ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ СОЦИАЛЬНОЙ ПЕДИАТРИИ

ОЧЕРК 1

ОЧЕРК 1. Социальная педиатрия как наука, практика и предмет преподавания

В. Ю. Альбицкий

Приоритетная задача настоящего очерка — определить (привлечь внимание, обсудить, приступить к реализации) вектор движения социальной педиатрии от уже существующей как самостоятельный раздел педиатрии де факто к ее признанию де юре. Мне хотелось, исходя из своего полувекового опыта научной и педагогической деятельности, еще раз обсудить содержание социальной педиатрии как области научного знания и практики. Ибо, с одной стороны, до сих пор отсутствует общепринятое определение (дефиниция) социальной педиатрии, четко не определены ее задачи как науки и предмета преподавания, а с другой — в связи со сменой общественного строя в России крайне обострилась социальная составляющая в процессе формирования и сохранения здоровья детей и подростков.

В единой науке педиатрии выделяются научная, клиническая, профилактическая, социальная и экологическая педиатрия [1]. Появились первые учебные пособия и руководство по социальной педиатрии [2-5]. Фактически уже позволительно говорить о том, что социальная педиатрия входит на равных в основные разделы современной педиатрии, и, следовательно, ее можно идентифицировать как область медицинской науки и практики и обязательного предмета в системе образования студента-медика и врача-педиатра.

Вместе с тем в России (не беремся судить о ситуации в других странах, но складывается ощущение, что она схожа с российской) термин «социальная педиатрия», хотя и известен специалистам — широкому кругу педиатров и организаторов здравоохранения, до сих пор как бы не обрел «прав гражданства». В российских медицинских учебных заведениях отсутствуют кафедры и курсы социальной педиатрии для студентов, и имеется всего четыре кафедры в секторе последипломного образования. Соответственно, отсутствуют официально утвержденные программы обучения по данному предмету. В отечественных медицинских энциклопедиях и словарях фактически не представлен обсуждаемый термин. Издано крайне мало учебников и учебных пособий, отсутствует фундаментальное руководство по данному предмету.

С другой стороны, история вопроса, а также исследования выдающихся русских педиатров, неизменно подчеркивающих социальную обусловленность здоровья детей, создание в СССР в 20-30-х годах прошлого века эффективной государственной системы охраны материнства и детства, открытие в 80-х годах кафедр поликлинической педиатрии для студентов и медико-социальных проблем охраны здоровья матери и ребенка для врачей позволяют говорить о том, что суть идеи и проблемы социальной педиатрии являются нс новым, а хорошо известным традиционным направлением российской педиатрии. Именно поэтому вопрос стоит не о каком-то заимствовании, переносе на российскую почву новой идеи, а, скорее, если так можно выразиться, о стандартизации существующего у нас и за рубежом понятия «социальная педиатрия», т.е. о строгом ее определении (дефиниции) как научной дисциплины и предмета преподавания.

Обсуждению названных проблем были посвящены написанные мною специальная брошюра и актовая речь [6, 7], текст которых воспроизводится в настоящем очерке с некоторыми добавлениями и соображениями последних лет. Главная же цель его остается прежней — поделиться своим мнением об острых проблемах и приоритетных задачах развития социальной педиатрии как науки, практики и предмета преподавания.

Истоки

Образно говоря, развитие социальной педиатрии является частицей всей истории человечества от трансформации животного инстинкта к осознанному сбережению жизни детеныша первобытным человеком до принятия ООН Декларации прав ребенка. Но все же о зарождении социальной педиатрии можно и следует говорить лишь с реализацией двух событий — с устоявшимся пониманием обществом и правящей элитой необходимости участия государства в охране материнства и младенчества и выделением в самостоятельную отрасль медицинской науки и практики педиатрии.

Социальная педиатрия возникла как ответ на призыв передовой, прежде всего врачебной, общественности XIX — начала XX веков активно бороться с таким социальным злом, как высокая смертность детей, главной причиной которой были бедность и невежество большей части населения. Наиболее активными участниками, а то и пионерами призыва придать охране здоровья детей государственный и широкий общественный характер были профессора и врачи: в США, например, в этом контексте называют имя Авраама Якоби [2], в Канаде — Лиона Перельмана [8].

Данное заключение убедительно подтверждается историей отечественной педиатрии. Так, под первый камень фундамента начавшегося строительства Императорского Московского воспитательного дома (1764) положили медную доску, на которой был вырезан следующий текст: «Екатерина Вторая. Императрица всероссийская для сохранения жизни и воспитания в пользу общества в бедности рожденных младенцев... повелела соорудить это здание...» (выделено мною — авт.) [9].

Московский и основанный спустя 7 лет Петербургский императорские воспитательные дома стали первыми в социальной и медицинской практике осознанными государством и обществом детскими учреждениями медикосоциального характера. В этом выдвинутом положении ключевым словом является слово «осознанными». С одной стороны, стремление спасти жизнь незаконнорожденных, внебрачных, «ненужных» матерям новорожденных стало для государства и общества актом реализации гуманистического христианского мировоззрения, а с другой — пониманием абсолютной необходимости роста численности населения для наращивания экономической и военной мощи государства. Выполнить эффективно главную функцию Воспитательного дома — сохранить жизнь брошенному ребенку — было невозможным без профессионального медицинского сопровождения. По этой причине в нем начинают на постоянной основе работать дипломированные врачи, открываться стационарные подразделения — лазареты, инфекционные лечебницы.

Здесь считаю важным сделать следующее отступление. Согласитесь, если в течение многих лет, чуть ли не ежедневно врач приходит для осмотра детей в лазарет, проводит там диагностические и терапевтические процедуры, то он невольно путем многолетних эмпирических наблюдений и врачебного опыта среди детского контингента формируется как врач-педиатр. Таким образом, есть основания заявить, что доктора столичных воспитательных домов стали первыми российскими детскими врачами, а Национальный медицинский исследовательский центр здоровья детей, в лице его предшественника — Московского воспитательного дома — является первым в истории России государственным детским учреждением медико-социального характера.

Но все же первые шаги (может быть, точнее сказать — ростки) по организации системы охраны материнства и младенчества, созданию детских учреждений медико-социального характера следует отнести к концу XIX — началу XX столетий. Для этого созрела социальная и общественная почва.

Во-первых, в результате великих реформ императора Александра II сформировалась земская медицина. Земские врачи, о чем хорошо известно, были чрезвычайно чувствительными к острым социальным проблемам состояния здоровья населения, в т. ч. и детского. Упомяну в этой связи только два классических медико-социальных исследования — работы П.Ф. Кудрявцева «Деревенские ясли-приюты в Симбирской губернии летом 1899 года. Опыт санитарно-статистического исследования» (1900) и П.И. Куркина «Смертность малых детей» (1910).

Во-вторых, получает широкое развитие российская общественная медицина. Создаются многочисленные общественные и благотворительные организации. Для многих из них одной из ведущих задач стала охрана здоровья детей, разработка и реализация мер по уменьшению громадной смертности детского населения. Назову только некоторые, наиболее эффективные в этом плане общественные организации: Общество русских врачей в память Н. И. Пирогова, Русское общество охранения народного здравия, Союз борьбы с детской смертностью.

В-третьих, сформировалась как самостоятельная наука и предмет преподавания педиатрия, в российских университетах открылись кафедры детских болезней. Многие профессора и сотрудники кафедр не только пишут труды по медико-социалыюй проблематике, но являются активными членами названных общественных организаций.

Первыми реальными шагами медико-социального характера по уменьшению чрезвычайно уровня младенческой смертности стало внедрение следующих, говоря современным языком, медико-организационных технологий:

  • 1) открытие в стране яслей, прежде всего сезонных в сельской местности на время летних полевых работ;
  • 2) создание пунктов «Капля молока», в большинстве которых не только распределялось молоко для детей, но и давались советы (врачебные рекомендации) матерям, т.е. первые молочные кухни в известном роде выполняли функции детской консультации;
  • 3) организация женских и детских консультаций для грудных детей;
  • 4) создание Г. Н. Сперанским в 1908-1912 гг. Дома грудного ребенка, состоящего из небольших учреждений: стационарного отделения, яслей, амбу латории-консультации, молочной кухни, выставки по уходу за детьми и вскармливанию их;
  • 5) принятие, пусть и крайне ограниченного, первого законодательного акта 0(5 охране материнства, когда Законом о страховании рабочих от 23 июня 1912 г. было введено пособие по случаю родов женщинам, работающим на крупных фабриках;
  • 6) создание 31 мая 1913 г. по инициативе Карла Андреевича Раухфуса Всероссийского попечительства об охране материнства и младенчества, своего рода общественного органа, объединяющего и координирующего деятельность по охране здоровья матери и ребенка.

Опыт названных первых шагов медико-социальной педиатрической практики, результаты первых социально-гигиенических и клинико-социальных исследований земских врачей и первых российских педиатров фактически позволили теоретически обосновать и разработать систему охраны материнства и младенчества в России. Другими словами, Россия стояла на пороге практического построения системы охраны здоровья матери и ребенка, сочетающей в себе государственные, общественные и благотворительные начала. Убежден, независимо от того, сохранилась бы в России монархия или восторжествовала буржуазная демократия, в стране обязательно бы в скором времени создали систему охраны материнства и младенчества. Проблема заключалась лишь в методах и темпах ее решения.

Таким образом, можно сделать вполне определенный вывод о том, что изучение влияния социального фактора на здоровье детей и противодействие ему стали истоками и почвой социального характера российской педиатрии.

Этапы развития социальной педиатрии в России

По мнению составителей глоссария социальной педиатрии, годом ее рождения следует считать 1969-й, когда образовалась Международная ассоциация социальной педиатрии (Club International de Pediatre Sociale), и 1977-й, когда группой англоязычных стран было создано Европейское общество социальной педиатрии [2].

В нашей стране развитие социальной педиатрии прошло три этапа. Первым этапом — временем ее рождения — следует считать 20-е годы прошлого столетия, когда были заложены организационные основы советской системы охраны здоровья детей. В 1925 г. в Государственном научном инсти туте охраны материнства и младенчества открылась кафедра социальной гигиены женщины и ребенка во главе с первым руководителем советской системы охраны материнства и младенчества (ОММ) Верой Петровной Лебедевой. В 1928 г. открывается аналогичная кафедра в Ленинградском институте ОММ, руководителем которой стала директор института Юлия Ароновна Менделева. Названные события дают достаточные основания заявить о том, что впервые в мире начинает создаваться государственная система охраны здоровья матери и ребенка. И как бы не относиться с высоты нашего времени к большевистскому режиму в истории России, остается фактом, что государственный подход (государственная политика) как система правовых, социальных, научных и медико-организационных мер, направленных на сохранение и укрепление здоровья детей, впервые был реализован в нашей стране. Это ее неоспоримый вклад в развитие мировой цивилизации, яркая страница в истории медицины. Удивительно чутко (хотя и был, по С. Есенину, «лицом к лицу» с теми событиями, т.е. не на расстоянии от них) данный факт заметил великий русский педиатр Георгий Нестерович Сперанский. Еще в 1926 г. он писал: «В пашей республике в области охраны материнства и младенчества со времени революции совершен громадный шаг вперед, настолько большой, что во многом мы сразу далеко опередили наших культурных соседей, несмотря на общую отсталость в культурно-экономическом отношении» [10].

Однако в силу идеологических причин, в частности идеологемы «в стране социализма социальный фактор перестает играть решающую роль в формировании здоровья», кафедры социальной гигиены в начале сороковых годов прошлого века были переименованы в кафедры организации здравоохранения, а названные педиатрические — в кафедры ОММ.

В 1966 г. в медицинских вузах СССР кафедры организации здравоохранения получают название «социальной гигиены и организации здравоохранения». Начинается эпоха ренессанса советской социальной гигиены. Методологическим и методическим центром ее развития становится кафедра социальной гигиены и организации здравоохранения 2-го Московского медицинского института им. Н.И. Пирогова, которую в 1965 г. возглавил выдающийся отечественный социал-гигиенист, признанный лидер и авторитет в этой области медицинской науки, академик РАМН, профессор Юрий Павлович Лисицын. Под его руководством была разработана методология комплексных социально-гигиенических и клинико-социальных исследований и изучения образа жизни. Следует также упомянуть работы профессора Ольги Васильевны Грининой по созданию методики медико социального изучения семьи. Названные методические подходы были положены в основу многочисленных медико-социальных исследований состояния здоровья детей. Хотя эти исследования проводились, как правило, на кафедрах социальной гигиены и организации здравоохранения, но они создали почву для возрождения клинико-социального направления в педиатрии и, как результат, поставили вопрос о создании кафедр социальной педиатрии.

Характеризуя второй этап развития социальной педиатрии, не могу хотя бы мимоходом не сказать если не об исторических закономерностях, то об удивительных совпадениях. Подразделения под именем «социальная педиатрия» появляются именно в тех двух учреждениях, где в 20-х годах были организованы кафедры социальной гигиены женщины и ребенка. В 1977 г., т.е. в тот год, когда было создано Европейское общество социальной педиатрии (второе удивительное совпадение!), в Институте педиатрии АМН СССР (этот институт стал наследником Государственного научного института ОММ) по инициативе и под руководством профессора Евгения Анатольевича Лепарского создается лаборатория социальной педиатрии. В 1986 г. профессор Николай Глебович Веселов в Ленинградском медицинском педиатрическом институте (наследник Ленинградского института ОММ) на факультете усовершенствования врачей организует первую в стране кафедру социальной педиатрии. Начиная с этого же года по предложению заместителя министра здравоохранения РСФСР Антонины Георгиевны Грачевой на педиатрических факультетах медицинских вузов России организуются кафедры поликлинической педиатрии, в учебных программах которых достаточно много времени уделяется профилактическим и организационным вопросам. В 1988 г. по инициативе заместителя министра здравоохранения СССР Александра Александровича Баранова создаются три кафедры медико-социальных проблем охраны здоровья матери и ребенка для последипломной подготовки педиатров: в Москве в Центральном институте усовершенствования врачей (заведующие профессор Ирина Петровна Каткова, а через три года — профессор Николай Николаевич Ваганов), в Горьковском медицинском институте (зав. — профессор В. Ю. Альбицкий), в Киеве (зав. — профессор З.А. Шкиряк-Нижник).

В 70-80-е годы прошлого века в России сформировались несколько научных центров (групп, подразделений), активно занимающихся социальными и организационными проблемами состояния и охраны здоровья детей и подростков. В Москве такие подразделения активно функционировали в Институте педиатрии АМН СССР (А. А. Ефимова, Е. А. Лепарский), Институте социальной гигиены и организации здравоохранения им. Н.А. Семашко (И. И. Гребешева, И. П. Каткова, Т. М. Максимова, Р. К. Игнатьева, Л. П. Чичерин), Институте гигиены детей и подростков (С.М. Тромбах, Г. Н. Сердюковская, Л.Ф. Бережков, Людмила и Александр Сухаревы), в Институте педиатрии и детской хирургии (В.П. Ветров, Л. С. Балева, Б. А. Кобринский). На периферии в области социальной педиатрии активно работали научные группы в Горьком (А. А. Баранов, В. Ю. Альбицкий), Ленинграде (Н. Г. Веселов, В. К. Юрьев, Г. Л. Микиртичан, В. И. Орел), Иваново (В.Н. Городков, Р. Р. Шиляев, Т. П. Васильева, Л. А. Жданова).

Так завершается второй этап формирования социальной педиатрии, прежде всего как предмета последипломной подготовки педиатров.

Третий, текущий этап в развитии социальной педиатрии происходит в постсоветской России. В 2003 г. мы с академиком А. А. Барановым писали, что «для постановки отечественной педиатрии (педиатрической службы) на профилактические рельсы в ближайшее десятилетие усилия педиатрического сообщества должны быть направлены:

А. На создание организационных основ (как науки и самостоятельного предмета преподавания, как важнейшей отрасли практической педиатрии) социальной педиатрии — сути и практики профилактического направления в современной педиатрии. Мы убеждены, что пришло время создания в медицинских вузах самостоятельных кафедр социальной и поликлинической педиатрии; организации в системе педиатрической службы клиник и учреждений социальной педиатрии;

Б. Концентрацию усилий общества и власти, органов и учреждений здравоохранения, фундаментальной и прикладной науки по укреплению и сохранению здоровья здорового ребенка.

По существу указанные стратегические цели были определены (предугаданы) еще на I Конгрессе педиатров России в 1995 г. Это видно из обращения делегатов Конгресса к Президенту, Правительству и Парламенту России: «С учетом демографической ситуации в стране, структуры, прежде всего, предотвратимых потерь, тенденций в заболеваемости, инвалидности, физическом развитии детей, мы бы считали целесообразным сконцентрировать усилия педиатров, организаторов здравоохранения, ученых и, естественно, Союза педиатров на следующих направлениях деятельности: • укрепление профилактической направленности педиатрической службы

путем создания системы медико-социального патронажа семьи;

• интеграция на муниципальном уровне педиатрической и социальнопсихологической помощи детям» (выделено мною — авт.) [11].

За 16 лет после процитированного Обращения Союза педиатров России произошел ряд событий, которые нельзя не считать принципиальным шагом в развитии отечественной социальной педиатрии. Назову некоторые, наиболее сущностные из них.

В законодательном и организационном плане:

  • а) принятие федерального закона «Об основных гарантиях прав ребенка в Российской Федерации» (1998) и его очень важная статья 1, в которой дано определение контингенту детей, находящихся в трудной жизненной ситуации;
  • б) решение об открытии в детских поликлиниках отделений медико-социальной помощи (1999, 2007, 2012);
  • в) организация детских центров здоровья (2010).

В научном плане:

  • а) создание отдела социальной педиатрии в Научном центре здоровья детей РАМН (зав. — профессор В. Ю. Альбицкий, 2004);
  • б) разработка Концепции государственной политики Российской Федерации в области охраны здоровья детей (А. А. Баранов, Ю.Е. Лапин, 2009);
  • в) создание серии «Социальная педиатрия» и издание в ней более 20 книг и монографий (2006-2020);
  • г) открытие рубрики «Социальная педиатрия и организация здравоохранения» в ведущих отечественных научных педиатрических журналах — «Вопросы современной педиатрии» (2006) и «Российский педиатрический журнал» (2009).

В образовательном и методическом плане:

  • а) выход в свет:
    • - первых отечественных учебных руководств (пособий) Н. Г. Веселова «Социальная педиатрия. Актуальные проблемы» (1992) и «Социальная педиатрия (курс лекций)» (1996);
    • - книги А. А. Баранова, В. Ю. Альбицкого «Социальные и организационные проблемы педиатрии» (2003);
    • - учебного пособия В. И. Орла, Т. И. Стуколовой «Частные проблемы социальной педиатрии» (2003);
  • - руководства по социальной педиатрии (составители В. Г. Дьяченко, М. Ф. Рзянкина, Л. В. Солохина, 2010);
  • - книги В. Ю. Альбицкого «Актуальные проблемы социальной педиатрии. Избранные очерки» (2012);
  • б) организация кафедр:
    • - социальной педиатрии в Национальном медико-хирургическом центре им. Н. И. Пирогова (зав. — профессор Татьяна Ивановна Стуколова, 2001);
    • - первой в стране кафедры для студентов педиатрического факультета, в названии которой (с 2006 по 2010 г.) обозначен курс социальной педиатрии — кафедра поликлинической, социальной педиатрии и неонатологии в Саратовском государственном медицинском университете (зав. — профессор Юрий Валентинович Черненков, 2006);
    • - поликлинической и социальной педиатрии ФУВ в Северном государственном медицинском университете (зав. — профессор Лариса Ивановна Меньшикова, 2007);
    • - поликлинической и социальной педиатрии ФУВ в Российском национальном исследовательском медицинском университете им. Н.И. Пирогова (зав. — профессор Татьяна Владимировна Яковлева, 2009).

Изложенное, на мой взгляд, весьма убедительно свидетельствует о том, что в России создан фундамент, подготовлена почва для признания социальной педиатрии как самостоятельной области науки и дисциплины преподавания.

Вместе с тем до сих пор в России общепринятой дефиниции социальной педиатрии не имеется, границы ее как области науки и практики размыты, концепция преподавания отсутствует. Более того, термин «социальная педиатрия», выделение специальных курсов, кафедр для преподавания социальной педиатрии вызывают возражение (непринятие) у многих специалистов, которые выдвигают следующий аргумент: А почему по аналогии не могут быть созданы (обозначены, выделены) социальная терапия, социальная хирургия или, например, социальная урология? С подобной позицией я столкнулся в конце 80-х годов прошлого века в Нижнем Новгороде (тогда еще г. Горьком) при организации кафедры медико-социальных проблем охраны здоровья матери и ребенка в Горьковском медицинском институте. Такие же доводы услышала Т.Н. Стуколова при организации кафедры социальной педиатрии в Национальном медико-хирургическом центре им. Н.И. Пирогова [12].

Данный аргумент, на мой взгляд, можно убедительно опровергнуть следующими контраргументами.

ПЕРВОЕ. Педиатрия по сравнению с близкой к ней по своему лечебному предназначению терапией изучает здоровье ребенка в процессе его развития. Для терапии главное понять сущность болезни и успешно ее вылечить, для педиатрии — сохранить здоровье ребенка, не допустить его болезни. Другими словами, по своей сущности терапия (как и хирургия, урология и т.п.) — лечебная дисциплина, а педиатрия — не только лечебная, но и в равной степени — профилактическая.

ВТОРОЕ. Объект названных дисциплин принципиально разный: у одной — взрослый человек, у другой — ребенок. И дело не только в том, что ребенок — это не взрослый в миниатюре. Здесь не менее важен и другой момент. Если взрослый человек за свое здоровье несет ответственность прежде всего сам, то ребенок относится к контингенту недееспособных. За его здоровье несут ответственность прежде всего родители (семья), а также общество и государство. Они обязаны защищать ребенка от воздействия неблагоприятных факторов внутренней и внешней среды. (Правда, бывает и наоборот — требуется защита ребенка и его здоровья от государства, предрассудков, обычаев общества и даже родителей, других детей (например, школьная «дедовщина»). Мимоходом замечу, что недееспособность пациента внесла, по-видимому, решающий вклад в формирование понятия «социальная психиатрия».

ТРЕТЬЕ. Главная функция детства — социализация ребенка, его подготовка в семье и в детских организованных коллективах (ясли, детские сады, школы) к взрослой жизни. Она невыполнима, точнее выполнима с большими изъянами и потерями, если будет проходить без педиатрического сопровождения. В этом, может быть, наиболее убедительное подтверждение социальной сущности педиатрии.

Дефиниции и основные направления социальной педиатрии

Главная цель настоящего очерка — попытаться определить и определить границы научного, практического и преподавательского статуса социальной педиатрии. Выполнение этой задачи весьма затруднено из-за отсутствия широко распространенного или общепринятого (авторитетной международной организацией или научным собранием) определения социальной педиатрии как за рубежом, так и в нашей стране.

По-видимому, начинать достижение указанной цели следует с анализа существующих дефиниций (определений), данных отечественными и зарубежными авторами. Попытаюсь сделать это поочередно, приведя по 3-4 дефиниции, опубликованные в России и других странах.

Первое определение социальной педиатрии в нашей стране даст I I. Г. Веселов: «Социальная педиатрия возникла на стыке двух специальностей — социальной гигиены и педиатрии. Социальная педиатрия как отрасль (составная часть) педиатрии изучает здоровье детей, комплекс факторов, его определяющих, а также разрабатывает эффективную систему социальной профилактики и оказания медицинской помощи детскому населению» [13].

И ниже он иллюстрирует свое положение следующей схемой:

Затем, уточняя и конкретизируя данную дефиницию, Н. Г. Веселов заявляет, что «предметом изучения социальной педиатрии являются:

  • • комплексная оценка здоровья различных возрастных и социальных групп;
  • • комплекс социально-гигиенических, биологических и медико-организационных факторов, определяющих уровень здоровья;
  • • разработка эффективных форм медико-социальной помощи детям и матерям;
  • • социальная и медицинская профилактика» |3|.

Чуть позже попытался сформулировать определение обсуждаемого предмета автор настоящего очерка: «социальная педиатрия как современное направление превентивной медицины, как составная часть педиатрии изучает на популяционном (групповом) уровне здоровье детей, комплекс факторов, его определяющих и, прежде всего, психологические, биологические, культурные и социальные причины возникновения заболевания у детей, а также обосновывает и разрабатывает основы медико-социальной профилактики и реабилитации (прежде всего в условиях семьи), принципы организации оказания медицинской (в первую очередь первичной медико-санитарной и социальной) помощи детскому населению» 1141.

Выдающийся российский неонатолог и педиатр Николай Павлович Шабалов дал следующее определение социальной педиатрии: «Социальная педиатрия рассматривает два круга проблем: 1) оптимальную организацию управления здравоохранения, в том числе экономики и планирования;

2) влияние социальных факторов на здоровье детей; практику медицинской помощи, проведение профилактических мероприятий, взаимоотношений между медиками и общественными организациями, фондами; медицинское образование и воспитание населения». Автор также указал, что основная цель социальной педиатрии — «раннее выявление, предупреждение, коррекция отклонений в развитии, воспитании и состоянии здоровья детей из семей высокого медико-социального риска» [1].

По мнению В. И. Орла и Т. И. Стуколовой (2003), «социальная педиатрия изучает влияние социальной реальности па здоровье человека в период его детства и последствия этого влияния для человека и общества... Объектом социально-педиатрической теории и практики является человек как член социума в единстве его индивидуальных и общественных характеристик, предметом — медико-социальные аспекты здоровья детей, особенности их психосоциального развития, приобретения ими социального статуса, а также методы и способы поддержания достигнутых и восстановления утраченных медицинских и социальных характеристик» [4].

Если внимательнее вчитаться в приведенные дефиниции отечественных авторов, то можно констатировать, что социальная педиатрия:

  • 1) изучает состояние здоровья детей;
  • 2) изучает комплекс факторов, влияющих на здоровье детей;
  • 3) обосновывает и разрабатывает основы медико-социальной профилактики и реабилитации;
  • 4) разрабатывает принципы организации и пути оптимизации оказания медицинской помощи детскому населению;
  • 5) оказывает приоритетное внимание детям из семей высокого медикосоциального риска.

Теперь ознакомимся с определениями социальной педиатрии, которые дают зарубежные коллеги.

Авторы специального глоссария «Социальная педиатрия», в их числе и ныне действующий президент Европейского общества социальных педиатров Ник Спенсер (Nick Spencer), указывают, что «социальная педиатрия отражает глобальный, целостный и комплексный подход к детям; она рассматривает здоровье ребенка в рамках его общества, окружающей среды, школы и семьи, объединения физических, психических и социальных аспектов здоровья и развития детей, а также разрабатывает мероприятия по оказанию медпомощи, профилактике и укреплению здоровья и повышению качества жизни. Социальная педиатрия действует в трех направлениях: 1) проблемы со здоровьем в связи с социальными причинами; 2) нарушение здоровья ребенка с социальными последствиями; 3) охрана здоровья детей в обществе» [2].

Указанные направления, по-видимому, не уходя далеко от позиции авторов, можно трактовать: 1) как изучение социальных причин болезней и противодействие им; внимание здоровью детей из групп социального риска; 2) медико-социальную реабилитацию детей с ограниченными возможностями здоровья; 3) организацию медико-социальной помощи детям.

По мнению Е. Pctridon (1992), «социальная педиатрия — важная научная дисциплина, основным объектом изучения которой являются дети, находящиеся в трудной жизненной ситуации и малоимущие» [15].

Развернутое определение дают украинские коллеги: «Социальная педиатрия занимается условиями развития ребенка, его здоровьем и нарушениями в связи с социальными, психологическими (в особенности семейными), биологическими условиями и изменениями окружающей среды; изучает вопросы организации системы охраны здоровья ребенка (включая и пре-перинатальный период), его образование (включая профессиональное обучение), социальной защиты ребенка и его семьи.

Как наука социальная педиатрия оказывает содействие решению проблем отдельного ребенка на основе интердисциплинарного подхода с использованием спектра междупрофильных методик по вопросам педиатрии, эпидемиологии, психологии и психологии развития, неврологии и неврологии развития, психиатрии, наркологии и экономики здоровья; как современная область медицины — в границах педиатрической помощи занимается реабилитацией детей и подростков с долгосрочными нарушениями физического, психического, интеллектуального и социального развития (дети с ограниченными возможностями здоровья)» [16].

Исходя из изложенных выше материалов и личного многолетнего опыта научной и преподавательской деятельности, я предложил следующую дефиницию (определение) социальной педиатрии (2011) [И].

Социальная педиатрия, являясь клинико-социальным направлением современной педиатрии, изучает здоровье конкретного ребенка и различных контингентов детей на групповом и популяционном уровнях в связи с условиями и изменениями окружающей среды, объединения физических, психических и социальных аспектов здоровья и развития детей, а также разрабатывает мероприятия по оказанию медицинской помощи, профилактике и укреплению здоровья и повышению качества жизни. Основными направлениями деятельности в области социальной педиатрии являются: 1) изучение социальных причин болезней; 2) приоритетное внимание здоровью детей, находящихся в трудной жизненной ситуации; 3) медикосоциальная реабилитация детей с ограниченными возможностями здоровья; 4) организация медико-социальной помощи детскому населению.

В проведенном Н.В. Устиновой под руководством А. А. Баранова и В. Ю. Альбицкого специальном исследовании по определению социальной педиатрии как предмета медицинской науки и практики обосновано сущностное содержание термина. Социальную педиатрию предложено рассматривать как современную концепцию целостного подхода к сохранению здоровья и улучшению качества жизни детей, подвергающихся неблагоприятным социальным факторам или имеющих потенциальный риск такого воздействия. Она реализует комплексные профилактические мероприятия мультипрофсс-сиональной направленности (медицинские, социальные, психологические и правовые) на индивидуальном, групповом и популяционном уровнях [17].

Социальная педиатрия представляется как многооссвая структура, которая включает как различные уровни (глобальный, общественный, индивидуальный), так и различные области (здравоохранение, семья, образование, социальная защита) и сферы (биологическая, физическая, психологическая, экологическая, социальная, коммуникативная) жизни и здоровья детей и подростков. Тем самым определяется системный характер социальной педиатрии.

Еще одной важной характеристикой социальной педиатрии является се организационная составляющая, предполагающая особые формы организации деятельности по охране детского здоровья. В то же время подчеркивается, что главная цель социальной педиатрии — это сохранение здоровья детей в контексте биопсихосоциальной модели. Данным подходом разграничивается сфера ответственности самой социальной педиатрии от социальной помощи или социальной педагогики. Таким образом, следует говорить о двух сферах социальной педиатрии: 1) как системы общественной охраны здоровья детского населения; 2) как утилитарной стратегии практической помощи в первичном звене общественного здравоохранения.

Исходя из вышеизложенных соображений, предлагается следующее определение (дефиниция) социальной педиатрии как науки и предмета преподавания.

Социальная педиатрия изучает здоровье конкретного ребенка и различных контингентов детей на групповом и популяционном уровнях в связи с условиями окружающей среды, исследует влияние социальных детерминант на предупреждение, возникновение и течение заболеваний в детском возрасте, а также обосновывает и реализует комплекс мер мультипрофессиональной направленности по сохранению и укреплению здоровья детского населения.

Исходя из предложенной дефиниции социальной педиатрии, весьма важно определить ее основные разделы (направления, составляющие) как самостоятельной области медицинской науки и практики, а затем, опираясь на это, высказать соображения о том, где, кем и для кого она должна преподаваться.

Безусловно, должен быть использован зарубежный опыт. Ведь социальная педиатрия как область научного знания и практической деятельности широко распространена в европейских странах, США и Канаде. Во многих университетах имеются факультеты и кафедры социальной педиатрии, функционируют общества, фонды, центры, учреждения социальной педиатрии, издаются специальные журналы.

Исходя из анализа документов Европейского общества социальных педиатров, фундаментального руководства «Социальная педиатрия», изданного Оксфордским университетом в 1995 г., отечественных учебных руководств Н.Г. Веселова [3, 13], В. И. Орла и Т. И. Стуколовой [4], В. Г. Дьяченко с соавт. [5], а также собственного научного и педагогического опыта, можно констатировать, что основными разделами социальной педиатрии как науки и практики являются:

  • 1) все правовые проблемы охраны здоровья детей, в первую очередь один из ее важнейших разделов «Дети и их права», основу которого определяют ведущие международные документы, принятые ООН; конечно же, и национальное законодательство;
  • 2) биоэтические проблемы педиатрии;
  • 3) изучение состояния и тенденций здоровья детей; методическое обеспечение этого изучения;
  • 4) выявление социальных, биологических и впешнесредовых факторов, угрожающих нормальному развитию и здоровью ребенка; активное противодействие (санация) им;
  • 5) проведение медико-социального мониторинга за здоровьем детей в организованных детских коллективах;
  • 6) формирование (воспитание) здорового образа жизни детей и подростков;
  • 7) организационные и клинико-социальные основы реабилитации и оздоровления детей с хроническими заболеваниями и ограниченными возможностями по состоянию здоровья;
  • 8) проведение превентивных мероприятий в семьях высокого социального риска;
  • 9) организация медико-социалытой помощи детям, находящимся в трудной жизненной ситуации;
  • 10) медицинское просвещение родителей;
  • 11) организация межсекторального сотрудничества в деле охраны здоровья детей, прежде всего находящихся в трудной жизненной ситуации;
  • 12) воздействие на органы власти и органы управления для принятия мер по охране здоровья детского населения.

Мне представляется, что социальную педиатрию, как и многие другие науки, можно разделить на разделы «общая» и «частная». В общую часть, по-видимому, должны входить правовые и этические основы охраны здоровья детей; история охраны материнства и детства; состояние и тенденции здоровья детского населения; принципы организации медико-социальной и медицинской помощи детям; глобальные и частные факторы риска; методы изучения и анализа показателей здоровья детей и подростков и т. д. Частная социальная педиатрия, прежде всего, изучает отдельные социально-гигиенические и клинико-социальные проблемы состояния здоровья детей, а также организацию медико-социальной помощи и медико-социальной реабилитации детей групп высокого социального риска.

Социальная педиатрия как предмет преподавания

Теперь логично обсудить вопрос о том, где и кому преподавать социальную педиатрию?

Сначала о зарубежном опыте[1].

Несмотря на многолетнее признание социальных проблем в области обеспечения здоровья детей и понимания важности и практической необходимости социальной педиатрии, внедрение преподавания данного предмета в Европе проходило, да, пожалуй, и продолжает проходить трудный путь. Одной из существенных причин такого положения является то, что в большинстве европейских стран вопросами социальной педиатрии приходилось заниматься врачам общей практики, зачастую даже не прошедшим обучения педиатрии.

За исключением Великобритании и североевропейских стран, социальная педиатрия долгое время не была официально признана разделом теоретической и практической подготовки педиатров в Европе. Если обратиться к английскому опыту, то общинная педиатрия[2] там всегда включала в себя элементы общественного здравоохранения. В Великобритании с начала 1980-х годов существует специализация по общинной педиатрии, тогда как в большинстве других стран эпидемиология детских болезней и инвалидности преподавалась в рамках предмета «Общественное здравоохранение взрослых» [18].

Однако, когда в Европе стали происходить серьезные изменения, связанные с появлением новых стран, стиранием границ, миграционными процессами, вопрос о необходимости официального признания и преподавания социальной педиатрии встал как никогда остро. Так, в Нидерландах, где отсутствие взаимодействий между стационарной помощью и профилактической детской медициной стало серьезной проблемой, университет Маастрихта (Maastricht University) предпринял попытку изменить ситуацию и в 1993 г. ввел в обучение педиатров несколько часов лекций по социальной педиатрии, причем преподавание велось как педиатрами, так и специалистами в области социальной медицины [19].

В 1994 г. Европейской ассоциацией обучения педиатрии были сделаны первые шаги в направлении реформирования преподавания педиатрии: в перечень необходимых «знаний и умений» был внесен документ «Необходимость включения в педиатрическое образование обучения первичной педиатрической помощи», а также было рекомендовано практическое обучение в общинной педиатрии как части базового тренинга для всех педиатров [20].

Ответственность за обучение педиатров в Европе лежит па Европейской конфедерации специалистов в области педиатрии, первейшими задачами которой являются: 1) изучать, продвигать и гарантировать высококачественную педиатрическую помощь; 2) гарантировать обеспечение высокого стандарта обучения педиатрии. В 1996 г. в Граце (Австрия) Конфедерацией был поднят вопрос о социальной и общинной педиатрии. Представители большинства стран отметили их недостаточные знания в этой области, признали как важность предмета социальной и общинной педиатрии, так и его отсутствие в учебном плане 1211.

Для решения указанной проблемы Европейская ассоциация обучения педиатрии предложила обсудить назревшие проблемы Европейскому обществу социальной педиатрии па совместной конференции. Опа состоялась в 1998 г. в Бордо. К этой конференции был приурочен проект «Дельфи», в котором 23 экспертами из 11 европейских стран были определены приоритеты в процессе подготовки специалистов [22]. Полученные результаты исследования были обсуждены, и, наконец, был сделан вывод, что для обеспечения здоровья детей социальная и общинная педиатрия должна иметь статус медицинской специальности 123]. Основным достижением встречи в Бордо было осознание того, что социальная и общинная педиатрия должны ассимилироваться в общую и амбулаторную педиатрию как неотъемлемая часть каждодневной практики. В то же время стало понятно, что пока этот предмет не будет включен в программу подготовки специалистов в области педиатрии, этому не суждено осуществиться.

Обратимся к опыту преподавания социальной педиатрии в Новом Светс. Возможно, благодаря трудам «пионеров социальной педиатрии» — Авраама Якоби (США) и Лиона Перельмана (Канада) — уже в 1970 г. в медицинском колледже в Монтсфиорс (Южный Бронкс, Нью-Йорк) была введена трехгодичная резидентура по социальной педиатрии [24, 25]. Важно отметить, что в этом колледже готовятся специалисты-педиатры непосредственно для работы в неблагополучных районах и с контингентом из групп социального риска. Успешность этой инициативы подтверждается более чем сорокалетиям ее существованием и востребованностью выпускников резидентуры.

В Канаде инициативы в области социальной педиатрии также довольно широко распространены. Одно из ведущих учреждений, занимающихся продвижением предмета социальной педиатрии — Университет Мак-Гилл (Монреаль, Квебек), в котором с 2002 г. преподается четырехнедельный курс социальной педиатрии — обязательный для всех обучающихся в резидентуре по педиатрии. В 2006 г. в этом же университете была создана двухгодичная программа обучения социальной педиатрии, заявленная цель которой — создание нового кадрового потенциала педиатров. Ведутся многочисленные исследования проблем социальной педиатрии, в которых задействован педиатрический факультет в Ванкувере (Британская Колумбия) [26]. Но, несмотря на проводимые активные действия, канадские коллеги считают необходимым для достижения общенациональных целей улучшения здоровья детей разрешить следующие вопросы: 1) разработать определение социальной педиатрии; 2) определить местоположение и содержание социальной педиатрии в подготовке педиатров 1271.

Таким образом, приведенный материал достаточно убедительно свидетельствует о том, что пусть несколько отличными путями, но педиатры всего мира пришли к пониманию важности четкого определения предмета «социальная педиатрия» и внедрения его в программу обучения педиатров на разных уровнях (до- и последипломном).

Переходя к российскому опыту преподавания социальной педиатрии, прежде хотел бы привлечь внимание к следующему моменту. Можно легко заметить, что выделенные выше парадигмы социальной педиатрии по многим позициям свойственны другой медицинской науке — «общественному здоровью и здравоохранению» («социальная медицина и общественное здравоохранение» — по терминологии в ряде зарубежных стран) и ее подразделу «охрана материнства и детства, организация медицинской помощи матерям и детям».

Что это так, видно, например, из следующих утверждений для указанной дисциплины: «Основной ее задачей является изучение влияния медико-социальных факторов, условий и образа жизни на здоровье различных групп населения. Разработка научно обоснованных рекомендаций по предупреждению и устранению неблагоприятных социальных условий и факторов, а также оздоровительных мероприятий для повышения уровня здоровья населения» [28].

На внешнее тождество указанных двух дисциплин обратил внимание известный специалист в области охраны материнства и детства профессор Леонид Петрович Чичерин: «Трактовка социальной педиатрии подразумевала практически все то, что позднее стало обозначаться понятием «охрана здоровья» (детей)», имея в виду «совокупность мер политического, экономического, правого, социального, научного, медицинского, образовательного, санитарно-гигиенического и противоэпидемического характера, направленных на сохранение и укрепление физического и психического здоровья» 1291.

Возникают вопросы: имеется ли необходимость выделять социальную педиатрию в самостоятельный предмет преподавания? Не продолжать ли ее преподавать студентам, педиатрам и врачам-организаторам детского здравоохранения на кафедрах общественного здоровья и здравоохранения с необходимыми дополнениями па кафедрах поликлинической педиатрии?

Эти вопросы, по существу, риторические, но не ответить на них — значит, нс внести ясность, если хотите, прозрачность в обсуждаемую проблему. Но не менее важно и другое — дать повод для утверждения, что социальные проблемы педиатрии вполне полно (достаточно) преподаются на названных выше кафедрах.

Аргументация обоснованности выделения социальной педиатрии из общественного здоровья и здравоохранения в самостоятельную область научного знания и предмет преподавания следующая.

ПЕРВОЕ. Охрана здоровья детей в 20-м столетии определена (в том числе документами ООН и ВОЗ) как одна из главных, приоритетных задач государства и общества и, следовательно, требует самоидентификации, выделения в самостоятельную область науки и практики, что фактически и достигается только внедрением (обозначением) понятия «социальная педиатрия».

ВТОРОЕ. Особенности ребенка и контингента детей (возрастные, социальные, анатомо-физиологические, психологические и т.п. и т.д.) настолько отличны от особенностей взрослых людей, что требуют своих социальногигиенических, клинико-социальных, психологических и других многочисленных методов исследования. Другими словами, можно утверждать, что успешное использование методов общественного здоровья и здравоохранения при изучении состояния здоровья детей и их медицинского обслуживания требуют профессионального знания педиатрии, без чего невозможна их «педиатрическая» адаптация.

ТРЕТЬЕ. «Педиатрическая адаптация» убедительно подтверждается логикой (цепочкой) возникновения и развития социальной педиатрии:

Социальная гигиена -> Социальная гигиена женщины и ребенка Охрана материнства и детства Социальная педиатрия.

Конечно же, не случайно кафедры социальной гигиены матери и ребенка возникают в педиатрических научных центрах, а кафедры социальной педиатрии создаются для последипломной подготовки педиатров.

ЧЕТВЕРТОЕ. Соотношение дисциплин «общественное здоровье» и «социальная педиатрия» примерно такое же, как «кардиология» и «детская кардиология», «гигиена» и «гигиена детей и подростков», «хирургия» и «детская хирургия». Я бы даже сравнил (может, не совсем корректно) соотношение двух названных дисциплин с разницей между содержанием преподавания «детских болезней» для студентов непедиатрических факультетов и «педиатрии» для студентов педиатрического факультета.

ПЯТОЕ. Наконец, социальная педиатрия носит ярко выраженный междисциплинарный характер, что подчеркивают фактически все авторы, рассматривающие сущностные проблемы этой дисциплины, и она (социальная

Очерк 1. Социальная педиатрия как наука, практика и предмет преподавания 31 педиатрия) уже никак не укладывается ни в рамки общественного здоровья и здравоохранения, ни, смею заявить, в границы классической педиатрии.

Что касается предложения объединить преподавание поликлинической и социальной педиатрии на одной кафедре, то следует исходить из следующих соображений.

Во-первых, смысловое значение названия кафедры «поликлиническая педиатрия» не в том, что это обозначение области научного знания (тогда по аналогии должна преподаваться и «стационарная» педиатрия), а в том, что это цели подготовки врача — для работы в первичном звене здравоохранения (прежде всего, конечно, в детской поликлинике). Присоединение к названию кафедры «поликлиническая педиатрия» слова «социальная» определит необходимость при подготовке педиатра первичного звена полноценно излагать (обучать) обозначенные выше основные проблемы социальной педиатрии.

Во-вторых, лучше, чем Eleni Petridon, не скажешь: «Одной из задач социальной педиатрии является укрепление связи между профилактической и лечебной педиатрией путем активной работы с семьей и изучения влияния социально-экономических условий. В данном контексте социальная педиатрия выходит на первый план в числе мероприятий первичной профилактики» [15]. Другими словами, социальная педиатрия синтезирует (объединяет) профилактическое и лечебное начала в деятельности врача амбулаторной практики, на необходимость (обязательность) чего, между прочим, настойчиво указывали теоретики и родоначальники государственной (советской) системы здравоохранения Н. А. Семашко и З.П. Соловьёв.

В-третьих, современный врач-педиатр первичного звена здравоохранения должен обладать навыками и умениями в области детской эпидемиологии, семейной психологии и психосоциальных отношений. Он должен выходить на конкретные семьи с их конкретными проблемами. Существующие принципы (сестринский и врачебный патронаж, мониторинг в организованных коллективах, массовые осмотры и т. д.) находятся в слабой корреляции со здоровьем и развитием детей, ибо то, что полезно одной семье, совершенно необязательно другой.

Можно привести и другие убедительные аргументы, но, думаю, высказанных соображений достаточно, чтобы считать присоединение преподавания социальной педиатрии к другим курсам поликлинической педиатрии логичным и целесообразным.

Вместе с тем организация кафедр поликлинической и социальной педиатрии выдвигает ряд вопросов, требующих, по-видимому, широкого обсуждения. Прежде всего, следует четко определить, кто должен обучаться на кафедрах поликлинической и социальной педиатрии.

Вполне попятно, что при подготовке будущих врачей кафедра организуется для студентов педиатрического факультета, для студентов других факультетов краткий курс социальной педиатрии продолжает преподаваться на кафедрах общественного здоровья и здравоохранения, а также детских болезней.

Что касается последипломной подготовки педиатров, то не все так просто и однозначно.

Во-первых, классические кафедры педиатрии в вузах и на факультетах последипломного образования, как правило, слабо ориентированы в организационных и социальных проблемах педиатрии и при преподавании клинической педиатрии не всегда делают нужные акценты на особенностях диагностики, лечения и профилактики заболеваний в амбулаторной практике. Этот фактор и новые социальные, организационные и профилактические парадигмы амбулаторной педиатрической практики и стали, по существу, причиной организации кафедр поликлинической и социальной педиатрии. Отсюда возникает вопрос, следует ли продолжать обучать врачей первичного звена на классических кафедрах педиатрии?

Но сразу же, во-вторых, возникает другой вопрос: если оставить обучение в старых форматах, то как разделить (и надо ли разделять?) слушателей-врачей первичного звена между кафедрами педиатрии и новыми -поликлинической и социальной педиатрии?

В-третьих, одними из курсантов кафедр поликлинической и социальной педиатрии должны (могут) быть организаторы детского здравоохранения (чиновники из органов управления здравоохранением, главные врачи детских лечебно-профилактических учреждений и их заместители). Многим из этого контингента требуются сертификаты по специальности «общественное здоровье и здравоохранение». Возникает вопрос, предоставлять ли право (лицензию) названным кафедрам выдавать упомянутый сертификат?

Моя точка зрения при ответе на поставленные вопросы исходит из контингента слушателей, которые должны получать последипломное образование на кафедрах поликлинической и социальной педиатрии. Перечислю их: участковые педиатры, организаторы детского здравоохранения, врачи отделения организации медицинской помощи детям в образовательных учреждениях и медико-социального отделения (кабинета) детской поликлиники, педиатры интернатных и специальных детских учреждений

(центров здоровья, учреждений для детей с ограниченными возможностями, медико-социальных центров для подростков и т. д.)[3].

Представляется, что кафедры поликлинической и социальной педиатрии для последипломной подготовки должны организовываться в тех регионах, где численность педиатров позволяет организовать две кафедры. На тех территориях, где из-за малого числа педиатров организация второй педиатрической кафедры нецелесообразна, следует в программе преподавания существующей кафедры педиатрии выделить полноценный (не формальный, не куцый) курс поликлинической и социальной педиатрии. Возможно, в каждом федеральном округе в крупных медицинских вузах следует создать по 2-4 названные кафедры для подготовки не только «своих», но и слушателей из соседних регионов. На учебу на эти кафедры должны приезжать прежде всего организаторы детского здравоохранения и социальные педиатры. Этим кафедрам, а также организованным в наших двух столицах и центрах федеральных округов выдать лицензию на право подготовки специалистов по специальности «общественное здоровье и организация здравоохранения».

И еще об одном, может быть и не очень важном, но с моей точки зрения, требующем коррекции моменте. Наша первая отечественная кафедра, созданная в С.-Петербургской медицинской педиатрической академии, руководимая ныне видным ученым, известным специалистом в области социальной педиатрии, заслуженным деятелем науки РФ профессором Василием Ивановичем Орлом, носит название социальной педиатрии и организации здравоохранения. Под таким названием предлагают организовать кафедры для студентов коллеги из Хабаровска — составители руководства по социальной педиатрии. С таким же названием имеются рубрики, которые я редактирую в журналах «Вопросы современной педиатрии» и «Российский педиатрический журнал». Думаю, что это нонсенс, ибо в социальную педиатрию как в область научного знания, сферу практического действия и предмет преподавания входит в качестве одной из основных составляющих организация детского здравоохранения (организация оказания медицинской помощи матерям и детям). Другими словами, все упомянутые названия должны исключить из себя словосочетание «организация здравоохранения» и, следовательно, оставить одно — «социальная педиатрия».

Задачи развития социальной педиатрии

Зарождение и выделение в качестве самостоятельной (автономной) составляющей педиатрии социальной педиатрии являются закономерным ответом на парадигмы социального и этико-правового характера современного общества (примат прав ребенка, требование социальной справедливости и равенства, семейный фактор и т.д.). Таким же закономерным (по крайней мере для российского развития и опыта) явлением можно считать зарождение кафедр социальной педиатрии и организации здравоохранения, медико-социальных проблем охраны здоровья матери и ребенка, поликлинической и социальной педиатрии для подготовки врачебных кадров первичному звену педиатрической службы.

По мнению А. А. Баранова, Л. С. Намазовой-Бараттовой и В.Ю. Аль-бицкого (2012), в современных российских условиях приоритетными направлениями дальнейшего развития социальной и профилактической педиатрии в целях сохранения, укрепления и восстановления здоровья детей являются [30]:

  • 1. Утверждение «Концепции государственной политики в области охраны здоровья детей в Российской Федерации» и принятие закона «Об охране здоровья детей».
  • 2. Осуществление с использованием современных информационных технологий углубленного выборочного мониторинга заболеваемости, инвалидности и смертности детского населения России (1 раз в 3 года в 10-15 субъектах Российской Федерации).
  • 3. Разработка протоколов профилактической деятельности для всех звеньев первичной медико-санитарной помощи. Расширение сети детских центров здоровья и организация их деятельности как координаторов межсекторального сотрудничества.
  • 4. Создание нового кадрового потенциала педиатров — «социально ориентированный педиатр», «социальный педиатр», т. е. педиатров, прошедших специальную подготовку для работы с контингентом детей, находящимся в трудной жизненной ситуации.
  • 5. Расширение на государственных каналах телевидения и радиовещания образовательных программ для детей по формированию здорового образа жизни.

Завершаю очерк заключительными словами из своей Актовой речи: «Парод, государство и общество, которые не обеспечивают приоритетного внимания Детству, охране Жизни и Здоровья детей, обречены на прозябание, деградацию, а то и на исчезновение. Но я верю и знаю — моя страна будет всегда, мое Отечество обречено на вечность. Порукой тому — духовность и совесть моего народа и великие имена этой духовности и этой совести — Александра Пушкина и Льва Толстого, Александра Солженицына и Андрея Сахарова, Николая Пирогова, Нила Филатова и Георгия Сперанского, порукой тому — девиз педиатрического сообщества и его лидера Александра Баранова «Сохраним здоровье детей — сохраним Россию», порукой тому — наличие в руках педиатрического сообщества эффективного инструмента по сбережению жизни и здоровья детей, имя которому СОЦИАЛЬНАЯ ПЕДИАТРИЯ!» [7].

Список литературы

  • 1. Шабалов Н. П. Детские болезни. В 2 т. 3-е изд. — СПб., 1998. — С. 10.
  • 2. Spencer N, Colomer С, Alperstein G, et al. Social paediatrics. J Epidemiol Community Health. 2005;59(2):106-108.
  • 3. Веселов Н.Г. Социальная педиатрия (курс лекций). — СПб.: Ривьера, 1996. - 395 с.
  • 4. Орел В. И., Стуколова Т. И. Частные проблемы социальной педиатрии. — Издание СПбГМА, 2003. — С. 19.
  • 5. Дьяченко В. Г., Рзянкина М. Ф., Солохина Л. В. Руководство по социальной педиатрии. — Хабаровск, 2010. — 437 с.
  • 6. Альбицкий В. Ю. Социальная педиатрия как область научного знания, сфера практического действия и предмет преподавания. — М.: Союз педиатров России, 2011. — 24 с.
  • 7. Альбицкий В. Ю. Социальная педиатрия: история и проблемы развития, роль ученых Научного центра здоровья детей Российской академии медицинских наук. — М.: Союз педиатров России, 2012. — 24 с.
  • 8. Berger М. Proceedings of the 16th Annual History of Medicine Days. March, 2007. pp. 253-267.
  • 9. Альбицкий В. Ю., Баранов А. А., Шер С. А. Императорский Московский воспитательный дом. — М., 2010. — 65 с.
  • 10. Сперанский Г. Н. Вступительная статья к книге В. М. Курзона «Охрана материнства и младенчества в СССР». — Самара, 1926. — С. VIII.
  • 11. Баранов А. А., Альбицкий В. Ю. Социальные и организационные проблемы педиатрии. Избранные очерки. — М.: Издательский Дом «Династия», 2003. — 344 с.
  • 12. Стуколова Т. И. Социальная педиатрия. Ее роль в современных условиях и задачи по охране детского здоровья. Актовая речь 20 мая 2011 г. — М., 2011.- 12 с.
  • 13. Веселов Н. Г. Социальная педиатрия. Актуальные проблемы. — Уфа, 1992.- 192 с.
  • 14. Альбицкий В. Ю., Камаев И. А. Рецензия на книгу Н. Г. Веселова «Социальная педиатрия. Актуальные проблемы» // Здравоохранение Рос. Федерации. 1994;(2):37—38.
  • 15. Petridon Е. Social pediatrics: the essence and the vision. Soz Praventivimed. 1992;37(1):1—2.
  • 16. Мартынюк В.Ю., Майструк О. А. Клинические рекомендации к стандартам медико-социальной реабилитации детей с органическим поражением нервной системы // Комплексная реабилитация больных и инвалидов. 2008;(2-3):57-62.
  • 17. Устинова Н.В. Современное состояние и направления научно-практического развития социальной педиатрии: Автореф. дис.... докт. мед. наук. — М., 2016. — 47 с.
  • 18. Crouchman М, Pechevis М, Sandler В. Social paediatrics and child public health — a European perspective. Arch Dis Child. 2001;84:299-301.
  • 19. Training in social pediatrics in the University Hospital Maastricht, the Netherlands. Joint Meeting. Association for Paediatric Education in Europe (A.P.E.E. — А.Е.Р.Е.). European Society For Social Pediatrics (E.S.S.O.P.). Bordeaux-France; 1998.
  • 20. Association for Paediatric Education in Europe. Paediatric education for all physicians providing primary paediatric care. The Hague: APEE; 1994.
  • 21. Confederation of European Specialists in Paediatrics. Basic paediatric training syllabus. Brussels: CESP; 1998.
  • 22. Macfarlane A, Dunkley R, Wright J. Child public health training for medical students and paediatricians: a European perspective. Discussion document presented at the joint meeting of the Association of Paediatric Education in Europe and the European Society for Social Paediatrics. Bordeaux; 1998.
  • 23. The Association for Paediatric Education in Europe. Report on basic paediatric training (common trunk) with guidelines and recommendation. The Hague: APEE; 1997.
  • 24. Montefiore Health System. Available from: www.montefiore.org.
  • 25. Ozuah PO, Stick SL. Practice locations of graduates of a social pediatrics residency. JAMA. 2003;290(9): 1154.
  • 26. Lynam MJ, Loock С, Wong S, et al. Social pediatrics: a Responsive Interdisciplinary Coordinated Health [«RICH»]. Model for timely accessible services for at-risk families. Research funded by the Canadian institutes of health research and the Michael Smith foundation for health research. 2008-2011.
  • 27. Guyda H, Razack S, Steinmetz N. Paediatr child health. Paediatr Child Health. 2006;ll(10):643-645.
  • 28. Лучкевич В. С. Основы социальной медицины и управления здравоохранением. Учебное пособие. — СПб.: СПбГМА, 1997. — С. 7.
  • 29. Чичерин Л. П. Актуальные проблемы социальной педиатрии России // Вопросы современной педиатрии. 2006;5(6): 13-17.
  • 30. Баранов А. А., Намазова-Баранова Л. С., Альбицкий В.Ю. Профилактическая педиатрия — новые вызовы // Вопросы современной педиатрии. 2012;11(2):7—13.

ОЧЕРК 2

  • [1] Соавтором фрагмента очерка о ситуации с преподаванием социальной педиатрии за рубежом является Н.В. Устинова.
  • [2] Под термином общинная (муниципальная) педиатрия понимается первичная медицинская помощь детям. В известной мере, когда речь идет о преподавании, этот термин адекватен нашему термину «поликлиническая педиатрия».
  • [3] Выделенный контингент врачей я бы предложил по западному образцу называть социальными педиатрами.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >