змеи приводит к смерти хозяина дома и других членов семьи, разрушению дома и уничтожению всего хозяйства (РаденковиЙ 2012: 172—174). В некоторых сербских ареалах считается, что домашняя змея воплощает в себе «сенку» — тень, душу одного из членов семьи, поэтому после убийства такой змеи этот человек умрет (РаденковиЙ 2012: 176; Тюрджевий ПВП 2: 128; Дучий 1931: 338). На Балканах, если случайно убивали такую змею, совершались определенные ритуальные действия для предотвращения несчастья, например у болгар убитую по ошибке домашнюю змею торжественно захоранивали во дворе на том месте, где она была убита, и в течение сорока дней там ставили зажженные свечи (БМ: 342), в Западной Сербии ее хоронили под терновником, завернув в белое полотно (Тюрджевий ПВП 2: 127—128; РаденковиЙ 2012: 173). На западе Украины домашнего ужа не убивали, а, если хотели от него избавиться, посыпали золой и выносили на дорогу (Mosznski 1914: 174).

См. также мотивы 29.5в. Если убить домашнего ужа, корова сдохнет/переста-нет давать молоко; 29.5г. Если убить домашнего ужа, произойдет несчастье в доме (с членом семьи/всей семьей).

БРЕСТСКАЯ ОБЛ.

№ 161. Не нада убывать ужа — хадзяйки нэ будэ хлиб удаватыся.

с. Олтуш Малоритского р-на Брестской обл., 1985 г., зап. А. В. Гура от Крестовской Евдокии Максимовны, 1928 г. р.

+ 29.5г. Если убить домашнего ужа, произойдет несчастье в доме (с членом семьи/ всей семьей)

№ 162. Ужа нэ трогали, он нэ врэдный. А домовой — то чорт.

с. Мокраны Малоритского р-на Брестской обл., 1982 г., зап. Л. Г. Александрова от Го-рольчук Анны Федоровны, 1908 г. р.

+ 27.1д. Домовик — нечистый, черт

№ 163. [Нельзя было убивать. Он ничего плохого не делал.]

с. Спорово Березовского р-на Брестской обл., 1988 г., зап. В. В. Казначеев от Крукович Елены Захаровны, 1922 г. р., и Лютыч Елены Михайловны, 1926 г. р.

№ 164. Говорять, не можно забивать ужа, яки в доме жыве, бо ён не долає врэда. Если в доме забьеш, то хужэ, бо ён назаве многа других.

с. Оброво Ивацевичского р-на Брестской обл., 1987 г., зап. М. Э. Бранина.

+ 29.5д. Если убить домашнего ужа, он сам или другие ужи отомстят за его смерть

№ 165. Гуж жыу под пиччу. Кажут, ёго не трэба бь/ты у хати. Ён нясе такие ейца, йих нэльзя выкидывать.

с. Одрижин Ивановского р-на Брестской обл., 1986 г., зап. М. Бранина от Трушко Анастасии Ивановны, 1913 г. р.

№ 166. Гужы у хате були, йих нэ былы — чоловечая порода.

с. Одрижин Ивановского р-на Брестской обл., 1986 г., зап. С. И. Михно от Денейко Софьи Омельяновны, 1914 г. р.

+ 29.1 г. Домашний уж — это душа умершего человека

№ 167. Знахор наслал вужа у хаты. Як ты его забьеш, то умрэш. Никто его не бье, он шкоды не робить. Вылез из травы вуж, да пье из мисочкы. Хлопец ложкой — гоп его по голове. Не укусил, затыкал и попоуз.

с. Лисятичи Пинского р-на Брестской обл., 1981 г., зап. Л. Г. Умнова от Кунтуш Евы Ивановны, 1921 г. р.

+ 29.1 ж. Есть «насланный» уж, которого насылают в дом ведьмы и колдуны

+ 29.3а. Домашний уж не кусается

+ 29.3в, Домашний уж ест кашу/молоко вместе с детьми

+ 29.5г. Если убить домашнего ужа, произойдет несчастье в доме (с членом семьи/ всей семьей)

ГОМЕЛЬСКАЯ ОБЛ.

№ 168. [Домашний уж.] Як смеркне, то он вылезе и ходить по хате. Они баяцца [людей]. А вона, хозяйка, пристроилась и убила вужа — и у тэ лето гром хату запалиу. с. Симоничи Лельчицкого р-на Гомельской обл., 1986 г., зап. В. В. Плешакова от Кутис Зинаиды Симоновны, 1918 г. р.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

+ 29.5г. Если убить домашнего ужа, произойдет несчастье в доме (с членом семьи/ всей семьей)

№ 169. Не можна бить у хате гужа. На кроу идэ, бульш придэ [ужей].

с. Барбаров Мозырского р-на Гомельской обл., 1983 г., зап. Г. И. Трубицына от Караби-нович Ганны Илларионовны, 1917 г. р.

+ 29.5д. Если убить домашнего ужа, он сам или другие ужи отомстят за его смерть

№ 170. Як вуж жыве у доме, то гаворать, што не можна бить яго у хоти, иа кров бульш иде [других ужей].

с. Барбаров Мозырского р-на Гомельской обл., 1983 г., зап. О. Я. Скиба от Белько Ефросиньи Илларионовны, 1906 г. р.

+ 29.5в. Если убить домашнего ужа, корова сдохнет/перестанет давать молоко

+ 29.5д. Если убить домашнего ужа, он сам или другие ужи отомстят за его смерть

№ 171. Нельзя вужа убивать, ён охраняе сад и короу — усех- Не можна. Можэ укусы-ты — людына помре. Вуж багато у кого у хлеве короу доил.

с. Пирки Брагинского р-на Гомельской обл., 1984 г., зап. Т. 3. Лепская от Шубенок Варвары Исааковны, 1904 г. р.

+ 29.1 в. Домашний уж обеспечивает счастье, богатство, молочность скота

+ 29.36. Укус домашнего ужа смертелен

+ 29.4а. Домашний уж сосет молоко у коровы

ВОЛЫНСКАЯ ОБЛ.

№ 172. Батько покойный, то вин сказав [ужу]: «Иды, чого тоба тутыкай». И пушов, а быты нэ быв.

с. Забужье Любомльского р-на Волынской обл., 1987 г., зап. О. В. Лагошняк.

РОВЕНСКАЯ ОБЛ.

№ 173. У нас колась зимовау вуж. [Убивать нельзя.]

с. Чудель Сарненского р-на Ровенской обл., 1984 г., зап. Е. В. Какорина, Е. В. Трост-никова от Кардаш Ольги Иосифовны, 1903 г. р.

ЖИТОМИРСКАЯ ОБЛ.

№ 174. [Убивать ужа в доме нельзя. Можно только выгнать.]

с. Курчица Новоград-Волынского р-на Житомирской обл., 1981 г., зап. И. Г. Безрукова.

№ 175. Не можно убивать вужа. Почему? Хто зное.

с. Тхорин Овручского р-на Житомирской обл., 1981 г., зап. И. Г. Безрукова от Шмаюн Марии Климовны, 1936 г. р.

№ 176. Его, кажут, нэ можна вбыват, грых его вбыват.

с. Червона Волока Лугинского р-на Житомирской обл., 1984 г., зап. от Власенко Марии Ивановны, 1938 г. р.

№ 177. Домово вуж, вон нэ чапае ничого у дому. Поналиває у гладишки молоко, и вон понадпивое кождо, и воно мэнэ не врэдот. А хозяин мой вужо убоу — перэкусоли *хо-добину. Убивоть нэ можно. [Ужу нужно помахать пальцем] — нэ цапой. [Иначе кусает и стоит на хвосте,] як людина.

с. Червона Волока Лугинского р-на Житомирской обл., 1984 г., зап. А. В. Андреевская от Каменчук Мотруны Павловны, 1905 г. р.

+ 29.3г. Домашнего ужа кормят

+ 29.5д. Если убить домашнего ужа, он сам или другие ужи отомстят за его смерть

№ 178. Не, не мона [убивать], бо то грех великий.

с. Полесское Коростеньского р-на Житомирской обл., 1985 г., зап. от Захарчук Агафьи Сергеевны, 1904 г. р.

КИЕВСКАЯ ОБЛ.

№ 179. Як ён *шкоды не робиу, то не убиуали. То я чула за сёго уужа, шо ён молоко пиу ци як, рода бы збрехать, да не зною як.

с. Копачи Чернобыльского р-на Киевской обл., 1985 г., зап. О. В. Санникова от Грищенко Фотины (Хотиньи) Аверковны, 1910 г. р.

+ 29.4а. Домашний уж сосет молоко у коровы

ЧЕРНИГОВСКАЯ ОБЛ.

№ 180. Той уж добро приносить, нэльзя его вбить.

с. Олбин Козелецкого р-на Черниговской обл., 1985 г., зап. Е. Е. Левкиевская от Короти Галины Александровны, 1906 г. р.

+ 29.1 в. Домашний уж обеспечивает счастье, богатство, молочность скота

56. Ужа, живущего на территории дома,

МОЖНО УБИВАТЬ

Не на всей территории Полесья существует запрет убивать ужа, живущего на территории дома, поскольку статус этого персонажа в разных полесских ареалах неодинаков. Отсутствие такого запрета особенно характерно для тех областей, где такой уж не осмысляется как хозяин, покровитель дома (особенно в Гомельской обл.), а также где существуют представления об уже, «насылаемом» в чей-либо дом ведьмами и колдунами (Сарненский, Заречненский р-ны Ровенской обл.). В этих случаях полагают, что убийство ужа возможно и оно не принесет негативных последствий для семьи и хозяйства.

БРЕСТСКАЯ ОБЛ.

№ 181. Ужи в доме можно було убивить.

с. Оброво Ивацевичского р-на Брестской обл., 1987 г., зап. М. Э. Бранина от Тысевич Феклы Гавриловны, 1929 г. р.

№ 182. Ужо у доме били. Одного ужо заболи, ён карову ссау, и, як забили, з яго малако патякло.

с. Оброво Ивацевичского р-на Брестской обл., 1987 г., зап. М. Э. Бранина от Горбачевской Ольги Павловны, 1935 г. р.

+ 29.4а. Домашний уж сосет молоко у коровы

+ 29.5е. Из убитого ужа течет молоко

№ 183. Нужно его убивить: вуж каров краде. Л/оди говорать — сцягне ноги и тягне.

с. Оброво Ивацевичского р-на Брестской обл., 1987 г., зап. В. В. Казначеев.

+ 29.4а. Домашний уж сосет молоко у коровы

№ 184. [Можно и нужно убивать ужа, живущего в доме. Но обычно ужей в домах не было, леса в Радчицке нет, и ужи не приползали.]

с. Радчицк Столинского р-на Брестской обл., 1984 г., зап. О. В. Санникова от Курган Ольги Адамовны, 1912 г. р., и Муравской Марии Никандровны, 1904 г. р.

ГОМЕЛЬСКАЯ ОБЛ.

№ 185. Вуж из-под хлева вышеу, убила. Век не била, боялась. А у дваре убила, [так как] милые дети. У хлеве жыве. Кароу сасе, у мене не сеяла.

с. Золотуха Калинковичского р-на Гомельской обл., 1983 г., зап. Е. В. Какорина от Белой Полины Андреевны, 1913 г. р.

+ 29.26. Домашний уж живет в хлеву, во дворе

+ 29.4а. Домашний уж сосет молоко у коровы

№ 186. Вельми были мачлива висни. [На] синце вуж лег, голову поклил. Убила. Ён ничего не здела. Ну, ён не ссе карову, есть такие, шо ссе, [его убивают].

с. Золотуха Калинковичского р-на Гомельской обл., 1983 г., зап. Е. В. Какорина от Брель Ульяны Дмитриевны, 1934 г. р.

+ 29.4а. Домашний уж сосет молоко у коровы

№ 187. [Ужа, живущего в доме, убивать было можно. Убивали в любом месте.]

с. Великий Бор Хойницкого р-на Гомельской обл., 1985 г., зап. Т. Василевская.

№ 188. Впаймають вужа, ленту на пшю, на перехресну дарогу, спалять яво, тадзи нашло малоко.

с. Ручаевка Лоевского р-на Гомельской обл., 1984 г., зап. Л. А. Молчанова от Чиртик Екатерины Федосовны, 1914 г. р.

ЖИТОМИРСКАЯ ОБЛ.

№ 189. Уж у хлеву корову ссэ; убивали в хлеву. Як хтось убье — молоко польёца бьелэ. Уж — то пакость, гадость. Убивать ёго трэба. А у хате они не живуть.

с. Перга Олевского р-на Житомирской обл., 1984 г., зап. Е. В. Максимова.

+ 29.4а. Домашний уж сосет молоко у коровы

+ 29.5е. Из убитого ужа течет молоко

№ 190. Вужа вбивати трэба.

с. Тхорин Овручского р-на Житомирской обл., 1981 г., зап. И. Г. Безрукова от Поддубной Федоры Ильиничны, 1926 г. р.

ЧЕРНИГОВСКАЯ ОБЛ.

№ 191. В старину в сараи жали ужа. >/йца ужей взяли да на огороди спадали, он убрауся.

с. Плехов Черниговского р-на Черниговской обл., 1980 г., зап. Е. В. Максимова.

5в. ЕСЛИ УБИТЬ ДОМАШНЕГО УЖА, КОРОВА СДОХНЕТ/ПЕРЕСТАНЕТ ДАВАТЬ МОЛОКО

Мотив является частью представлений о соотнесенности жизни и благополучия коровы, которую сосет уж, с жизнью этого ужа, как своеобразного двойника этой коровы (см. мотив 29.4а. Домашний уж сосет молоко у коровы). В большей степени мотив распространен в восточных районах Полесья (Черниговская, Гомельская, Брянская обл.). Этот мотив известен в других славянских традициях, в частности у западных украинцев (Moszynski 1914: 164), в Закарпатье (Толстая 2017: 124) и у поляков в Люблинском воеводстве (Kolberg 1962/17: 146). Аналогичный мотив спорадически встречается и в русской традиции: когда убили ужа, сосавшего у коровы молоко, умерла и сама корова (нижегород. (Корепова 2007: 274)).

ЧЕРНИГОВСКАЯ ОБЛ.

№ 192. Живуть ужи у дома — це хорошо. Уж, кажуть, хорошо. Вуж коров доить. Если убить — ничого. Вужа нельзя убивать — скотина может сдохнуть, стратиться. Як вужа убьють, дак корова реве, як по теляти скучаеть, чисто бессиля. Молоко пропаде, рыкать буде, мукать.

с. Макишин Городнянского р-на Черниговской обл., 1980 г., зап. Е. С. Зайцева.

+ 29.46. Если корову сосет домашний уж, это хорошо, корова даст много молока

+ 29.4г. Корова привыкает к ужу, кормит, зовет его, тоскует по нему

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

№ 193. Ужа, кажут, убивать иеззя. Бо такэ скорб [?] вэлики був, корову сцау. За ногу обовьецца и сцау корову. Узяли ёго и убили. Дак та корова потэрялась [т. е. сдохла]. До тых пор мукала за им, луччэ чем за тэлятой.

с. Ковчин Куликовского р-на Черниговской обл., 1985 г., зап. А. С. Осипова.

+ 29.4а. Домашний уж сосет молоко у коровы

+ 29.4г. Корова привыкает к ужу, кормит, зовет его, тоскует по нему

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

№ 194. Як убье [хозяин] ужа у хате, дак корова молока не даст.

с. Ковчин Куликовского р-на Черниговской обл., 1985 г., зап. С. М. Гусакова от Кузьменко Евдокии Павловны, 1911 г. р.

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

№ 195. Паехалы на базар, купили карову. Купили карову и тэля. Воны пэрэклали [скот] на свой воз, рушают ехать. Дядько ка: «Забырайтэ друга тэля! Там, ка, така гад/ока сидить здоровэнна. Нам таго тэля нэ надо». Поехали. Гад/ока следом лезла. Лезе за ка-ровай. Карову привели. Давай карову дапть. Гад/ока за дойцы и давай ссать. Задню дойку шоб кидали [чтобы оставляли ей задние соски, не доили]. Притегли карову, давай ужэ и доить, а гад/ока за дойку и ссе. Баба надоила молока даволе. Сыла — молока! Было сь/ла молока [много молока]. Дед купляу таку карову. [Через какое-то время кто-то говорит]: «На шо воно здалось? [про гадюку, которая сосет корову]. Трэба гад/оку убить». Карову выжэнуть на пашу, а гад/ока лежыть у яслях. Ну, воны узялы, узялы вилкы. Приладыли, тую гад/оку закололы. Карова прибегла (...) Гад/оку тую закопалы. Карова прибегла до таго места, де воны закопалы, упала карова и здохла зразу. Трэ, ка, нэ чэпать, хай бы ходила карова и гадюка. Мой дед купляу таку карову!

с. Дягова Менского р-на Черниговской обл., 1985 г., зап. Е. В. Какорина от Мосиненко Галины Давыдовны, 1921 г.р.

+ 29.1 в. Домашний уж обеспечивает счастье, богатство, молочность скота

+ 29.46. Если корову сосет домашний уж, это хорошо, она дает много молока + 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

БРЯНСКАЯ ОБЛ.

№ 196. Корова ссалася [т. е. корову кто-то сосал]. Уране нечаго доить. Доглядели, хто ссау — вуж. Подстерегли. Ён вылез, такой здоровый, спрауный, с чепельник харошый. Узяли, забили, посекли, вырыли ямку да и затаптали. Вот, йим иоччу пришоу дед, дедок и сказау: «Пошто вы хазяина забили? Решыцца у вас весь двор». Они попужа-лись и стали тое место шукать, откопать ее. И што ж? Не найшли, ничого не найшли, и до песка дорылись. Через несколько нядель здохла корова, подохли кони, и сам умер. Осталась одна бабка.

с. Семцы Почепского р-на Брянской обл., 1982 г., зап. М. И. Серебряная от Боборовой Марии Петровны, 1922 г. р.

+ 29.1а. Домашний уж — это покровитель, хозяин дома

+ 29.2г. Внешний вид домашнего ужа

+ 29.4а. Домашний уж сосет молоко у коровы

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

+ 29.5г. Если убить домашнего ужа, произойдет несчастье в доме (с членом семьи/ всей семьей)

5г. Если УБИТЬ ДОМАШНЕГО УЖА, ПРОИЗОЙДЕТ НЕСЧАСТЬЕ В ДОМЕ (С ЧЛЕНОМ СЕМЬИ/ВСЕЙ СЕМЬЕЙ)

Полесское поверье о том, что убийство домашнего ужа влечет за собой несчастье в семье, является частью аналогичных общеславянских представлений связи домашней змеи с жизиыо домочадцев и благополучием хозяйства в целом (Гура 1997: 307—319; Левкиевская 19996: 340). У южных славян, чехов и словаков убийство домашней змеи влечет за собой смерть хозяина или хозяйки дома или кого-либо из членов семьи; из дома, где была убита такая семья, уходит счастье и благо (Тюр1)евиЙ ПВП 2: 126—128; Раденковий 2012: 172—175). Наиболее сильно этот мотив развит у южных славян, где домашняя змея часто осмысляется как «тень», воплощение души (или даже нескольких душ) живущих членов семьи — это представление в былинках о случайном убийстве такой змеи, после которого в семье умирает ребенок или все дети, подыхает весь скот, а дом уничтожается пожаром (Там же: 173).

РОВЕНСКАЯ ОБЛ.

№ 197. Там хату робдлы у Кугыне, *подмуроуку завели да прийшли на други дэн -аж таки вуж лазить у ти хаты. Шчэ хаты нэ ма, у пудмуроуку. Шчо ж вонь/ з йим — злякалыся, шо той вуж — так узеу той чэловд/к, шчо яго хата, взеу да яго и зарубау. Зарубау яго, так зразу жинка — ноги одняло, и лэгла, и усё. И лэжала годоу пьять ци шэсть лэжэла и рады ей не було ниякее. [Что это был за уж?] Вуж — домовык это буу, да зробиус вужом. [Где он жил?] — В норах. Коб он нэ рубау яго, вин би собе пошоу, ныц бы нэ було. [В каждой хате живет домовой?] У каждой хати е, але его нихто не бачить.

с. Нобель Заречненского р-на Ровенской обл., 1980 г., зап. О. В. Санникова от Ходневич Анны (Ганны) Романовны, 1933 г. р., и Ходневич Ульяны Ивановны, 1910 г. р.

+ 29.1а. Домашний уж — это покровитель, хозяин дома

+ 29.16. Домашний уж есть в каждом доме

+ 29.2в. Домашний уж невидим

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

ГОМЕЛЬСКАЯ ОБЛ.

№ 198. [Домашний уж.] Як смеркне, то он вылезе и ходить по хоте. Они баяцца [людей]. А воно, хозяйка, пристроилась и убила вужп — и у тэ лето гром хоту запалиу.

с. Симоничи Лельчицкого р-на Гомельской обл., 1983 г., зап. В. В. Плешакова от Кутис Зинаиды Симоновны, 1918 г. р.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

5д. Если УБИТЬ ДОМАШНЕГО УЖА,

ОН САМ ИЛИ ДРУГИЕ УЖИ ОТОМСТЯТ ЗА ЕГО СМЕРТЬ

Этот мотив спорадически встречается на всей территории Полесья преимущественно в тех микроареалах, где ослаблено или отсутствует представление об уже как домашнем хозяине и покровителе. Обычно запрет убивать ужа, живущего на территории дома, объясняется тем, что это приведет к исчезновению блага в семье, убыткам и несчастьям. Однако в ряде случаев результатом убийства ужа или причиненного ему вреда может стать месть его самого или других ужей. Мотив мести не характерен для образа домашней змеи и, вероятно, возник под влиянием мифологизированных представлений об обычных змеях (см. мотив 33.4е. Змеи мстят человеку, убившему змею).

ГОМЕЛЬСКАЯ ОБЛ.

№ 199. Вужп николи нельгп было забивпць, а то ён, обо яго вужэняты, могло загрызци дзяцей нпшых цы нас самих. Пад полом яны жыли.

с. Заспа Речицкого р-на Гомельской обл., 1985 г., зап. А. В. Божкова и О. М. Хобня отЯрец Варвары Григорьевны, 1907 г. р.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печыо)

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

ВОЛЫНСКАЯ ОБЛ.

№ 200. Чув, шо жылы у хатпх вужы. Нэ можна убывпты. Якшо вбыты, его сородычы покости нароблять. Нич у викно будуть гукпты. Трэба йисты доты, то подуть. Святый Мыхаил вбыв копьём змия, то ёму ничого нэ було (...)

с. Красностав Владимир-Волынского р-на Волынской обл., 1986 г., зап. И. Ю. Дени-ченко от Селещука Павла Стаховича, 1991 г. р.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

+ 29.3г. Домашнего ужа кормят

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

№201. Ужы — пид печкой, пид койкой [могли быть. Ужо в доме можно было убивать, но как убивали, были такие случаи, что людям плохо было, заболевали].

с. Ветлы Любешовского р-на Волынской обл., 1985 г., зап. О. Ю. Рюрикова.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

№ 202. Вужа нэ мона вбываты, а як йэйця его забраты, то будэ вояку пакость робыты: молоко будэ ссаты у коровы, диркы в хоти крутыты.

с. Любязь Любешовского р-на Волынской обл., 1985 г., зап. М. В. Гетман от Иванисик Марии Протасьевиы, 1900 г. р.

+ 29.4а. Домашний уж сосет молоко у коровы

+ 29.4в. Если корову сосет домашний уж, это плохо, она не дает молока

№ 203. [Если ужу причинить вред], то вын корову выссэ гэть.

с. Любязь Любешовского р-на Волынской обл., 1985 г., зап. М. В. Гетман.

+ 29.4а. Домашний уж сосет молоко у коровы

+ 29.4в. Если корову сосет домашний уж, это плохо, она не дает молока

ЖИТОМИРСКАЯ ОБЛ.

№ 204. То погано, як вуж у доме жыве. Опасно, лучче не бачыть. Ёго у будынку чэпать не трэба, бо [говорят]: «Йдуть, як вужэ на кроу». Цэ поганэ дало.

с. Кишин Олевского р-на Житомирской обл., 1984 г., зап. Е. Э. Будовская от Потапчук Ганны Лукиничны, 1909 г. р.

№ 205. [Ужа, заползшего в дом, убивать нельзя — иначе ужи будут нападать; его надо вынести из дома.]

с. Выступовичи Овручского р-на Житомирской обл., 1981 г., зап. В. И. Харитонова.

№ 206. Ужа убыть нэльзя, бо их жэ пара. Одного убъеш, то другэ пакости наробить.

с. Червона Волока Лугинского р-на Житомирской обл., 1984 г., зап. от Куряты Ольги Николаевны, 1927 г. р.

№ 207. Плэмянника [ужа] убау, и [он] яду напустау у молоко — и ты пухнэш.

с. Червона Волока Лугинского р-на Житомирской обл., 1984 г., зап. А. В. Андреевская от Каменчук Мотруны Павловны, 1905 г. р.

БРЯНСКАЯ ОБЛ.

№ 208. Не разрешаецца брать яйца вужа, он абязательно за табой прибяжыть и наврэ-дать. Хоть иде найдёт вас. Яачки такае прэдланятсые, мяхкие, белые, як бумага.

с. Картушино Стародубского р-на Брянской обл., 1982 г., зап. Л. Г. Александрова от Саранчук Анны Алексеевны, 1905 г. р.

5е. Из УБИТОГО УЖА ТЕЧЕТ МОЛОКО

№ 128, 139, 147, 152, 182, 189

Мотив в основном встречается в текстах из западных и центральных районов Полесья и поддерживает общие представления о пристрастии домашнего ужа (и ужей вообще) к молоку, о высасывании им молока у коровы и контаминации этих представлений с сюжетом об отбирании молока у чужих коров ведьмами и колдунами с помощью змей и других животных (ср. мотивы 1.16. Доит чужих коров; в виде животного сосет молоко; 1.1д. Отбирать молоко ведьме помогают змеи, жабы). Ср. былички об убитой жабе-оборотне, из которой течет молоко как доказательство того, что она отнимала его у чужих коров (глава 1. № 73, лельч. гом.).

Паралелли к этому мотиву зафиксированы в ряде других славянских традиций: на западе Украины полагали, что из убитого домашнего ужа льется молоко (Moszynski 1914: 164); в Закарпатье считали, что большая змея полос сосет молоко у коров и женщин, отчего из убитого полоса льется молоко (Потушняк 1841: 101). Согласно новгородским сведениям, ужа, живущего в доме, нельзя убивать, поскольку его образ может принимать домовой — когда такого ужа убили, пол в доме покрылся сметаной и после этого умерли три члена семьи (Зеленин 2: 864).

5ж. «Скажи домовому, что умер полевой»

Два публикуемых ниже текста из Брестской и Житомирской обл. содержат редкий мотив, в котором присутствуют два вида ужей — домовой и полевой, связанных между собой родством. Смерть одного из них (в первом тексте полевого ужа, а во втором домового) приводит к тому, что его собрат, обитающий в другом локусе, занимает его место и пытается отомстить хозяевам. При этом известие о своей смерти погибший уж передает своему родственнику через хозяина этого дома: «Скажи домовому, шо нэма полевого» (№ 209).

Аналогичный мотив встречается также в единичных записях из западных русских областей и эксплицирует родственную связь между домашним и полевым персонажами как двумя разновидностями духов, покровительствующих разным сферам единого домашнего хозяйства, в сферу которого, кроме дома, включается также и поле. Связь между домашним и полевым духом прослеживается в похожем сюжете из Смоленской губ.: женщинам, возвращавшимся домой с поля, встретилась молодая женщина в белом, вышедшая к ним из куста, и попросила сказать Домахе, что умерла Поляха. Когда женщины, вернувшись домой, повторили это сообщение, что-то завыло, запричитало и, хлопнув дверью, направилось в сторону поля (Добровольский 1891: 91—92; 1897: 362). В тексте из Переславль-Залесского уезда женщине, идущей по полю, слышится голос: «Поди к домовому, скажи, что его брат полевой помер» (Смирнов 1927: 7). Близкая по смыслу былинка известна в Новгородской губ.: перед женщиной, проходившей мимо стога, выскочил некто («он») и прокричал: «Дорожиха, скажи кутихе, что сторожихонька померла». Когда женщина повторила эти слова дома, что-то в подызбице запричитало: «Ой, сторожихонька! Ой, сторожихонька!» — и с воем пошло из избы в виде маленького черного человечка (Максимов 1989: 79).

Такой взгляд на духов-покровителей разных локусов не совсем обычен для классификации восточнославянских (и особенно русских) мифологических персонажей, в которой домашнее пространство и поле закреплены за разными персонажами (домовым и полевым), которые сюжетно между собой не связаны, за небольшим исключением: по свидетельствам из Брянской обл., домовой может появляться в поле (см. мотив 27.3з. Домовик бывает в поле, в жите). В южнославянских представлениях существует мифическая змея — покровительница поля и виноградника как разновидность домашней змеи, которая защищает их от града и непогоды (Гура 1997: 318).

БРЕСТСКАЯ ОБЛ.

№ 209. Домовой вуж есть у кожному доме. [В каждом доме?] Ну, не у кожному, оле бы-вое. Он врэдо никому нэ робить, он никого нэ чэпое. Нэ можна его бить. Домовой вуж есть и полевой есть. Ну, один мужык да у поли забиу вужо и пошоу спать. Лёг спать, а ему прысниуся сон, шо коэ: «Скажы домовому, шо нэмо полевого». Тады он устау и давс/й жэне роскпзвать свой сон. А с-под пэчкы вылез вуж и укусиу его, и он помер.

с. Верхний Теребежов Столинского р-на Брестской обл., 1984 г., зап. А. В. Гура от Карпинской Ольги Павловны, 1933 г. р.

+ 29.16. Домашний уж есть в каждом доме

+ 29.5а. Ужа, живущего на территории дома, нельзя убивать

+ 29.5д. Если убить домашнего ужа, он сам или другие ужи отомстят за его смерть

ЖИТОМИРСКАЯ ОБЛ.

№ 210. У одной хоти жыу ужика домовик, вон выходыу з-пуд пудлогы есты до детей. И вот одного розу деты розказолы своей матери. Оны пудстереглы того ужоку тай вбили. Тут зьявывся другы ужок и почау там, де стояла еда, умочаты свого езыка. Тоде чоловьек з жонкою почалы плакаты. Узялы того ужоку мертвого, та поклолы его у ту печорку, скуль вон вылозиу. Тоде другый ужока узяу, тай поперевертоу хвостом усю ежу з ядом на землю. Вноче чоловьеку снытца, шчоб вон сказоу ужоки межовому, шо немое ненового, шоб тей его заменыу.

с. Полесское Коростеньского р-на Житомирской обл., 1985 г., зап. от Захарчук Агафьи Сергеевны, 1904 г. р.

+ 29.2а. Домашний уж живет в доме (в подполье, под печью)

+ 29.3в. Домашний уж ест кашу/молоко вместе с детьми

+ 29.3д. Человек прячет яйца ужа — уж напускает в посуду яду; когда яйца возвращают на место, уж переворачивает посуду, чтобы люди не отравились

ДУХИ

Духи природного пространства

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >