Использование специальных знаний при осуществлении прокурорского надзора

В специальной литературе, посвященной как общим проблемам процесса доказывания, так и частным криминалистическим методикам расследования отдельных видов преступлений, особое место занимают вопросы использования специальных знаний.

Специалисты отмечают, что: «эффективность деятельности следователя и прокурора во многом зависит от возможностей применения специальных знаний, как собственных, так и знаний специалистов или экспертов, которые следователь использует при непосредственном расследовании преступлений и при формировании обвинительного заключения, а прокурор — при осуществлении надзора за процессуальной деятельностью предварительного следствия и дознания, при анализе приостановленных производством уголовных дел, а также при утверждении обвинительного заключения и при поддержании государственного обвинения»[1].

Отдельным дискуссионным вопросом остается проблема применения следователем или прокурором собственных криминалистических и других специальных знаний.

С одной стороны, уголовно-процессуальный кодекс не предусматривает порядка и способа применения специальных знаний следователем или прокурором. Например, следователь может обладать широкими знаниями в области налогообложения, бухгалтерского учета и так далее, но при расследовании экономических преступлений он все равно вынужден назначать судебно-бухгалтерскую экспертизу или ревизионные проверки. Любые расчеты следователя, какими бы они верными ни были, не могут быть приобщены к материалам дела в качестве доказательств, так как такой вида доказательства просто не существует.

С другой стороны, собственные специальные знания помогают в выдвижении и проверке криминалистических версий, в решении вопросов о целесообразности проведения экспертизы и постановке эксперту точных и грамотных вопросов, также позволяют объективно оценить полученные результаты исследований и применения технических средств и методов. С точки зрения психологии результативное применение профессиональных навыков, в том числе специальных знаний, формирует убежденность в правильности своих решений, придают уверенность в своих действиях.

Поэтому, безусловно, следователь обязан обладать специальными знаниями не столько для их использования непосредственно при проведении следственных действий или прокурор — при поддержании государственного обвинения, сколько для компетентной постановки задач и вопросов специалистам, а также оценки их действий и выводов.

Например, даже самые глубокие знания в области судебной медицины не позволяют следователю самому проводить освидетельствование или судебно-медицинскую экспертизу, однако позволяют правильно поставить задачу специалисту, который

проводит данное освидетельствование, или сформулировать вопросы в постановлении о назначении экспертизы и т. д. Знания в области криминальной психологии могут помочь правильно оценить мотивы и цели действий преступника. Обладая знаниями в области искусства, следователю проще найти специалиста или назначить искусствоведческую экспертизу по делам о хищении антиквариата. Таким образом, специальные знания при невозможности их непосредственного использования в качестве доказательств, помогают выдвинуть и проверить версии, изучить личность лиц, участвующих в деле и т. д.

Выяснение вопросов использования специальных знаний, назначения и производства судебных экспертиз, а также использования их результатов непременно должно находиться в поле зрения прокурора, изучающего материалы уголовных дел.

Применение возможностей современных криминалистических исследований и других специальных знаний (форензика[2], бухгалтерский учет и аудит и др.) всегда должно быть ориентировано на установление истины по делу, а также способствовать достижению задач уголовного судопроизводства: защиты прав и законных интересов потерпевшего и одновременно защиты личности от незаконного и необоснованного уголовного преследования. Таким образом, одной из задач прокурора, осуществляющего надзор за предварительным расследованием, применительно к специальным знаниям, является контроль за своевременным назначением экспертиз (или постановкой соответствующих вопросов), не только изобличающих преступника, но и исключающих необоснованное привлечение в качестве обвиняемого.

Расследование тяжких и особо тяжких преступлений, таких как убийства, различные сексуальные преступления, разбойные нападения и др., чаще всего после выполнения первоначальных следственных действий приостанавливается в связи с неустановлением лиц, подлежащих привлечению в качестве обвиняемых. На данном этапе надзорные функции прокурора сводятся в основном к проверке законности и обоснованности вынесения следователем соответствующего постановления. При реализации данных полномочий (проверке приостановленных уголовных дел) применительно к специальным знаниям, прокурор должен проверять:

«факт и результаты привлечения специалистов с целью их участия в анализе материалов расследования с целью разработки наиболее вероятных социальнопсихологических характеристик подлежащих установлению лиц (розыскных профилей), выдвижения и проверки соответствующих розыскных версий;

использование помощи специалистов в обнаружении, изъятии следов, предметов и других объектов и определении направлений их исследования с целью получения ориентирующей информации, которая может быть использована в установлении конкретных виновных в преступлениях лиц;

привлечение специалистов в качестве консультантов для получения информации овозможностяхгосударственныхсудебно-экспертных,атакженаучно-исследовательских и других учреждений с целью обеспечения максимально полного исследования объектов, изъятых в связи с расследованием;

привлечение специалистов к оценке полученных заключений экспертов с точки зрения их полноты и достоверности, научной обоснованности примененных методик исследования;

привлечение специалистов к оценке психологических качеств подозреваемых, обвиняемых с целью разработки оптимальной тактики их допросов;

привлечение специалистов к участию в допросах несовершеннолетних и малолетних потерпевших, свидетелей с целью установления с ними должного психологического

контакта, преодоления их посткриминального стрессового состояния и ооеспечения получения от них полных и достоверных показаний, а также в иных ситуациях, требующих использования помощи специалистов того или иного направления практической деятельности или научного знания» [3].

Уголовно-процессуальный закон не содержит обязательного требования об объемах (количестве) и видах проводимых экспертиз, то есть решение о привлечении специалистов остается на усмотрение следователя. Однако прокурор, изучая приостановленное уголовное дело, обязан выяснить активность, уровень и результаты привлечения специалистов к разрешению перечисленных и других вопросов. Если будут установлены факты недостаточного их использования, целесообразно рассмотреть вопрос о необходимости и перспективах их дополнительного участия, о чем прокурор вправе дать соответствующие указания и отметить постановление о приостановлении производства.

Например, это относится к ситуациям, когда следователь, несмотря на достаточно информативные показания потерпевших и свидетелей, не использовал возможность составления на основании их показаний розыскного портрета (по методу «фоторобота») и т. д.

Используя собственные знания, следователь и прокурор должны подвергать всестороннему исследованию заключения экспертов и специалистов, соотнося их выводы как с фактическими материалами дела, так и с описанной в заключении процедурой исследования. Однако, как это часто бывает на практике, указанные лица пренебрегают данными обстоятельствами и, не вникая в суть экспертного исследования, сразу основываются на выводах эксперта, при этом забывают, что существует вероятность экспертной ошибки.

Экспертная ошибка — это не соответствующее объективной действительности суждение эксперта или его действия, не приводящие к цели экспертного исследования, являющиеся результатом добросовестного заблуждения.

Существуют разные предложения по классификации экспертных ошибок, природе их происхождения, методические рекомендации, следование которым сводит риск экспертных ошибок к минимуму, однако полностью исключить данный факт невозможно.

Прокурорам весьма необходимо знать такие ошибки и уметь своевременно их выявлять. Это может быть сделано как самостоятельно, так и с помощью специалиста, что исключит осложнения при дальнейшем производстве по делу.

При выявлении недостаточного объема проведенных экспертиз, экспертных ошибок, нарушения уголовно-процессуального закона при назначении экспертизы и других недостатков при назначении и производстве судебных экспертиз прокурор как гарант соблюдения законности в уголовном судопроизводстве должен обязать его принять меры к восполнению неполноты расследования путем назначения дополнительных или повторных судебных экспертиз.

Дубинин Л. Г.,

кандидат юридических наук, старший преподаватель

кафедры криминалистики

Московского университета МВД России имени В. Я. Кикотя

  • [1] 65 Исаенко В. Н., Кустов А. М., Шарихин А. Е. Процессуальные и криминалистические аспекты оценки прокурором законности и обоснованности приостановления предварительного расследования : пособие / Акад. Ген. прокуратуры Рос. Федерации. М.. 2013.
  • [2] См. Федотов Н. Н. Форензика — компьютерная криминалистика. М. : Юридический Мир, 2007. 2 См. Судебно-бухгалтерская экспертиза : учеб, пособие для студентов вузов / [Е. Р. Российская и др.] ; под ред. Е. Р. Российской. Н. Д. Эриашвили. М. : ЮНИТИ-ДАНА, 2007.
  • [3] Исаенко В. Н., Кустов А. М., Шарихин А. Е. Указ. соч. 2 За исключением требований ст. 196 УПКФ, в которой содержится перечень вопросов разрешение которых предусматривает обязательное назначение экспертиз. 3 См.: Белкин Р. С. Криминалистическая энциклопедия. М. : БЕК. 1997. С. 157.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >