СТРАНЫ ВОСТОЧНОЙ АЗИИ: ПРОБЛЕМЫ РАЗВИТИЯ

Китай: Возникающая держава, великая держава или возникающая великая держава?

Аналитики характеризуют Китай по-разному: «поднимающаяся великая держава», «доминирующая региональная держава», «проснувшийся великан» и т.д. Автор (Университет штата Алабамы, США) пытается выяснить, насколько применимы к современному Китаю все эти определения.

Сила державы заключается в способностях и ресурсах государства, умении правительства раскрыть эти способности и успешном процессе их раскрытия. По многим показателям Китай -действительно великая держава. С 1964 г. он является ядерной державой, с 1971 г. - постоянным членом Совета Безопасности ООН, в 2007 г. провел успешные испытания антиспутникового оружия. Китай - одна из трех стран, запустивших астронавтов в космос. Китайская армия занимает первое место в мире по численности и шестое - по расходам (в 2007 г. они составили 42-45 млрд, долл.; американские военные расходы - 1,2 трлн, долл.) (с. 58). Китайский ВВП, по разным оценкам, - второй, третий или четвертый в мире; по всем прогнозам через 10-15 лет он точно будет вторым. По стоимости экспорта Китай занимает третье место в мире после США и Германии (989 млрд. долл, в 2005 г.), а его резервы в иностранной валюте в начале 2007 г. достигли 1,2 трлн. долл.

(с. 58). В торговле с США Китай имеет существенный положительный баланс. Кроме того, он является сейчас крупнейшим в мире получателем иностранных инвестиций (60 млрд. долл, в 2005 г.) (с. 58).

Вместе с тем у мощи Китая есть пределы. Имея ВВП на душу населения немногим более 1 тыс. долл., по этому показателю он не входит даже в первую сотню стран. Несмотря на финансовую активность в странах Юго-Восточной Азии и Африки Китай сам остается получателем иностранной помощи. Его промышленность во многом зависит от инвесторов и ввоза ресурсов и средств производства из-за рубежа. Основная часть экспортных товаров Китая производится под иностранными торговыми марками, причем более половины - иностранными компаниями. Китай весьма уязвим в энергетической сфере, так как своих источников энергии ему не хватает. По данным министерства электроэнергетики 15-20% потребностей Китая в энергии удовлетворить невозможно, а 100 млн. китайцев не имеют электричества. По оценке энергетического департамента США на Китай приходится 38% мирового роста спроса на нефть (с. 59-60). К этому добавляются острые проблемы охраны природной среды.

Другая сфера, где Китай можно считать возникающей, но еще не великой державой, - это лидерство в международных организациях. Госдепартамент США и Евросоюз подчеркивают, что хотели бы видеть роль Китая на международной арене соразмерной его возможностям. Например, в миротворческих операциях Китай участвует только с 1988 г., и это участие остается незначительным. В ВТО страна вступила лишь в 2001 г., а к договорам Всемирной организации интеллектуальной собственности присоединилась только в 2007 г.

Еще одна область, в которой Китаю только предстоит завоевать статус великой державы, - сфера интеллекта и науки. Среди нобелевских лауреатов пока всего четыре китайца. В 2007 г. Китай истратил на научные исследования 30 млрд. долл. - менее 10% от расходов США (с. 61).

«Таким образом, по многим важным показателям Китай является великой державой XXI в. Тем не менее ему мешают бедность (до сих пор 150 млн. граждан живут менее чем на 1 долл, в день, а многие другие миллионы имеют просто низкий доход) и иные препятствия. Это не единственная великая держава в истории, у которой есть заметные слабые места: в Британской империи было немногочисленное население метрополии, в Российской и Османской империях - обширные бедные сегменты населения, а Советский Союз боролся с трудной задачей управления своей сложной промышленной экономикой. Все они были великими державами с серьезными слабыми местами, даже когда их экономическую и военную мощь считали достигшей зенита.

Уникальность Китая порождена не его незавершенностью как великой державы, а его сдержанностью в оказании влияния на международную систему и ее структуру. Великая держава - та, которая ведет себя соответственно» (с. 61-62).

США и ЕС, похоже, признают, что Китай готов претендовать на новый статус в международной системе. Действительно, к концу 1990-х годов в Китае постепенно укоренилась концепция взаимозависимости и взаимных обязательств как необходимых условий развития страны. Эта концепция сменила концепцию Дэн Сяопина, который призывал: «Спокойно наблюдайте; укрепляйте наше положение; спокойно справляйтесь с задачами; скрывайте наши способности и выжидайте; старательно поддерживайте невысокий статус и никогда не притязайте на лидерство» (с. 63). Теперь же китайское руководство призывает сограждан строить «гармоничное общество» внутри страны и «гармоничный мир» за рубежом в процессе мирного подъема к могуществу.

Один из показателей того, что Китай ищет возможности лидерства, - его участие в региональных и мировых организациях. До 1994 г. страна воздерживалась от членства в таких организациях, но с тех пор изменила курс. В настоящее время Китай представлен на встречах в верхах АСЕАН + 3 и является членом регионального форума АСЕАН, Шанхайской организации сотрудничества и Азиатско-Тихоокеанского экономического совета. Помощь Китая странам - жертвам цунами 2004 г. была крупнейшим благотворительным мероприятием в его истории, хотя по размерам уступала помощи более богатых стран. Показательно, что при доставке помощи Китай не использовал личный состав Народно-освободительной армии, чтобы вновь не вызвать у соседей и США чувства «китайской угрозы». Еще один пример международной активности Китая - его ключевая роль в шестисторонних переговорах по проблеме ядерного разоружения Северной Кореи. КНР обладает мощным рычагом воздействия на КНДР, поставляя 90% потребляемой ею нефти (с. 64).

Вместе с тем продолжающееся укрепление вооруженных сил Китая служит источником немалой озабоченности для администрации Буша, ЕС и региональных соседей, таких как Япония. Также внешнеполитический курс Китая иногда идет вразрез с курсом международного сообщества - например, тесные военные и экономические связи с режимом Судана и препятствия, чинимые китайцами силам ООН в Дарфуре. Китай вывозит в Судан оружие, а взамен получает 64% экспорта суданской нефти (с. 66).

По мнению многих наблюдателей в самом Китае и за рубежом, водоразделом в его истории, событием, знаменующим его выход в мировые лидеры, станут Олимпийские игры 2008 г. В реальности Китай уже - держава с неограниченными глобальными интересами, но Олимпиада 2008 г. ознаменует приход его зрелости так же, как Олимпиада 1968 г. - приход зрелости Германии. Однако Китай видит себя не просто участником международной системы, но и ее реформатором.

Один из важных показателей влияния какой-либо страны в мире - «мягкая сила» (soft power). Это субъективное понятие, включающее уважение и доверие к той или иной нации, ее культурное влияние и силу убеждения перед лицом международного сообщества. По оценке Корпорации Рэнд «мягкая сила» США в последнее время уменьшилась (из-за войны в Ираке, скандала с тюрьмой Абу-Грейб и предполагаемых злоупотреблений на базе Гуантанамо). Согласно тем же опросам «мягкая сила» ЕС увеличилась. Китай понимает, что должен накапливать «капитал» «мягкой силы». После 1949 г. образу Китая за рубежом навредили политика «большого скачка», голод, затем «культурная революция». Благодаря политике «открытых дверей» Китай накопил «мягкую силу» с помощью своих успехов в борьбе с бедностью, но новый ущерб его образу нанесли события на площади Тяньаньмынь 1989 г., широкое применение смертной казни и негативные отзывы международных организаций по правам человека. Однако шаги навстречу АСЕАН, помощь странам, пострадавшим от цунами 2004 г., помощь странам Азии и Африки опять привели к росту «мягкой силы» Китая. Согласно Проекту изучения взглядов в мире Исследовательского центра Пью к Китаю положительно относятся 28% населения Японии, 47 - Индии, 69 - Пакистана, 58 - Франции, 65% - Великобритании. По опросам Би-Би-Си в 2006 г. особенно хорошо к Китаю относятся в Африке и ряде мусульманских стран (Сенегал - 73%, Нигерия - 68, Иран - 66, Афганистан - 58, Индонезия - 60%).

В США мнения расходятся и по ряду вопросов отрицательны. В последние годы влияние Китая в мире негативно оценивали 26-53% американцев. На такую оценку может влиять чувство соперничества держав (с. 69-70).

После «холодной войны» и И сентября 2001 г. распределение силы в мире меняется, причем не исключительно в пользу Китая. Наряду с ним существует ряд стран, переживающих экономический подъем. Эти возникающие державы вместе с Китаем группируют в понятие БРИК - Бразилия, Россия, Индия, Китай. Каждая из этих стран обладает достаточно крупной площадью, многочисленным населением, большими запасами ресурсов, развитой промышленностью и военным потенциалом, чтобы быть мировыми державами по крайней мере второго порядка. По оценке аналитического сайта мировой экономики Goldman Sachs менее чем за 40 лет экономики стран БРИК могут обогнать по размерам экономики G-6 (США, Япония, Германия, Франция, Великобритания, Италия). Правда, страны БРИК не образуют блока и не имеют никакого механизма сотрудничества (основной интерес к ним как к группе исходит от инвестиционных фирм фондового рынка).

«Размышляя о будущем Китая как мирового лидера, важно помнить, что некоторые другие ключевые экономики - Бразилия, Россия и Индия - обладают потенциалом создать вместе с Китаем совершенно новую конфигурацию мировой силы. Даже если в 2050 г., как предсказывают некоторые, КНР обгонит США в качестве крупнейшей экономики мира, это не будет мир с полюсом в Китае. К тому же страны Европы и Северной Америки - члены ОЭСР - плюс Япония, Австралия и Новая Зеландия в кратко-, средне- и даже долгосрочной перспективе будут по-прежнему иметь более высокий уровень дохода на душу населения, чем Китай» (с. 71-72).

Из подъема Китая к великодержавному потенциалу и все большего осуществления им великодержавного лидерства другие возникающие державы могут извлечь для себя ряд уроков. Во-первых, Китай сосредоточился на внутреннем развитии. Во-вторых, он признает, что для его развития необходима мирная, стабильная и открытая международная система. В-третьих, Китай не боялся изменить курс; он отошел от попыток экспорта революции и вмешательства во внутренние дела государств Юго-Восточной Азии, строит прагматические экономические отношения со странами АСЕАН, Японией и Южной Кореей. Другой при мер способности Китая модифицировать курс - смягчение давней враждебности к Индии.

«Возможно, самый важный урок, какой могут извлечь другие возникающие державы из курса Китая, - это его упор на “регионализм плюс многосторонность”. Возникающие державы по определению не способны проецировать силу далеко за свои пределы или осуществлять одностороннее влияние на мир. Строительство регионального сотрудничества и формулирование единой позиции стран региона - это способы увеличить влияние возникающей державы на складывание международной системы, а в нынешней ситуации и ее влияние на гегемона этой системы» (с. 72-73).

По сути КНР с помощью рыночных реформ осуществила тот самый «Большой скачок», который тщетно проектировали ее коммунистические лидеры в 1960-е годы. Китай - великая держава, но только возникающая как мировой лидер.

К.А. Фурсов

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >