Вместо заключения

В конце третьей главы мы пообещали сделать выводы, которые следуют из её содержания. Но, по сути, они уже были приведены. Технологии, повторимся, далеко не нейтральны в своём воздействии на тех, кто подвергается их влиянию. Те гаджеты и девайсы, а также методика и логика их использования, которыми сегодня столь насыщен мир - по крайней мере, в богатых и относительно обеспеченных странах - изменяют наши способы обращения с действительностью, тем самым создавая новые её вид и смысл.

В этом нет чего-то плохого или постыдного, потому что так происходило и тогда, когда было изобретено книгопечатание, и при появлении радио и телевидения, и позже, во времена зарождения и дальнейшего развития информационных технологий. Практика определяет то, как мы смотрим на мир и что в итоге видим, шире - ощущаем. Однако при чём тут бремя разума и почему мы можем с полным правом его постулировать?

Автор, как и многие другие гуманитарии, работает в одиночку. Это довольно тяжело и затратно по всем критериям и шкалам вследствие хотя бы того, что всё приходится делать самостоятельно, а, значит, и дольше. С другой стороны, это позволяет отслеживать каждый шаг и потому контролировать и общий ход исследования, и соблюдение его логики. Но при чём здесь это?

Учёные нередко выражают слова благодарности своим коллегам, помощникам, ассистентам, техникам и другим людям, с которыми они тесно сотрудничают. Автору этих строк, увы или к счастью, сказать по этому поводу нечего. Нет, это не означает того, что он не ведёт бесед со своими сослуживцами или не общается с друзьями, хотя вследствие довольно низкого положения никакая поддержка ему не оказывается. Но первое происходит нечасто, а второе попросту отсутствует. Поэтому, по большому счёту, единственным источником постоянного раздражения для него - помимо обычных обывателей - выступают... да-да, студенты.

У Ф. Ницше есть фраза о том, что если долго вглядываться в бездну, но она начинает всматриваться в тебя. Автор столько раз уже это сделал, т.е. сталкивался с катастрофическим невежеством, щедро приправленным разгильдяйством, а порой и откровенным тунеядством, что пропасть поселилась в нём самом, став самым настоящим монстром и чудовищем, которое ненасытно требует новых знаний и понимания мира, при этом никогда не успокаиваясь и лишь увеличивая свои аппетиты.

И эта книга, и другие, наверное, не появились бы, если бы студенты не заставляли думать ещё более напряжённо, ещё слаженней, ещё дерзновенней, ещё шире и глубже. Не знаем, стоит ли за это благодарить - потому что, кто ведает, как бы сложились дела, если бы случились другие вещи - но, как было видно на протяжении всего этого текста, многие примеры были взяты из педагогической практики автора, да и большое число идей уже на самом деле высказывались в аудитории, скорее всего, правда, с незначительным, если вообще заметным, эффектом.

Молодёжь, с которой автор работает, в общем и целом, представляет собой образчик того, что сегодня происходит с их сверстниками, где бы те ни находились и чем бы ни занимались - благодаря, по большей части, глобализационным процессам. Глядя на студентов он и осознал, что с миром что-то стряслось, что головы людей теперь забиты иным содержимым, что, наконец, настала пора всё это осмыслить и по возможности понять. А это, в свою очередь, привело к данной работе.

Действительно ли человек обременён, но не наделён разумом? Верно ли то, что ему в тягость напрягать свои мозги? Каким был бы мир, если бы люди всё-таки и по-настоящему думали? И что бы из всего этого вышло? Как нам представляется, ответы на эти вопросы и составляют это исследование, появившееся благодаря, хотя, наверное, лучше сказать вопреки уважаемым - но это только фигура речи - студентам автора этих строк. Но довольно любезностей. Каков общий вывод?

Каким бы ни было положение вещей до появления новых информационных технологий, их пришествие изменило всё. То, как мы смотрим на мир и что видим в нём, а также значения всему этому приписываемые, трансформировалось до неузнаваемости. Конечно, нас можно обвинить в том, что мы придаём излишний вес и чересчур драматизируем по поводу случившихся преобразований, но как нам кажется, мы делаем это далеко не безосновательно. Поясним почему.

Во-первых, что бы ни говорилось, но Интернет - как олицетворение того, что с нами сегодня происходит - полностью изменил нашу жизнь. Мы совершаем покупки, беседуем, знакомимся, учимся, развлекаемся, заказываем еду, находим информацию и много чего ещё именно на его просторах. Средство, как когда-то сказал М. Маклюэн, это и есть сообщение, и оно теперь совершенно не то, чем и как было прежде.

Как следствие, во-вторых, оказались преобразованы практики, с помощью которых мы взаимодействуем с миром, что неизбежно вылилось в трансформацию нашего опыта и далее, по цепочке, нашего мировоззрения. Студенты таковы, потому что они имели дело и, естественно, продолжают активно контактировать с новыми технологиями, с другими способами обращения с реальностью, и это не могло не проявиться в том, что и как они думают, чувствуют, ведут себя.

Опять же, как вывод из предыдущего пункта, в-третьих, их мотивация и цели, которые перед ними ставятся, совсем не похожи на те же стороны жизни людей, как мы их называем, книжной культуры. Ту же информацию можно получить разными способами - либо прочитав пухлый том, либо осведомившись у сетевой энциклопедии. И на то, и на то требуется привычка.

И ещё одно. Скептики всегда в состоянии спросить себя, а способны ли они отказаться от новых технологий, нет ли в их лексиконе модных словечек и выражений, насколько они вписаны в уже изменённую реальность, не чувствуют ли они себя, в конце концов, униженными и выброшенными за борт за ненадобностью? И если ответы окажутся исключительно положительными, а именно это мы и подозреваем, то это означает, что мир теперь другой, без вариантов, точка.

И, умоляем, не стоит говорить о том, что вас заставляют или принуждают к чему-то. Телевизор не включается произвольно, телефон надо купить, а в Интернет можно и не лезть - библиотеки-то никто не отменял. Всегда остаётся возможность получить желаемое старыми способами. Да и потом, большинство людей просто пользуются тем, что им дают, и не рефлексируют по этому поводу. И вот тут возникает ключевой для нас вопрос - почему?

К сожалению, как мы это сделали в самом начале нашей работы, необходимо признать, что люди не склонны напрягать свои мозги в принципе. Наш разум избыточен даже не потому, что он потребляет огромное количество энергии или его использование даёт низкую, как говорят экономисты, маржу, а из-за того, что тот тип задач, которые он призван решать, на самом деле встречается крайне редко. У человека просто не появляется шанса, чтобы как-то проявить себя на этом поприще - причём и в юности, и потом тоже.

Как следствие, создаётся обратная негативная связь, она же - привычка. Ведь если до сих пор думать не приходилось, то как-то странно и даже несколько несправедливо ожидать от людей, чтобы они-таки начали это делать. И это порождает порочный круг, потому что чем дальше мы по нему уходим, тем меньше надежды на то, что мы всё-таки добьёмся работающих мозгов. Не те стимулы означают не ту реакцию.

В современном мире это правда, как никогда ранее. Создаётся впечатление, что чем более продвинуты и комплексны наши технологии, тем посредственней и серей становимся мы сами, попадая в тень, отбрасываемую нашими же творениями. И да, нам прекрасно известно, что это говорилось и прежде, что, мол, создание уничтожит самого своего создателя.

Но ведь это происходит уже давно. Например, в автомобильных авариях по всему миру каждый год гибнет около миллиона человек. Игро-мания - это диагноз, а не так давно признали, что палка для селфи и излишнее к нему привязанность - это зависимость, как алкоголизм или табакокурение. Дома рушатся, судна тонут, случаются неурожаи и засухи. Т.е., по сути, наши технологии всегда нас уничтожали. И это даже без отсылки к оружию разных мастей.

Сегодня их разрушительная сила возросла, приведя нас к самому дорогому, что мы до сих пор столь ревностно охраняли и высоко ценили, а именно - к нашему разуму. Настал, по-видимому, черёд попрощаться и с ним, что многие, как мы неоднократно тут отмечали, уже с удовольствием и даже с некоторой остервенелостью совершили. Ещё Э. Фромм и X. Арендт говорили о том, как легко человек отказывается от свободы, но это касается не только её, но и вообще всего, что делает нас людьми.

Впрочем, не будем устраивать истерику и биться в агонии. Будущее, всё равно, наступит и окажется таким, каким и должно. Подытоживая же, мы и вправду считаем, что, по крайней мере, сегодня, но вообще в любое время, наш интеллект неоправданно дорого - особенно в свете получаемых выгод - нам обходился и продолжает требовать от нас явно с избытком. Именно потому разум можно назвать бременем, и, как мы надеемся, именно это мы показали.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ