Гарантии прав потерпевшего в уголовном процессе

Конституционное закрепление охраны прав потерпевшего от преступлений, равно как признание права потерпевшего на доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52 Конституции) в уголовно-процессуальных нормах российского законодательства, находит свое отражение в качестве принципа уголовного судопроизводства, имеющего своим назначением защиту прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений.

Как отмечает Конституционный Суд РФ, интересы потерпевшего в уголовном судопроизводстве не могут быть сведены исключительно к возмещению причиненного ему вреда, они в значительной степени связаны также с разрешением вопросов о доказанности обвинения, его объеме, применении уголовного закона и назначении наказания, тем более что во многих случаях от решения по этим вопросам зависят реальность и конкретные размеры возмещения вреда[1]. Проанализируем возможность реализации гарантий прав потерпевшего, которые, с нашей точки зрения, следует признать не совсем удачными и требующими дальнейшей доработки. Так, положение ч. 1 ст. 42 УПК регламентирует срок, в течение которого пострадавшее от преступления лицо должно быть признано потерпевшим. Необходимо отметить: ученые-процессуалисты длительное время настаивали на том, что в УПК РФ необходима строгая регламентация процессуального срока, в течение которого лицо должно быть признано потерпевшим. Законодатель поддержал позицию Уполномоченного по правам человека РФ В. П. Лукина, который еще в 2008 г. в специальном докладе «Проблемы защиты прав потерпевшего от преступления» относительно вопроса об отсутствии в УПК РФ указания на срок, в течение которого лицо признается потерпевшим, сказал: «для устранения отмеченного процессуального дефекта следовало бы проработать вопрос о дополнении статьи 146 УПК РФ положением о том, что пострадавшее от преступления лицо признается потерпевшим одновременно с вынесением постановления о возбуждении уголовного дела». Такого

же мнения придерживаются С. Л. Кисленко, И. М. Ибрагимов, В. М. Быков и др.[2] Процессуальное положение потерпевшего связано с таким следственным действием, как назначение и производство судебной экспертизы. С постановлением о назначении судебной экспертизы, а также с заключением эксперта следователь обязан знакомить не только подозреваемого, обвиняемого и его защитника, но и потерпевшего и его представителя Согласно положениям в УПК потерпевший при назначении и производстве судебной экспертизы наделен теми же правами, что и подозреваемый, обвиняемый (перечислены в ст. 198 УПК). Ученые-процессуалисты также довольно длительное время настаивали на том, что потерпевший и обвиняемый должны быть максимально уравнены в правах при назначении и производстве судебной экспертизы. Решение законодателя в некоторой мере уравнять права потерпевшего с правами подозреваемого, обвиняемого обоснованно, так как это способствует своевременному исследованию максимального количества обстоятельств расследуемого уголовного дела. Следует отметить, что еще ни разу в отечественном уголовно-процессуальном законодательстве не было закреплено право потерпевшего быть уведомленным по вопросам исполнения приговора. Зачастую лица, пострадавшие от преступления, не были в курсе такого важного вопроса, как нахождение осужденного в местах лишения свободы. Потерпевший не знал об освобождении своего обидчика после исполнения наказания, а ведь это немаловажный вопрос, так как нередко пострадавшим следует принимать дополнительные меры защиты. Пунктом 21.1 ч. 2 ст. 42 УПК введено данное право потерпевшего. Следует скорректировать и конкретизировать в отношении потерпевшего еще один конституционный принцип, который должен предусматривать обязательное возмещение государством причиненного потерпевшему вреда. Важно также отметить, что в российском конституционном и уголовно-процессуальном законодательстве отсутствует понятие «реабилитация» применительно к потерпевшему, что является, на наш взгляд, серьезным нарушением его прав. Указанное обстоятельство позволяет выделить два аспекта данной проблемы. Один из них носит общесоциальный характер, поскольку многие потерпевшие от насильственных преступлений на стадии уголовного судопроизводства зачастую остро нуждаются в оказании им эффективной неотложной и длительной психологической, медицинской и иной помощи, а также в других видах социальной реабилитации. Другой аспект реабилитации обусловлен чисто процессуальными нарушениями, ошибками, просчетами предварительного расследования и судебного разбирательства, в результате чего потерпевшему причиняется существенный вред. Об этом, в частности, свидетельствуют конкретные юридические факты, которые могут являться объективными основаниями для признания права потерпевшего на реабилитацию. Таким образом, современное уголовно-процессуальное законодательство при регламентации участия потерпевшего в уголовном судопроизводстве должно ориентироваться на создание реальных возможностей для отстаивания данным субъектом своей позиции по делу в условиях содействия со стороны правоохранительных органов и наличия реальных гарантий обеспечения его безопасности как участника стороны обвинения. В свете вышесказанного, с целью повышения гарантий прав потерпевшего в уголовном процессе считаем целесообразным внести следующие изменения в УК и УПК:

1) дополнить ст. 61 УК, предусматривающую перечень обстоятельств, смягчающих наказание, абзацем следующего содержания: «обоснованное требование потерпевшего о смягчении наказания»;

  • 2) дополнить содержание ч. 9 ст. 172 УПК указанием на обязанность направления копии постановления о привлечении в качестве обвиняемого потерпевшему (если последний уже участвует в уголовном судопроизводстве);
  • 3) следуя принципу состязательности, потерпевшего необходимо уведомлять также о других процессуальных решениях, принимаемых органами уголовного преследования и затрагивающих его интересы. Это может касаться случаев, когда в ходе предварительного расследования появятся основания для изменения обвинения или предъявленное обвинение в какой-либо части не найдет подтверждения (особенно в той части, которая касается данного потерпевшего), в случае отмены или изменения меры пресечения, избранной в отношении обвиняемого, и др.;
  • 4) дополнить ст. 307, 308 и 310 УК примечаниями о том, что заведомо ложные показания, отказ от показаний либо разглашение данных предварительного следствия потерпевшим в тех случаях, если эти деяния направлены исключительно против его собственных интересов, уголовной ответственности не влекут;
  • 5) в уголовно-процессуальном законодательстве должно найти положение, закрепляющее правомерность отказа потерпевшего от дачи показаний в уголовном судопроизводстве до принятия (или мотивированного отказа в принятии) соответствующих мер безопасности. Такая норма должна быть отражена в ч. 3 ст. 11 УПК;
  • 6) внести дополнения в ч. 2 ст. 281 УПК, расширяющие возможности права потерпевшего на безопасность в уголовном судопроизводстве, следующего содержания: «5) при необходимости обеспечения безопасности потерпевшего или свидетеля, их близких родственников, родственников и близких лиц»;
  • 7) внести изменения в абз. второй ст. 42 УПК в части указания на срок вынесения постановления о признании лица потерпевшим. Считаем целесообразным закрепить данный срок как «не позднее трех суток после возбуждения уголовного дела и немедленного допроса потерпевшего».

Таким образом, современное уголовно-процессуальное законодательство при регламентации участия потерпевшего в уголовном судопроизводстве должно ориентироваться на создание реальных возможностей для отстаивания данным субъектом своей позиции по делу в условиях содействия со стороны правоохранительных органов и наличия реальных гарантий обеспечения его безопасности как участника стороны обвинения.

Чеканова Е. А.,

студентка 3-го курса юридического факультета

ВГУЮ (РПА Минюста России)

Рогачева А. В.,

студентка 3-го курса юридического факультета ВГУЮ (РПА Минюста России)

  • [1] См.: Постановление Конституционного Сула Российской Федерации от 08.12.2003 № 18-П «По делу о проверке конституционности положений статей 125, 219, 227. 229. 236, 237, 239. 246, 254, 271, 378, 405 и 408, а также глав 35 и 39 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с запросами судов общей юрисдикции и жалобами граждан» // СЗ РФ. 2003. № 51. Ст. 5026. 2 См., например: Семенцов В. А. Об основаниях признания лица потерпевшим и эффективности мер по возмещению вреда от преступления // Вестник ОГУ. 2012. N» 3 (139). С. 172-177; Мельников В. Ю. Потерпевший в уголовном процессе России И Черные дыры в Российском законодательстве. 2011. № 1. С. 87-98; Величко И. В. Понятие потерпевшего и его процессуально-правовой статус по действующему уголовно-процессуальному законодательству Российской Федерации И Общество и право. 2011. № 4. С. 232-237. 3 224 Доклад Уполномоченного по правам человека в РФ от 27.05.2008 г. «Проблемы защиты прав потерпевших от преступлений» И Российская газета. 2008. 4 июня.
  • [2] См.: Кисленко С. Л. Правовой статус потерпевшего в отечественном уголовно-процессуальном законодательстве И Налоги. 2010. № 41. С. 26-31: Ибрагимов И. М. Правомерные возможности защиты прав потерпевшего в российском уголовном процессе. М. : Юриспруденция, 2008. С. 45; Быков Б. М. Правовое положение потерпевшего в стадии возбуждения уголовного дела // Законность. 2008. № 12. С.28-32.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >