ВОСТОЧНАЯ / ЮЖНАЯ АЗИЯ И МИР

Мягкая сила Китая

Авторы (Сеульский национальный университет, Республика Корея) отмечают, что влияние Китая в Азии заметно возросло в последнее десятилетие. Некоторые исследователи указывают, что помимо роста экономической и военной мощи расширению влияния Китая в регионе в первую очередь способствовало увеличение его «мягкой силы» (МС). «Рекламируя китайские ценности и знакомя со своей культурой, Китай поднялся как потенциальный конкурент Соединенных Штатов в Азиатском регионе» (с. 453). Инструментами такой политики служат, в частности, 24-часовые передачи телевидения и радио КНР, вещающих на Юго-Восточную Азию, увеличение помощи азиатским странам, привлечение иностранных студентов и поощрение изучения китайского языка, активное участие в региональных межгосударственных организациях, например в Ассоциации стран Юго-Восточной Азии (АСЕАН).

Образ Китая в мире становится все более привлекательным. По данным обследования Исследовательского центра Пью, опубликованным в июне 2005 г., большинство жителей обследованных стран (Турция, Пакистан, Индонезия, Ливан, Иордания и Индия) считают положительным явлением подъем Китая и верят, что его экономический рост принесет пользу их странам. Аналогичные результаты получены Всемирной службой Бибиси, проводившей опросы в 22 странах в ноябре 2004 г. - январе 2005 г. Доля азиатских респондентов, которые считают влияние Китая в мире «преимущественно позитивным», составила 74% в Ливане, 70 - на Филиппинах, 68 - в Индонезии, 66 - в Индии и 49% - в Южной Корее (с. 454).

Улучшению образа Китая и росту его влияния в Азии способствовали несколько факторов, важнейшим из которых стал его быстрый экономический рост. Менее очевидно, но столь же велико значение его региональной политики. С середины 1990-х годов КНР стала рассматривать Азию как ключевой стратегический регион. В дипломатическом языке Пекина вошли в обиход такие понятия, как «ответственная держава», «новая концепция безопасности», «мирный рост и развитие» и «гармоничный мир». «Это смягчило озабоченность соседних стран и обеспечило подъем Китая в качестве региональной державы» (с. 454).

Среди китайских ученых нет единодушия в толковании понятия МС. За основу берется определение, данное Дж. Наем (Гарвардский университет)[1], который впервые ввел этот термин. Согласно Наю, сила, которую употребляет государство, может быть двух типов: твердая, которую составляют главным образом военная и экономическая мощь, и мягкая, которая выражается в «способности получить то, чего вы хотите, благодаря своей привлекательности, а не путем принуждения или за деньги» (с. 455). МС питается главным образом из трех источников - культуры, политических ценностей и идей и внешней политики. Ее роль особенно возросла благодаря революции в области информационных технологий и глобализации экономики. Однако во многих случаях твердая сила и МС настолько тесно связаны между собой, что бывает очень трудно их разграничивать в конкретной политике.

Для правящих кругов некоторых развивающихся стран в Азии, Латинской Америке и Африке китайский опыт служит вдохновляющим примером того, что можно сохранять авторитарный режим и при этом добиваться высоких темпов экономического роста.

Китайские руководители и СМИ широко пропагандируют идею «мирного подъема», которая подразумевает изменение внешней политики страны в трех направлениях: переключение с американоцентричной дипломатии на соседоцентричную; переход от усилий, направленных на получение доступа в международное сообщество, - к борьбе за мировое лидерство и надлежащую ответст

венность; переход от дипломатической стратегии, фокусируемой на экономическом развитии Китая, к стратегии, направленной на всестороннее усиление государственной власти. «Другими словами, теория мирного подъема провозглашает, что китайская глобальная стратегия сменила внутреннюю ориентацию на внешнюю»; она означает проведение такой внешней политики, которая «облегчила бы становление Китая как мировой державы» (с. 467-468). Ее успех будет означать ослабление роли в мировой политике таких сверхдержав, как США и Япония.

«Крупнейшим активом» МС Китая является историческое наследие китайской цивилизации. Пропаганда традиционных китайских ценностей, преподносимых как общеазиатские ценности, находит отклик прежде всего в конфуцианских странах Восточной Азии. Обращение властей к КНР к конфуцианству, начатое во времена Цзян Цзэминя, было призвано утвердить эту идеологию взамен социалистических идей, насаждавшихся в маоистском Китае.

Конфуцианство нашло четкое выражение в китайской дипломатии, которая стала систематически провозглашать такие принципы, как «живи мирно с соседями, даруй им благоденствие и обеспечь их безопасность», «обеспечение гармоничного мира». «Это явно отличается не только от марксизма-ленинизма, но и от принципов реализма и либерализма в международной политике» (с.).

В заключение авторы отмечают, что на пути китайской МС во внешних сношениях имеется немало препятствий. Среди них -авторитарная политическая система, основанная на диктатуре Компартии, широко распространенная политическая коррупция, сохраняющийся в мире страх перед «китайской угрозой» и растущий национализм, утверждающий исключительность китайской нации. Тем не менее МС Китая в его отношениях с другими странами становится все более заметной, и это следует учитывать при анализе внешней политики Китая, не ограничиваясь только лишь учетом роста его военной и экономической мощи.

Л. Ф. Блохин

  • [1] Nye J. S. Soft power: The means to success in world polit ics // Public affairs. - N. Y., 2004. - Описание по реф. источнику.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >