Намерения и дела Анна А. Зализняк, И. Б. Левонтина. Отражение «национального характера» в лексике русского языка

1996. Vol. XX с подзаголовком «Размышления по поводу кни

Пожалуй, только такая знаменитая женщина и блестящий ученый как Анна Вежбицкая могла позволить себе написать научное исследование о русской душе — и сделать это как раз в то время, когда слово «русский» было в наибольшей степени скомпрометировано. И тем не менее, перед нами — исследование о русской душе, тоске и судьбе, выполненное с профессиональным мастерством и этической безупречностью, обезоруживающими даже самого скептического читателя.

Прежде всего, нельзя не отметить контраста между стилистикой утверждений А. Вежбицкой и приводимых ею цитат из западных исследователей «русского характера», старающихся (впрочем, не всегда успешно) выдержать академический тон, приличествующий всякому научному изложению, в том числе описанию обычаев варварских племен. Вежбицкая же пишет, например, так: The Slavophiles not only described the differences between Russia and Western Europe (as they saw them), they also evaluated them. But whether or not one agrees with their evaluation, one must admit, I think, that the linguistic evidence tends to support their perception of the differences in question [Wierzbicka 1992a: 62—63].

Вся буря страстей, высокомерия и ненависти, гордыни и самоуничижения, бушующая вот уже два века, без какого-либо видимого усилия со стороны автора и без малейшего насилия над читателем оказывается вынесенной за скобки. Безусловно, только в таком «позитивистском» ключе и можно производить подобное исследование — проблема только в том, что в рамках этого жанра очень трудно удержаться.

Книга А. Вежбицкой «Semantics, Culture, and Cognition» замечательна, в частности, тем, что она открывает новый поход к старой и давно зашедшей в тупик проблеме. Действительно, сама по себе идея о выражении языком «национального характера» с одной стороны не оригинальна, с другой — просто неверна. За-

дача же отыскания в том или ином языке черт, a priori приписываемых соответствующему «национальному характеру», является устаревшей и, по-видимому, безнадежной.

Оригинальность метода Вежбицкой состоит в том, что она идет в противоположном направлении. Анализируя семантику значимых единиц языка (слов, конструкций, морфем), она обнаруживает скрытые свойства человеческой природы, которые при этом оказываются различными у людей, говорящих на разных языках. Таким образом, национально-специфическое в значении единиц данного языка оказывается материалом, на котором может основываться исследователь «национального характера».

Здесь естественно возникает вопрос о том, как наличие в языке некоторого слова связано с наличием соответствующего культурного концепта. А. Вежбиц-кая говорит по этому поводу следующее. Неверно, что отсутствие в языке некоторого слова означает отсутствие соответствующего концепта. Но наличие некоторого слова безусловно указывает на наличие соответствующего концепта и, более того, на его значимость для данной культуры. Так, в английском языке нет слова, которое соответствовало бы польскому tysknic (‘тосковать’)- Значит ли это, что люди, говорящие по-английски, никогда не испытывали соответствующего чувства? Не обязательно. Отдельные говорящие на английском языке безусловно испытывали. Но англосаксонская культура в целом не сочла это чувство заслуживающим специального имени [Wierzbicka 1992а: 21, 123].

Излишне говорить, что книга изобилует глубокими и остроумными наблюдениями— особенно убедительными, когда речь идет о различиях между близкими по значению словами. В первой главе «Языковые данные для этнопсихологии и этнофилософии» анализируются слова душа и сердце в сопоставлении с англ, soul, mind и hart, нем. Seele, фр. ате и др. и культурологические импликации, которые могут быть сделаны на основании этих различий, а также рассматривается круг понятий, связанных с идеей судьбы (в разных европейских языках). Далее обсуждаются обозначения эмоций (любовь, жалость, гнев, страх, стыд и некоторые другие) и «моральных» категорий (смирение и смелость) в самых разных, в том числе «экзотических», языках. Всего предложено около 90 толкований и еще примерно столько же слов комментируется в более свободной форме. Эта часть книги представляет собой своего рода итог работы А. Вежбицкой над проблематикой «универсальности эмоций» (которой посвящен ряд ее статей, выходивших в течение последнего десятилетия). Две последующих главы (об экспрессивных суффиксах в собственных именах, формах обращения и именах родства) объединены между собой и, одновременно, с первой частью книги тем, что они посвящены способам называния людей, включающим информацию об отношении (эмоциональном, родственном, социальном) к ним субъекта номинации, т. е. рассматривается совокупность формальных средств, при помощи которых приблизительно те же категории, которые обсуждались в начальных главах (т. е. эмоциональные, моральные, социальные и т. д.) выража ются в языке принципиально имплицитным образом. Наконец, в заключительной главе, которая называется «Язык как зеркало культуры и “национального характера”», предметом анализа являются некоторые специфические слова и конструкции русского языка и австралийского варианта английского языка.

Настоящая статья, не являясь в буквальном смысле рецензией на книгу А. Всжбицкой, представляет собой попытку применения некоторых ее идей к другому материалу.

Так, А. Вежбицкая называет несколько фундаментальных свойств, формирующих «семантический универсум» русского языка. Это «эмоциональность», «иррациональность», «неагентивность» и «моральная страстность» [Wierzbicka 1992а: 395]. Свойство «неагентивности» демонстрируется ею на материале некоторых конструкций русского синтаксиса; как пишет А. Вежбицкая, «Russian grammar has a wealth of constructions which present reality as contrary to, or at least independent of, human desires and human will» [1992a: 428]. Однако ощущение неподвластное™ человеку хода событий (the feeling that the human beings are not in control of their lives and their control over events is limited; a tendency to fatalism, resignation, submissiveness) [Wierzbicka 1992a: 395] в не меньшей степени отражено и в русской лексике.

Действительно, русский язык предоставляет говорящему на нем массу возможностей снять с себя ответственность за собственные действия. Мы хотим предложить вниманию читателя несколько групп глаголов, значение которых целиком (или в значительной мере) сводится к идее о том, что событие, которое произошло с человеком, произошло как бы само собой — или по крайней мере «не потому, что он этого хотел», пользуясь выражением Вежбицкой. Синтаксически большинство из них имеет в качестве объекта подчиненный инфинитив (обозначающий обсуждаемое событие) и субъект в косвенном падеже.

Наиболее распространенной является конструкция с дательным падежом субъекта (подробно проанализированная в книге); она обеспечивается серией глаголов: (мне) удалось, привелось, случилось, посчастливилось, повезло.

Близка к дативной конструкция с у + род. п., представленная в глаголах (у меня) получилось, вышло, сложилось.

Имеется, кроме того, редкая, но характерная конструкция с вин. падежом: (меня) угораздило.

Сходную функцию выполняют также некоторые глаголы, имеющие «агентивную» модель управления: (я) собираюсь, постараюсь', (не) успел.

Все эти глаголы могут использоваться как средство снятия с себя ответственности за происходящее: они позволяют не брать на себя лишних обязательств (если речь идет о будущем, ср. употребление постараюсь вместо сделаю) или не признавать своей вины (когда речь идет о прошлом, ср. не успел вместо не сделал).

Интересно, что наряду с этими глаголами в русском языке имеются средства, позволяющие, наоборот, возложить на субъекта ответственность за неконтроли руемую им ситуацию: это глаголы умудриться и ухитриться в их ироническом употреблении (В такую жару умудрился простудиться).

Рассмотрим подробнее перечисленные глаголы.

собираюсь

  • (1) Уже три дня каждый день собираюсь писать вам, думаю же о вас беспрестанно и жалею, что не чую вас душой (Л. Толстой).
  • (2) Пойдем,—жалобно уговаривала она (...) Ведь ты собиралась. — Собиралась, а теперь передумала (А. Рыбаков).
  • (3) Одни собираются уезжать, другие их за это презирают (С. Довлатов).

Глагол собираться является одним из весьма характерных и труднопереводимых слов русского языка [1]. Этот глагол заслуживает подробного рассмотрения — тем более, что интересующее нас значение плохо фиксируется словарями (хотя оно широко представлено уже в языке Пушкина). В современном языке он очень частотен, особенно в разговорной речи.

Наиболее яркая особенность собираться состоит в следующем. Хотя этот глагол указывает прежде всего на определенное ментальное состояние субъекта, в нем достаточно сильна и идея процесса. Это отчасти обусловлено связью с другими значениями собираться, ср.: Распустив волосы, я долго сидела на постели, все собираясь что-то решить, потом закрыла глаза, облокотись на подушку, и внезапно заснула (И. Бунин); ср. также: Хорошо, что ты позвонила, а то я уже целый час лежу и собираюсь встать. Показательно, что в тех контекстах, в которых идея процесса выходит на первый план, слово собираться не может быть заменено на намереваться, намерен и т. п., ср. *Лежу и намереваюсь встать (этот тест на наличие элемента процессное™ в значении стативов предложен в [Апресян 1993]). Процессная составляющая в значении русского собираться обыгрывается в частушке:

Устюшкина мать

Собиралась помирать.

Помереть не померла — Только время провела.

Процесс, подразумеваемый глаголом собираться, отчасти может быть понят как процесс мобилизации внутренних и даже иногда внешних ресурсов (в последнем случае просвечивает другое значение; так, Собираюсь завтракать значит не только, что я решил позавтракать, но и что уже начал накрывать на стол). Однако в гораздо большей степени собираться предполагает сугубо метафизиче

ский процесс, который не имеет никаких осязаемых проявлений. Идея такого процесса составляет специфику русского собираться и отличает его как от близких слов русского языка (намереваться, намерен), так и от его эквивалентов в европейских языках (которые соотносятся скорее с намереваться, чем с собираться), ср. англ, to intend (а также to be going to), фр. avoir I'intention, итал. avere intenzione, нем. beabsichtigen, die Absicht haben, vorhaben.

Переживание намерения как процесс, отраженное в русском собираться, вполне согласуется с расхожим представлением о национальном характере, состоящем в том, что русские «долго запрягают».

Процесс «собирания» при этом сам по себе осмысляется как своего рода деятельность — что дает возможность человеку, который вообще говоря ничего не делает, представить свое времяпрепровождение как деятельность, требующую затраты усилий. Ср.:

  • Что ты сегодня делал?
  • —Да вот все утро собирался сесть работать, а потом гости пришли.

Характерно, что форма сов. вида собраться часто используется фактически в значении ‘сделать’ —т. е. «собирание» рассматривается как наиболее важный этап действия, который может представлять действие в целом. Ср. следующий пример (а также ниже пример (5) из Ю. Трифонова в разделе «Постараюсь»):

(4) Твое намерение съездить к Плетневу похвально, да соберешься ли ты? (Пушкин. Письма).

Особенно характерно для глагола собираться употребление типа Собираюсь, да все никак не соберусь (ср. примеры (1), (4)) статье [Зализняк А. 1990: 113] фраза Все никак не соберусь (никак не соберусь, все не соберусь) сделать то-то и то-то (позвонить, ответить на письмо, сходить куда-либо и т. п.) характеризуется как одна из самых частых фраз разговорной русской речи. Представленное же здесь специфическое значение формы сов. вида, которое называется в статье «презенс напрасного ожидания», реализуется в данном случае в виде «говорящий как бы ожидает от самого себя некоего решительного поступка».

Столь важное место, которое глагол собираться занимает в русском языке, связано с еще одной особенностью русской ментальности, заключенной в известной формуле «человек предполагает, а Бог располагает». Мы часто предпочитаем говорить собираюсь там, где носитель западноевропейского языкового сознания употребил бы более определенное сделаю. Иллюстрацией этому может служить следующая история.

Как-то раз один французский профессор, находясь в Москве, сказал своим русским знакомым: «Я точно знаю, что в августе следующего года я буду в Москве», — вызвав этим улыбку на лицах присутствующих: никто из них, живущих в Москве, не мог бы сделать относительно своего будущего столь определенного утверждения. Справедливость русского взгляда на вещи в данном случае под твердилась: французский профессор не приехал следующим летом в Москву — и даже не потому, что обсуждаемый август оказался августом 1991 года (чего русские собеседники профессора, естественно, знать не могли) — а так, просто как-то не сложилось.

постараюсь

Другое слово, в котором отразилось своеобразное отношение человека к своим будущим действиям, — глагол (по)старатъся. Его специфика особенно ясно видна на фоне близкого по значению глагола пытаться. Мы остановимся лишь на тех аспектах значения глагола стараться, которые связаны с рассматриваемой проблематикой. А именно, нас будут интересовать два типа контекстов (в которых стараться наиболее труднопереводимо). Первый из них — «множественный» контекст, т. е. случай, когда подчиненный инфинитив обозначает многократно воспроизводимую ситуацию, ср.:

  • (1) Я стараюсь рано ложиться / не употреблять в речи иностранных слов',
  • (2) — Ты верен своей жене? — спросил Джон моего мужа.
  • Стараюсь, — ответил мой муж.
  • Я тоже стараюсь, — сказал Джон. Глаза его были грустные (Л. Сехон).

В таких контекстах стараться понимается, скорее всего, суммарно: Стараюсь рано ложиться не означает, что каждый вечер предпринимаю попытку лечь рано (такое «распределенное» понимание — будет у Пытаюсь рано ложиться ); стараюсь указывает лишь на наличие у человека общей установки, готовности совершить действие — если к тому не возникнет серьезных препятствий. Иногда ему это удается, иногда нет (чаще — да), однако здесь важен лишь общий положительный баланс, т. е. на оценку результата не влияет то обстоятельство, что реально человек поступает так не всегда и даже не всегда прилагает к тому усилия. Заметим, что для пытаться (в аналогичном «множественном» контексте), наоборот, наличие отдельных неудачных попыток влияет на оценку конечного результата как отрицательного. Так,

(3) Он старается быть вежливым со своей тещей

вне контекста означает, что он, в общем, ведет себя вежливо, а

(4) Он пытается быть вежливым со своей тещей

скорее всего означает, наоборот, что ему это не удается.

По сравнению со стараться, объект у пытаться более дискретный, поэтому успех здесь более осязаем. Действие стараться вообще непонятно в чем состоит: когда человек пытается, он совершает какие-то шаги, каждый раз, по

1

Лексикографическое описание слов стараться и пытаться см. в статье [Апресян 1997д].

крайней мере, приступая к совершению действия; когда же человек старается нечто делать, непонятно даже, что значит «каждый раз» — и уж тем более, в чем это «старание» проявляется. Заметим, что аналогичное различие имеется и между существительными попытка и старание. Ср.: Все его попытки были безуспешны и Все его старания были напрасны. В первом случае все обозначает множество дискретных действий, во втором — полноту охвата объекта (ср. все руки грязные). Все старания не означает множества отдельных действий, так как «старание» — это скорее некое состояние субъекта, чем само действие, и при этом состояние, как бы заменяющее собой действие.

Таким образом, специфика русского стараться — в том, что оно позволяет представить в некотором смысле ничто как деятельность, требующую затраты усилий (ср. выше о собираться ).

Второй тип контекстов, где проявляется обсуждаемое свойство глагола стараться, можно назвать ослабленным обещанием (Я постараюсь тебе позвонить). Ср. следующий пример:

  • (5) —Папа, ты меня извини, но надо как-то с Валентинам Осиповичем... Ты уж соберись, хотя я знаю, удовольствие небольшое...
  • Я поговорю, — сказал Павел Евграфович. — Постараюсь.
  • Нет, уж ты не тяни. На следующей неделе будет правление, а в конце месяца общее собрание (Ю. Трифонов).

Обсуждаемое употребление слова постараюсь особенно характерно для диалогической реакции на просьбу, ср. (5), а также (6):

(6) — По дороге купи, пожалуйста, хлеба.

а. — Постараюсь.

б. — Попытаюсь.

В (6а) говорящий сообщает, что готов выполнить просьбу, если ничто не помешает. Помешать же могут разнообразные внешние обстоятельства, как то: нехватка времени, отсутствие в магазине хлеба, а также усталость или лень (каковые тоже тем самым подаются как объективные препятствия). Здесь существенно, что обещанное действие может погибнуть в зародыше, т. е. человек может к нему даже не приступить — и при этом не будет ощущать себя не выполнившим обещание. Если же человек отвечает Попытаюсь, это означает, что он твердо намерен приступить к выполнению действия, однако сомневается, что справится с поставленной задачей (например, потому что вечером в булочной может не быть хлеба).

Большая определенность предполагаемого действия, отличающая попытаюсь от постараюсь, проявляется, например, в следующих контекстах:

(7) а. Постараюсь / попытаюсь сделать все, что вы сказали;

б. Постараюсь / *попытаюсь сделать все, что могу;

(8) а. Постарайся / попытайся съесть всю кашу;

б. Постарайся / *попытайся съесть как можно больше каши.

Пытаться в обоих случаях невозможно потому, что оно требует четко очерченной задачи; наоборот, стараться не ставит предела приложению усилий.

И постараюсь и попытаюсь представляют собой ослабленное обещание; при этом говоря Постараюсь человек обещает больше, а гарантирует меньше, а говоря Попытаюсь человек обещает строго в пределах поставленной задачи, но при этом гарантирует, что он по крайней мере приступит к ее выполнению.

Итак, характерная черта русского постараюсь — широкий диапазон охватываемых смыслов: это может быть формула пустого обещания, но может быть (для скромного человека) и выражение готовности сделать все, что в его силах.

Большинство глаголов, о которых пойдет речь ниже, обладают той структурной особенностью, что они не имеют самостоятельной ассерции: ассертивным в них является компонент ‘X сделал Р’ (или ‘произошло Р’), которым они обязаны подчиненному глаголу в инфинитиве.

удалось

  • (1) Ты хочешь написать великую книгу? Это удается одному из сотни миллионов (С. Довлатов).
  • (2) Вам не удалось в вашей пьесе передать весь аромат вашего юга, этих знойных ночей (М. Булгаков).
  • (3) Но, Боже мой, останемся в надежде, И что все же нам удастся преуспеть (И. Бродский).

Для слова удалось мы предлагаем следующее толкование (ср. [Зализняк 1992: 68]):

Х-у удалось сделать Р —

[през.] X прилагал значительные усилия для достижения Р наступление Р частично определяется внешними обстоятельствами

[асе.] X сделал Р

Роль внешних факторов в наступлении результата проявляется в характерной сочетаемости со словом авось (ср. авось удастся проскочить).

Обе указанные презумпции могут эксплуатироваться. Так, если вместо Я купил билеты сказать Мне удалось купить билеты, то это может быть понято либо как выпячивание своих заслуг (обыгрывается 1-я презумпция), либо, наоборот, как их умаление — за счет приписывания части успеха внешним обстоятельствам (обыгрывается 2-я презумпция). Второе понимание несколько менее вероятно.

Заметим, что аналогичные высказывания, например, со смог или сумел, понимаются только первым способом — так как в толковании этих глаголов нет ссылки на посторонние факторы, способствовавшие успеху. Поэтому говоря Я не смог это сделать человек возлагает ответственность за неудачу на себя (хотя реально ему могли помешать именно внешние препятствия), а говоря Мне не удалось человек, по крайней мере частично, перекладывает вину на обстоятельства.

Наиболее отчетливо удалось противопоставлено слову сумел, где, напротив, акцентируется идея личной ответственности. Так, фраза Ты не сумеешь его обмануть скорее всего значит, что ты недостаточно хитрый, а Тебе не удастся его обмануть — что он слишком проницательный.

Важная особенность, отличающая удалось от смог, состоит в том, что не удалось предполагает внешние по отношению к субъекту препятствия, а для не смог они могут быть любыми (поэтому в не удалось обязательно сохраняется намерение, а в we смог оно может перечеркиваться). Ср.:

(4) а. Мне не удалось приехать: жена заболела',

б. Я не смог приехать: жена заболела.

Первое высказывание несколько невежливо по отношению к жене, так как оно предполагает, что у субъекта было желание и намерение приехать, а болезнь жены выглядит как внешняя помеха. Во втором же высказывании болезнь жены может относиться к исходным условиям, которые учитывались при принятии решения и повлияли па отказ от действия.

успею / не успел

  • (1) Я был болен, не успел подготовить речь к сроку и отказался выступить (В. Ходасевич).
  • (2) Вы хоть что-нибудь записать успели? Ну вот, пока и довольно с вас (Вен. Ерофеев).
  • (3) В горящей его голове прыгала только одна горячечная мысль — о том, как сейчас же, каким угодно способом, достать в городе нож и успеть догнать процессию (М. Булгаков).

Слово успеть, насколько нам известно, никогда не обсуждалось в данной связи. Начнем с того, что в глаголе успеть представлена комбинация значений, отсутствующая в других языках. Так, например, по-английски не успел в одних контекстах передается как had no time (to do something), в других — как was late. Общее значение сводится здесь к идее «не совладать со временем».

Глагол успеть обладает особенностью, состоящей в нестандартном соотношении между утвердительной и отрицательной формой. А именно, не успел семантически проще, чем успел. Грубо говоря, успел значит ‘предполагалось, что не успеет сделать, а он сделал’ —т. е. ‘не успеть’ полностью входит в успеть (ср. соотношение смочь — не смочь, рассмотренное в [Зализняк, Падучева 1989: 102]). Поэтому мы формулируем отдельные толкования для успеть и не успеть.

X не успел сделать Р —

[през.] X прилагал усилия для совершения Р времени оказалось недостаточно

[асе.] X не сделал Р

Xуспел сделать Р —

[през.] X прилагал усилия для совершения Р

говорящий сомневался в том, что X сделает Р, поскольку считал, что времени, возможно, окажется, недостаточно

[асе.] X сделал Р

Пара успел — не успел отличается от удалось — не удалось, где соотношение с отрицанием стандартное: в удалось нет идеи, что говорящий сомневался в успехе или вообще имел какие-либо соображения по этому поводу. Поэтому успел обычно рематично, а удалось не имеет ограничений на коммуникативный статус. Так, во фразе

(4) Я успел купить билеты

предполагается, что возможность покупки билетов предварительно обсуждалась и подвергалась сомнению (т. е. здесь есть смысл, выражаемый частицей -таки, которая содержит презумпцию ‘возможно Р’ и ‘возможно не Р’ — см. [Широкова 1982]). Наоборот, фраза

(5) Мне удалось купить билеты

не требует подобного фона. Соответственно, в (4) успел скорее всего ударно, а в

(5) удалось может быть и безударно.

Прагматика высказываний с не успел состоит в следующем. Говоря Я не успел сделать Р вместо Я не сделал Р, человек перекладывает ответственность за несовершение действия на внешние обстоятельства (а именно, недостаток времени) — одновременно намекая на то, что прилагал усилия в этом направлении. Оба эти смысла содержатся в презумпции, т. е. здесь используется распространенный прием «лингвистической демагогии» — перемещение в презумпцию того смысла, который говорящий, собственно, и хочет передать (см. [Николаева 1988: 158]). Ср. следующий характерный пример самооправдания:

(6) Я забыл спросить, как ты добралась? Вернее, не успел (С. Довлатов).

Необходимо отметить, что все сказанное относится только к центральным употреблениям успеть — тем, в которых оно заменяется (если отвлечься от стилистических различий) на поспеть. Однако успеть имеет значительно более широкий круг употреблений. Ср.:

  • (7) Я стал рассказывать, и дошел уже до скандальной истории с Лукрецией и Тарквинием, но тут ему надо было выскакивать в Орехово-Зуеве, а он так и не успел дослушать, что же все-таки случилось с Лукрецией (Вен. Ерофеев) [Результат не зависел от усилий слушающего: он не мог бы «слушать быстрее».];
  • (8) Бухштаб однажды подошел к Олейникову в читальном зале Публичной библиотеки и успел разглядеть, что перед ним лежат иностранные книги по высшей математике (Л. Гинзбург) [Здесь скорее всего имеется в виду не то, что он очень внимательно смотрел, а просто, что времени оказалось достаточно, чтобы увидеть. Такое успеть обычно безударно.];
  • (9) Я никогда не видел живого Высоцкого. Просто не успел. Преграда времени развела наши дороги (Г. Каспаров).

Во всех этих случаях нет идеи приложения усилий (ср. невозможность замены на поспеть). Более того, успеть не обязательно предполагает одушевленный субъект, ср.:

  • (10) (...) солнце, с какой-то необыкновенной яростью сжигавшее в эти дни Ер-шалаим, не успело еще приблизиться к своей верхней точке (...) (М. Булгаков);
  • (11) За те часы, что он провел за писанием, стекла успели сильно заиндеветь (Б. Пастернак).

Эти употребления представляют собой результат семантической эволюции слова успеть, которое этимологически связано и с успехом и со спешкой (см. об этом [Виноградов 1994: 656—658]). Однако в современном языке в некоторых употреблениях слова успел на первый план выходит идея временного соотношения, а компонент воли подавляется или вообще исчезает. Предельное выражение этой тенденции представлено в употреблении этого глагола в составе союзных сочетаний типа не успел ... как (т. е. ‘сразу после’); ср.:

(12) Не успел рассказчик произнести это последнее слово, как вдруг обе собаки разом поднялись (...) (И. Тургенев).

Особый интерес представляет употребление глагола успеть (имеется в виду его основное значение) применительно к будущему. Наряду со стандартным

  • (13) — Ты успеешь сегодня закончить работу?
  • Успею.

имеется несколько сдвинутое употребление, также характерное для диалогической реакции:

  • (14) — Садись делать уроки!
  • Да ну, успею.

Связность последнего диалога обеспечивается тем, что вторая реплика выражает отказ выполнить требование, предъявленное в первой; слово успею здесь содержит мотивировку этого отказа, в качестве каковой выступает содержащаяся в слове успею импликатура ‘можно не делать немедленно’ (которая, в свою очередь, выводится из идеи достаточности времени для совершения действия). Соответственно, реплика Успеешь содержит совет (или требование) чего-то не делать, ср.:

  • (15) Анатолий Георгиевич перелистывал журнал.
  • Товарищи, успеете прочитать, — властно проговорила Мария Федоровна, — пошли! (А. Рыбаков).

В крайней форме этот смысл передается выражением Всегда успею (успеешь). Таким образом два успею (в примерах (13) и (14)) выражают почти противоположные смыслы: в одном случае ‘сделаю, хотя времени мало’, а в другом — ‘не буду делать, потому что времени много’; этот эффект поляризации значений возникает за счет перераспределения коммуникативной значимости семантических компонентов (в данном случае, за счет эксплуатации импликатуры) — ср. [Апресян 19906] о двух значениях слова поторопиться, [Зализняк 1992: 142] о двух значениях казаться.

Вот и получается, что сначала человек машет рукой: «Успею!», а потом разводит руками: «Не успел...» — и все это как бы и не по его вине. На основе второго успею возникает еще одно характерное русское словечко—успеется. Если в основе успею лежат просто легкомыслие и безответственность, то в успеется присутствует еще и надежда, что если откладывать решение проблемы, то она тем временем как-нибудь сама рассосется и необходимость действовать отпадет. Т. е. в успеется отражено то же мироощущение, которое сконцентрировано в знаменитом русском авось (проанализированном А. Вежбицкой); ср. также слово обойдется и ниже о слове образуется.

получилось — вышло — сложилось

Ряд получилось — вышло — сложилось выражает идею, что результат процесса, в который вовлечен человек, не полностью контролируется этим человеком. Эти глаголы описывают события, которые, хотя и затрагивают человека, но происходят все же как бы сами по себе — что отличает их от слов удалось и, в еще большей степени, смог. С другой стороны, данному ряду противопоставлен глагол случиться, который, во-первых, не предполагает никакого предшествующего процесса, а во-вторых — не включает фактора человеческого воздействия. Космические катастрофы, изменения климата и т. п. именно случаются. Нельзя сказать *Так получилось (вышло, сложилось), что ледник начал таять — ср. допустимое Так получилось, что температура в реакторе стала повышаться, отсылающее в конечном счете к каким-то действиям человека.

Фраза Так получилось есть идиоматический способ представить некоторое положение дел, касающееся говорящего, как возникшее как бы само собой, а не в результате его целенаправленной деятельности. Ср.:

  • Зачем ты это сделал?
  • Не знаю. Так получилось.

получилось

Мы выделяем у глагола получиться три значения.

1. (1) Получилась не каша, а размазня.

  • (2) Так получилось, что мы все приехали одновременно.
  • (3) Его длинная широкая шпага была воткнута между двумя рассекшимися плитами террасы вертикально, так что получились солнечные часы (М. Булгаков).
  • (4) Он думает, что можно взять академическую статью, прибавить к ней немного хамства — и тогда получится журнальный стиль (Л. Гинзбург).
  • (5) Собирался вечером к сестре, но, к сожалению, получилось так, что вечером он должен уехать (А. Рыбаков).
  • 2. (6) Пирог/праздник получился.
  • (7) Не получилось приехать.
  • (8) Вызови душевное потрясение у читателя. У одного единственного живого человека... (...) А если не получится? (С. Довлатов).
  • (9) «Очень хорошая статья», — сказала Ахматова, слегка наклоняя голову в мою сторону. Жест получился, он соответствовал той историко-литературной потребности в благоговении, которую я по отношению к ней испытываю (Л. Гинзбург).

Различие между первым и вторым значением состоит в распределении акцентов: в первом случае вопрос стоит «Получилось А (или не А)?»; во втором — «Получилось А или не получилось?». В первом случае акцент делается на результате; он находится в реме и песет на себе ударение; соответственно, сам этот результат является «новым», т. е. он может быть неизвестен заранее (ср. примеры

(1), (2), (5)). Для этого значения характерно также явное или скрытое противопоставление «получившегося» результата с какой-либо его альтернативой.

Во втором же значении акцент делается на совпадении реального результата с планируемым, т. е. на смысловом компоненте, выражаемом глаголом; соответственно, глагол здесь несет на себе ударение; результат, наоборот, является известным заранее, т. е. находится в теме и не имеет ударения. Получилось во втором значении сближается с удалось, ср.: Праздник удался', Не удалось приехать. В обоих этих глаголах наступление результата определяется сочетанием прилагаемых усилий с элементами случайности, но в удалось на первом плане оказывается фактор усилий, а в получилось — случая.

Когда образ результата имеется заранее, реальность может совпадать с ним в большей или меньшей степени. Поэтому получилось во втором значении, как и близкое к нему удалось, градуируется, т. е. сочетается со словами вполне, почти, не совсем (в отличие от первого, где это невозможно), ср.: Пирог вполне/не совсем получился/удался. (Заметим, что при этом фразы Пирог получился и Пирог удался означают не совсем одно и то же: получился указывает на соответствие стандарту, а удался — на исключительность достоинств.) Поэтому можно сказать особенно удался, но нельзя особенно получился.

Различие коммуникативной структуры двух значений получиться проявляется также в отношении к отрицанию: для первого значения, не рематического, сочетание с отрицанием нехарактерно, для второго же, где глагол находится в реме, напротив, отрицательная форма даже предпочтительна (Приехать не получилось).

  • 3. (10) Получается, что я зря приехал.
  • (11) Получается, что ты был прав.
  • (12) У тебя получается, что все виноваты кроме тебя.
  • (13) Получается так — мы мелкие козявки и подлецы, а ты Каин и Манфред... — Позвольте, — говорю, —я этого не утверждал (Вен. Ерофеев).
  • (14) В заявлении, например, он написал, что окончил вуз в таком-то году; получилось, что он окончил вуз четырнадцать лет тому назад (Л. Гинзбург).

Это значение — интерпретирующее, или метаязыковое (ср. отнесение слов получается и выходит к показателям «интерпретирующих речевых актов» в [Кобозева, Лауфер 1994]). Оно тесно связано с первым, так как вводит в рассмотрение некоторый спонтанный результат; отличие же здесь состоит в том, что это результат аналитической деятельности субъекта, некоторая интерпретация фактов действительности (ср. оценочные номинации в придаточных предложениях). Получается, что я зря приехал отличается от фразы Я зря приехал тем, что здесь говорящий не просто предъявляет адресату готовое суждение, а эксплицирует процесс умозаключения.

Характерной особенностью этого значения является синонимия сов. и несов. вида (ср. Получилось, что я зря приехал'), присущая многим ментальным глаголам (см. [Падучева 1993]).

Получается в указанном значении не сочетается ни с вопросом, ни с отрицанием. Это роднит данный глагол с перформативами и в еще большей степени — с так называемыми риторическими союзами (см. [Иорданская 1992]).

вышло

Во всех трех значениях глагола получиться его близким синонимом является выйти (ср. более дробную разбивку на значения в [Апресян 1990а]):

  • 1. Вышла не каша, а размазня; Так вышло, что мы все приехали одновременно; Зачем же ты уехала, да еще с малолетним ребенком? — Не знаю... Так вышло (С. Довлатов).
  • 2. Приехать не вышло; Только не напрягайте мозг. Не выйдет сегодня, выйдет завтра (М. Булгаков).
  • 3. Выходит, что я зря приехал; Да, выходила ерунда: // тот вроде хват, а он зануда (О. Чухонцев).

Между получиться и выйти имеется, однако, то различие, что вышло предполагает большую непредсказуемость результата, большую неопределенность промежуточных звеньев. Так, в ситуации, где причинная цепь прослеживается плохо, уместнее употребить слово вышло, ср. У нас вчера вышла ( получилась) ссора. Наоборот, если причинная цепь более или менее очевидна (например, в ситуации целенаправленной деятельности), то лучше сказать получилось,

ср. [ребенок строит дом из конструктора]: Ну, у тебя получился ('вышел) настоящий дворец. Ср. также: За столом нас получилось (*вышло) пять человек. Поскольку результат здесь определяется просто арифметически, слово вышло употребить нельзя.

Выйти во втором значении — в отличие от получиться — употребляется почти исключительно в отрицательном, вопросительном или условном контексте, ср.: Фотография не вышла, Если фотография выйдет..., но: Фотография вышла; У меня получилось (*вышло) его обмануть. Невозможность употребления выйти в этом значении в утвердительном контексте объясняется несовместимостью идеи достижения запланированного результата с идеей его непредсказуемости и неопределенности промежуточных звеньев, содержащейся в слове выйти.

Приведем еще один характерный пример употребления глагола выйти во втором значении (на вопросы журналиста отвечает глава администрации президента Сергей Александрович Филатов):

(15) Почему же тогда заверение президента на памятном заседании Совета безопасности о том, что Грозный бомбить не будут, было проигнорировано? Сергей Александрович объяснения этому факту не нашел. Хотя при этом сказал: «...Армия у нас хорошая. Но так в ы шл о, что координация ее действий с политическими структурами, с войсками МВД оказалась крайне неудовлетворительной» («Известия», 12 янв. 1995).

Слово сложилось (являющееся, в этом значении, новообразованием современного разговорного языка) отстоит несколько дальше: выражая ту же идею непредсказуемости событий, происходящих с человеком, оно делает акцент на том, что в ситуацию вовлечено много разных не зависящих от человека обстоятельств, и именно это порождает неподвластность конечного результата его воле. Этот глагол также употребляется лишь в неутвердительном (прежде всего, отрицательном) контексте. При этом выражение не сложилось предоставляет говорящему максимальную свободу, так как оно в большей степени, чем не получилось и даже не вышло, возлагает ответственность за неудачу на обстоятельства и предполагает еще меньшую затрату усилий со стороны субъекта: говоря У меня не получилось приехать человек имплицирует, что он по крайней мере хотел это сделать (но возникли какие-то препятствия), а в не сложилось препятствия, вообще говоря, могли возникнуть уже на этапе формирования намерения.

Рассмотренные глаголы выстраиваются в следующий ряд:

смог —удалось — получилось — вышло — сложилось — случилось.

Эти слова упорядочены по уменьшению доли ответственности субъекта за конечный результат. При этом, как было показано, в русском языке наиболее разработанной является срединная часть этой шкалы; она же представляет наибольшие трудности при переводе (так, слова, соответствующие смог, с одной стороны, и случилось, с другой, без труда находятся в западноевропейских языках — чего нельзя сказать про остальные).

довелось — посчастливилось — повезло

Все три слова указывают на то, что с человеком произошло нечто хорошее, при этом произошло как бы само собой, т. е. не благодаря его усилиям. Различия между ними определяются в первую очередь характером и местом в семантической структуре оценочного компонента.

довелось

  • (1) Марусины родители были необходимы в глубоком тылу. Побывать в окопах им не довелось (С. Довлатов).
  • (2) Но экзаменатор спросил:
    • Вы читали «Повести Белкина»?
    • Как-то не довелось, — ответил Леня, — вы рекомендуете? (С. Довлатов).
  • (3) На Ай-Петри полагается встречать восход солнца. Мне довелось встречать его дважды, причем оба раза оно — как там принято говорить — «не взошло» (Л. Гинзбург).

Х-у довелось сделать Р —

[през.] Р могло не произойти

если Р имеет место, это хорошо

Р произошло как бы само собой

[асе.] X сделал Р

В довелось событие Р является положительным не само по себе, а потому, что оно обогатило жизненный опыт субъекта, ср.: Мне довелось побывать на войне. Существенно также, что в довелось представлена оценка факта (см. [Арутюнова 1985]): хорошо, что Р имело место. Ситуация Р оценивается ретроспективно и в целом — поэтому нельзя сказать *Мне довелось прийти к ним в гости (с глаголом, делающим акцент на начальной фазе процесса), а надо Мне довелось побывать у них в гостях. Важно также, что оценка здесь всегда принадлежит говорящему и может не разделяться субъектом действия, ср.: Ему довелось повстречаться с таким замечательным человеком, а он этого не оценил.

1

Обратим внимание также на синтаксические свойства этих глаголов. Наиболее «агентивное» смог имеет субъект в номинативе, дальше идет удалось с дативом, потом — получилось, вышло, сложилось в конструкции с родит, падежом (у меня), случилось — с творит, (со мной); ср. также ниже про слово угораздило с аккузативом. Т. е. синтаксические конструкции тоже оказываются упорядочены по уменьшению агентивности (о семантике синтаксических конструкций в данной связи много писала А. Вежбицкая).

Довелось не сочетается с обозначением не-действий (ср. ^Довелось не попасть в аварию, избежать аварии, спастись от бомбежки) — потому что не-действие трудно рассматривать как элемент жизненного опыта.

Отметим, впрочем, что довелось имеет «ослабленное» употребление, в котором оценочный компонент практически исчезает (на первый план тогда выступает идея ненамеренности), ср.:

(4) Справа койка у стены, слева койка.

Ходим вместе через день облучаться,

Вертухай и бывший номер такой-то,

Вот где снова довелось повстречаться! (А. Галич).

Однако если речь идет о чем-то действительно очень плохом, то слово довелось употреблено быть не может, ср.: *Довелось потерять семью во время войны.

посчастливилось

(5) Семье Живаго посчастливилось попасть в левый угол верхних передних нар

[...], где они и разместились своим домашним кругом, не дробя компании (Б. Пастернак).

(6) Но полагаю, что и здесь организаторы были столь же предусмотрительны.

Просто мне не посчастливилось увидеть плоды их подготовительной работы (Г. Каспаров).

Х-у посчастливилось сделать Р -

[през.] вероятность Р была мала

Р хорошо

Р произошло как бы само собой

[асе.] X сделал Р

В посчастливилось, в отличие от довелось, оценка относится не к факту, а к процессу: Р хорошо само по себе (а не потому, что оно, например, обогатило жизненный опыт). Оценочный компонент в посчастливилось не может подавляться. Различаются также оценки вероятности события Р: в посчастливилось содержится указание на то, что вероятность Р была мала — в отличие от довелось, где этой идеи нет.

повезло

  • (7) Им повезло. Со двора выезжала машина. Шофер оказался Лене знаком и подвез их до Мясницкой (А. Рыбаков).
  • (8) Юрию Андреевичу не повезло. Он попал в неисправный вагон, на который все время сыпались несчастья (Б. Пастернак).
  • (9) Принято говорить: везет на друзей. Но точно так же может везти и на врагов. Карпову исторически крупно повезло, что его главным противником в течение многих лет был Корчной (Г. Каспаров).

Х-у повезло (что Р) —

[през.] Р произошло

Р — результат случайности

[асе.] (для Х-а) хорошо, что Р

Главное отличие повезло от двух предыдущих слов состоит в том, что здесь оценка находится в ассерции: во фразе Нам повезло, что сегодня жарко ситуация ‘жарко’ оценивается позитивно, а в Нам не повезло, что сегодня жарко та же ситуация оценивается негативно (т. е. отрицание взаимодействует с оценочным компонентом). Между тем в посчастливилось и в довелось положительная оценка ситуации Р при отрицании сохраняется, ср.: Мне не посчастливилось (не довелось) побывать на Памире. Благодаря тому, что оценочный компонент слова повезло находится в ассерции, оно может градуироваться, ср. очень (больше, меньше) повезло / * посчастливилось.

Наличие полноценной ассерции отличает слово повезло от всех рассмотренных выше слов (ассертивный компонент которых заимствуется у подчиненного глагола) и делает его более «самодостаточным». Синтаксически это проявляется в том, что у повезло валентность содержания является факультативной: она никогда не заполняется зависимым инфинитивом, редко — придаточным с союзом что, но может и вообще оставаться незаполненной. Обозначение ситуации Р в этом случае либо содержится в контексте, либо выводится из него, ср.:

  • Такая страшная авария, а он всего лишь сломал ногу.
  • Повезло.

Валентность содержания регулярно остается незаполненной, если повезло употребляется с зависимым существительным: повезло с погодой, с родителями', везет в картах, в любви', на друзей. Когда говорят Нам повезло с погодой, то вне контекста неясно, какая именно погода рассматривается как хорошая (это зависит от того, собираются люди на пляж, в горный поход или на рыбалку).

Яркой особенностью слова повезло является повышенная значимость презумпции ‘Р — результат случайности’, которая часто эксплуатируется. Рассмотрим следующий диалог:

  • Я получил стипендию Эйнштейна.
  • Повезло!

Ответная реплика содержит смысл ‘это хорошо’ в качестве ассертивного и смысл ‘это случайно’ — в качестве презумптивного. Соответственно, эта реплика может быть воспринята как простодушное выражение радости за собеседника —

1

Сочетание с отрицанием оценочного компонента в повезло, как и в некоторых других словах, является идиоматическим: не + ‘хорошо’ означает ‘плохо’ (ср. не любить, не нравиться). В отличие от довелось и посчастливилось, где оценка может быть любой, в повезло оценка всегда утилитарная.

если презумпция ‘это случайно’ разделяется первым говорящим, — но может и показаться обидной — если человек считает получение стипендии своим заслуженным успехом, а не случайной удачей. В некоторых случаях слово повезло используется для того, чтобы прямо указать на незаслуженность (случайность) успеха, ср.:

  • (10) «Вот пример настоящей удачливости... (...) Что-нибудь особенное есть в этих словах: “Буря мглою...”? Не понимаю!.. Повезло, повезло! — вдруг ядовито заключил Рюхин (...) — стрелял, стрелял в него этот белогвардеец и раздробил бедро и обеспечил бессмертие...» (М. Булгаков);
  • (11) Помню мамины «прививки» от зазнайства (...).' «Каждый человек в чем-то талантлив, только не всегда этот талант раскрывается. Тебе повезло, что твои способности проявились так рано. Просто повезло!» (Г. Каспаров).

Интересно, что раньше то же значение, что повезло, имело слово посчастливилось (в современном языке такое употребление является устаревшим), ср.:

  • (12) Раз, —это было за Тереком, —я ездил с абреками отбивать русские табуны; нам не посчастливилось, и мы рассыпались кто куда (М. Лермонтов);
  • (13) Другое дело Федька: этому; кажется, посчастливилось более чем Петру Степановичу (Ф. Достоевский);
  • (14) Нам посчастливилось. Осень выдалась сухая и теплая. Картошку успели выкопать до дождей и наступления холодов (Б. Пастернак);
  • (15) Нет, у нас легче было. Нам посчастливилось. Ведь я вторую отсидку отбывал (А. Солженицын).

Слово повезло входит также в другой круг понятий, не менее существенный для русской языковой картины мира. Это понятия судьба, участь, доля, удача, счастливый случай, а также авось, объединяемые идеей некой иррациональной силы, которая вмешивается в жизнь человека. Как пишет А. Вежбицкая, «“the Russian авось” epitomizes a theme which runs through the entire Russian language and Russian culture: the theme of судьба, of not being in control, of living in a world which is unknowable and which cannot be rationally controlled. If things go well for us, it is because нам повезло, not because we mastered our environment. Life is unpredictable and uncontrollable, and one shouldn't overestimate the powers of reason, logic, or rational action» [Wierzbicka 1992a: 435].

В этом смысле можно сказать, что Мне повезло означает, что события повернулись так, как если бы некая сила действовала с целью помочь мне. При этом употребляя слово повезло человек, при общей рационалистической установке, не обязательно буквально подразумевает действие некой сверхъестественной силы— он может иметь в виду просто игру случая (ср. [Арутюнова 1994: 310] о «судьбе играющей»). Однако эта сила может интерпретироваться и в более мистическом ключе. Особенно ярко это проявляется в форме несов. вида: слово везет обозначает некое трансцендентное состояние человека, определяющее ход событий, происходящих с ним. Ср. Я не пойду на экзамен: мне сегодня с утра не везет. Это проявление суеверного страха перед некой иррациональной силой (люди, подобному суеверию чуждые, такого рода высказывания и не делают). Та же идея заключена в словах везение, везучий.

угораздило —умудрился

угораздило

  • (1) Угораздило же тебя вляпаться в краску!
  • (2) Ее угораздило встретить там знакомых.
  • (3) Меня угораздило попасть под дождь (в белых брюках).
  • (4) Я думал, ты будешь делать доклад, а тебя угораздило заболеть (Овечкин. МАС).
  • (5) Как же это в самом деле, жениться-то его угораздило? (Мельников-Печерский. Словарь Ушакова).
  • (6) И угораздило это вас, батенька, в Тулу со своим самоваром приехать (Лейкин. Словарь Ушакова).
  • (7) Угораздило же меня родиться в этой таежной глуши... (С. Довлатов).

Х-а угораздило сделать Р —

[през.] с Х-ом произошло Р

то, что Р произойдет, было маловероятно

[асе.] Р плохо

В слове угораздило, так же как и в повезло, имеется полноценная ассерция — в отличие от всех остальных рассматриваемых слов. Поэтому угораздило, как и повезло, может использоваться в качестве самостоятельной диалогической реакции на сообщение о событии. Ср.:

А. — Я сегодня встретил N.

Б. —Повезло! / * Посчастливилось, * Довелось, * Удалось.

— Угораздило же! / * Умудрился.

Отличительным свойством слова угораздило является то, что оно не только содержит определенную оценку ситуации, но еще и открыто выражает некоторую эмоцию. Можно даже сказать, что оно включает встроенное междометие — что-то вроде Ну надо же! В состав эмоции, выражаемой этим междометием, входит удивление, вызванное тем, что произошло такое маловероятное или просто неординарное событие, а также сочувствие или раздражение по адресу субъекта — в зависимости от исходного отношения к нему говорящего. Если говорящий сочувствует субъекту, то он разделяет его досаду, а при отсутствии исходного доброжелательного отношения говорящий связывает происшествие с неудачли-востью субъекта и тем самым отчасти возлагает на него вину за случившееся.

1

‘С Х-ом произошло Р’ — блок толкования, состоящий из следующих компонентов: ‘произошло Р’; ‘X является субъектом ситуации Р’; ‘Р неконтролируемо для Х-а’.

В угораздило выражаются те чувства, которые человек может испытывать по поводу мелких неприятностей. Это слово неприменимо к описанию настоящих несчастий, ср.:

  • (8) Его угораздило попасть в пробку на дороге / ”в авиакатастрофу;
  • (9) Его угораздило потерять паспорт / * потерять семью.

Отдельного комментария требует компонент «маловероятно». В чистом виде — помимо тех случаев, когда речь идет действительно о маловероятных событиях (как в примерах (1) и (2)) — он представлен в том весьма характерном для угораздило классе употреблений, когда малая вероятность касается совпадения во времени некоторых двух независимых событий, каждое из которых может быть и не быть экстраординарным (как, например, в (3)). Ср. фразы (10) и (11):

  • (10) Меня угораздило забыть проездной именно в тот раз, когда пришел контролер',
  • (11) Меня угораздило наткнуться на контролера именно в тот раз, когда я забыла проездной.

Здесь очевидным образом употребление слова угораздило вызвано именно фактом совпадения — поэтому оно может безразлично присоединяться к обозначению и одного, и другого события.

Однако имеется и другой класс употреблений этого слова, когда оно используется для оценки заведомо намеренных действий. В этом случае компонент «маловероятно» реализуется в виде чего-то вроде «Говорящий удивлен» или «Говорящий не ожидал Р (не думал о возможности Р)»; на первый план при этом выходит идея неконтролируемости, содержащаяся в компоненте «произошло». Прагматика такого употребления угораздило может быть различной. В примере (5) это слово служит средством передачи (в имплицитной форме, и тем самым, более действенной) мнения, что такую глупость как жениться человек не может сделать по доброй воле. Слово угораздило может использоваться и как способ снятия ответственности за контролируемые действия — оцениваемые отрицательно либо самим субъектом постфактум, либо другим лицом. Ср.:

(12) Меня угораздило ввязаться в эту историю.

Здесь речь идет о некотором сознательном поступке, который впоследствии переоценивается и соответственно переназывается (ср. косвенную номинацию ввязаться в эту историю), а употребление слова угораздило позволяет к тому же представить эту ситуацию как не полностью контролируемую субъектом.

1

Косвенной номинацией мы называем оценочно-интерпретирующие способы обозначения ситуаций [Зализняк 1991]. В контексте глагола угораздило употребление косвенных номинаций весьма характерно, ср. приехать в Тулу со своим самоваром в примере (6).

Другой пример — из пьесы Е. Шварца «Два клена», где на признание Медведя, что он нанялся на службу к Бабе Яге, Василиса восклицает:

(13) Да как же это, Мишенька, тебя угораздило?

Слово угораздило означает здесь, что добрая женщина хочет извинить неблаговидный поступок Медведя, приписывая его скорее неполному владению ситуацией, чем злой воле.

Слово угораздило, перегруженное разного рода экспрессивными, оценочными, изобразительными и т. п. элементами смысла, не употребляется в отрицательных и вопросительных высказываниях.

Угораздило во многих отношениях сходно с не повезло', различие между ними состоит, в частности, в том, что угораздило, при всей его эмоциональности, совершенно рационалистический концепт: за несчастным стечением обстоятельств здесь не усматривается никакой мистической силы.

умудрился

Наконец, последнее слово—умудрился (а также более редкое ухитрился), которое в ироническом употреблении близко к угораздило.

  • (14) Умудрился вляпаться в краску.
  • (15) В такую жару умудрился (ухитрился) простудиться.
  • (16) Умудрился заболеть накануне отъезда.

Xумудрился сделать Р —

[през.] Р плохо

то, что Р произойдет, было маловероятно

X мог предотвратить Р

[асе.] Р произошло

Различия между умудрился и угораздило состоят в следующем. Прежде всего, умудрился не имеет самостоятельной ассерции. Кроме того, умудрился предполагает большую, чем угораздило, степень ответственности субъекта за происшедшее. Умудрился включает идею, что субъект мог бы предотвратить нежелательное событие, если бы приложил какие-то усилия. Хотя само по себе событие является неконтролируемым, ведущая к нему причинная цепь включает контролируемые звенья — например, не простудился бы, если бы не сидел на сквозняке (ср. [Зализняк 1992: 72]). Слово угораздило этой идеи не содержит, поэтому в контексте полностью неконтролируемых событий употребление умудрился неуместно: ср., например, невозможность замены угораздило на умудрился в предложении (7).

Наконец, в отличие от угораздило, умудрился содержит однозначно отрицательную оценку субъекта и не выражает никакого чувства.

Описывая слова, в которых заключены «национально-специфические» концепты, исследователь неизбежно сталкивается с проблемой переводимости. А. Вежбицкая, которая специально интересуется данной проблемой, придерживается следующей точки зрения: она отвергает распространенный тезис о невозможности полного и адекватного перевода с одного языка на другой на том основании, что любую мысль, согласно ее концепции, можно выразить на «естественном семантическом метаязыке» и перевести это выражение на любой другой язык. Последнее возможно в силу того, что используемый семантический метаязык, с одной стороны, оперирует лишь универсальными концептами, с другой — является, вообще говоря, подмножеством соответствующего естественного языка. Иными словами, тексты на этом семантическом метаязыке являются одновременно текстами на некотором естественном языке и могут, a la rigeur, рассматриваться как переводные эквиваленты.

Нельзя однако не отметить, что при переводе через семантическое представление меняется весьма важное свойство исходного текста — степень эксплицитности выраженных в нем смыслов7. Действительно, любое семантическое представление отличается от толкуемого выражения тем, что все элементы смысла представлены в нем эксплицитно, дискретно и линейно (более того, семантическое представление тем лучше, чем более ясны и отчетливы его компоненты). В словах же естественного языка степень семантической конденсации бывает очень высокой; некоторые элементы смысла спаяны между собой, а некоторые — принципиальным образом затушеваны. Насильственно разъединяя, выявляя и линейно выстраивая эти элементы, мы не только изменяем форму подачи смысла, но и меняем сам смысл. Труднее всего перевести в словах то, что в них как бы и не сказано: при переводе на язык семантического представления (а значит, в общем случае, и при переводе на другой язык — по крайней мере, в рамках обсуждаемой модели) все эти смыслы приобретают равную определенность. Между тем «национальная специфичность» слова чаще всего определяется специфичностью присутствующих в нем неявных смыслов; она заключена в тех бесплотных и трудноуловимых смысловых элементах, которые передаются подспудно как нечто самоочевидное. К таким смыслам в русском языке относится компонент ‘[произошло] как бы само собой’ в рассмотренных нами глаголах, описывающих целенаправленную деятельность человека. Слова, содержащие такого рода смысловые компоненты, труднее всего перевести: при переводе то, что должно читаться между строк, приобретает тяжесть и определенность, которые все меняют.

То, что слово не равно сумме содержащихся в нем смыслов, можно проиллюстрировать следующим отрывком из «Анны Карениной» (разрядка наша. — А. 3.,И.Л.у.

7 В статье [Вежбицкая 1990: 142] прямо утверждается, что различия в степени эксплицитности выражения смыслов не являются семантическими.

Степан Аркадьич помолчал. Потом добрая и несколько жалкая улыбка показалась на его красивом лице.

  • А? Матвей? — сказал он, покачивая головой.
  • Ничего, сударь, образуется, — сказал Матвей.
  • Образуется?
  • Так точно-с.

Степан Аркадьич мог быть спокоен, когда он думал о жене, мог надеяться, что все образуется, по выражению Матвея, и мог спокойно читать газету и пить кофе.

<•••)

«А может быть, и образуется! Хорошо словечко: образуется,—подумал он. — Это надо рассказать».

Если бы Стиве просто кто-то сказал, что все будет хорошо и что это произойдет в результате естественного хода вещей, постепенно и незаметно (что есть своего рода экспликация слова образуется), то он вряд ли бы поверил. Силой убеждения здесь обладает само слово образуется (ср. «хорошо словечко») — благодаря тому, что в нем все эти элементы смысла выражены одновременно и нерасчлененно. Это, с одной стороны, дает человеку уже готовую, апробированную опытом других людей (закрепленную в слове) и тем самым вызывающую определенное доверие концептуальную конфигурацию; с другой стороны, из-за того, что элементы смысла здесь столь тесно спаяны друг с другом и столь неотчетливы сами по себе, что человеку трудно «ухватить» какой-либо один из них, чтобы подвергнуть его сомнению.

Авторы пользуются случаем выразить благодарность членам семинара Ю. Д. Апресяна в ИППИ РАН и Славистического семинара Университета Экс-ан-Прованс под руководством М. Гиро-Вебер, принявшим участие в обсуждении настоящей работы, а также А. А. Зализняку, Л. Л. Иомдину и В. Туровскому за замечания по тексту статьи.

  • [1] Лексикографическое описание слова собираться и его синонимов (намереваться, намерен, думать, планировать) см. в статье [Левонтина 1997г].
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >