Великой Отечественной войны как источник представлений о «настоящей мужественности» на советском экране

Научный руководитель — Ростоцкая Марианна Альбертовна, зав. кафедрой эстетики, истории и теории культуры, кандидат искусствоведения, доцент.

Аннотация: Категории героизма и военного подвига оставались актуальными на протяжении всей истории советского кино, не исключая ни период «оттепели», сравнительно обновившей представления о героическом прошлом, ни брежневский период — смесь разочарования в современном человеке с ностальгией по военной героике. Война продолжала трактоваться как основная проверка на мужественность советского мужчины, но представления о том, в чем именно эта мужественность заключается, менялись от эпохи к эпохе.

Ключевые слова: Великая Отечественная война, гендер, советское кино.

Категории героизма и военного подвига оставались актуальными на протяжении всей истории советского кино, не исключая периода «оттепели», сравнительно обновившей представления о героическом прошлом, ни брежневский период — смесь разочарования в современном человеке с ностальгией по военной героике. Война продолжала трактоваться как основная проверка на мужественность советского мужчины, но представления о том, в чем именно эта мужественность заключается, менялись от эпохи к эпохе.

С началом войны ключевой задачей советского кино становится вдохновить на победу — создать героические образцы для подражания, которые помогут противостоять врагу. Персонажи в фильмах военного периода просты и однозначны; настоящая мужественность всегда связана с подвигами, защитой Родины, любимых женщин, стариков и детей.

После войны начинается формирование мифа о священной войне, главными действующими лицами которого становятся народ-победитель и главный командующий Сталин. В дни Холодной войны задача этих фильмов — подчеркнуть роль Советского Союза как единственного победителя фашистской Германии, а значение самой победы — как достижение государственного механизма СССР. Единственным героем, воплощающим абсолютную мужественность — соединение силы, власти, воли, интеллекта — на экране оказывается Сталин. В остальных мужских персонажах, несмотря на то, что они совершают военные подвиги, подчеркивается инфантильное начало, робость, послушность или даже физическая неполноценность, полученная из-за военных травм («Повесть о настоящем человеке», «Падение Берлина»). Это собирательные образы «лучших советских людей», лишенные индивидуализированных черт.

С «оттепелью» в кино приходит поколение фронтовиков, которое приносит «правду жизни» в изображение войны на экране, а XX съезд смещает фокус внимания с внешнего врага на внутренние проблемы страны. Военное кино показывает внутренние конфликты персонажей. Они по-прежнему стойкие, по-настоящему мужественные люди, но из героев превращаются в жертв: акцентируется покалеченная страданиями психика, боль души, которую война лишила любви и тепла. Персонажи «Судьбы человека», «Чистого неба», «Мира входящему» — это мужчины, которые вызывают восхищение, но которых по-человечески жалко.

Основной заботой брежневского периода становится борьба с «дегероизацией»: возрождаются эпический градус продукции и образы героических воинов на экранах («Освобождение», «Офицеры»). Кино устремлено из сегодняшнего дня в прошлое в поисках образца.

С другой стороны, «неофициальная культура» подхватывает тему мужчины-жертвы. Фильмы «Проверка на дорогах», «Восхождение», «20 дней без войны» концентрируются на «изнанке» патриотического героизма: человеческой боли и метаниях духа. Главным персонажем становится мужчина, сама природа которого противоречит войне (подчеркивается его немонументальная внешность, человечность характера), и при этом он вынужден воевать. Мужское в этих фильмах означает прежде всего не умение стрелять, а внутреннюю силу, волю, способность сопротивляться насилию и сохранять в нечеловеческих условиях собственные идеалы и веру. Такие фильмы противоречат идеологии, формирующей мужчину-героя, имеют проблемы с прокатом или кладутся на полку.

Осознание масштаба испытания, через которое проходит человек, приводит к тому, что война воспринимается как ад: в центре фильма «Иди и смотри» уже не «герой с большой буквы» и не взрослый мужчина, а подросток, который с наивной восторженностью уходит в партизаны и всего за несколько дней превращается в старика с печатью смерти на лице.

С середины 1980-х тема Великой Отечественной войны практически исчезает из отечественного кино: в период лихолетья перестройки и 1990-х ее заменяет рассказ о других войнах, Афганской и Чеченской.

Интерес возвращается в начале 2000-х вместе с экономической и политической стабилизацией и формированием новой российской идентичности — синтезом имперской и советской. Возобновляется государственный заказ на изображение положительных героев на экране, но современный рассказ о войне демонстрирует неспособность создать нечто новое: это превращение живого материала прошлых лет в штампы и стереотипы.

Свердлова М.-А.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >