Вера и разум

Августин стоит на позиции превосходства веры над разумом. Основой и главным источником человеческих знаний он провозглашает веру в божественный авторитет, зафиксированный в Св. Писании. Совершённый Адамом и Евой и переданный всему человечес тву грех исказил человеческий разум, серьёзно ослабил его силу. Поэтому бессильный сам по себе человеческий ум должен искать опору в божественном откровении.

И всё же для подкрепления веры нужны элементы философского подхода. Августин не отвергает их с порот а, как это делает, например Тертуллиан, провозгласивший — «Верую, потому что абсурдно». Философский подход, т.е. с позиций разума, характерен для Августина, когда он аллегорически, символически истолковывает многие положения Библии.

Идея о превосходстве веры над разумом высказывалась и до Августина. Но предшествующие «отцы церкви» содержание веры, божественного откровения искали только в Библии. Августин же провозгласил, что последнюю инстанцию всякой истины составляет авторитет церкви, как единственной и никогда не ошибающейся толковательницы.

Августин не просто провозгласил положение о превосходстве веры над разумом, а пытался его философски обосновать. Всё содержание человеческого познания он выводит из двух источников. Первый — это личный опыт любого человека, его чувственный контакт с предметами и явлениями природного и человеческого мира. Этот источник серьёзно ограничен, знания здесь поверхностны и несущественны. Второй источник — другие люди, и он во много раз богаче и значительнее. Такое опосредствованное знание Августин и называет верой. Но он необоснованно отождествляет веру в то, что человек узнает от других людей, с религиозной верой в освящённые церковью авторитеты. Ведь вера первого рода в конечном итоге опирается на опыт, на коллективный опыт всего человечества, и её истины могут быть проверены практически. Ио это невозможно сделать с «истинами», которые содержатся в Св. Писании и в церковном предании.

Таким образом, Августин явно принижает разум, лишает его самостоятельности. Без помощи христианского откровения он, якобы, не может обосновать, в сущности, ни одной истины.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >