На пути к единому Ширвану

«Предназначили Божьи святые скрижали Развернуться в сраженьях знаменам Фатали».

Надпись на перстне Фатали-хана Лезгинского

Ширван в середине XVIII столетия

В середине XVIII в. на территории Ширвана проживало более двадцати народностей и этнических групп многочисленного населения, которое исповедовало суннитскую (в основном) и шиитскую (в меньшинстве) идеологии. Кроме того, там жили общины горцев, исповедовавшие христианство и иудаизм. Утверждение отдельных историков о том, что объединение происходило внутри этнически однородного населения (азербайджанцы, турки - авт.), обладающего общей территорией, языком и культурой, является грубой фальсификацией исторической действительности. Эти народы не являются коренными для Ширвана, они пришли сюда как завоеватели, как кочевые племена, расселившись на богатых и плодородных землях Восточного Кавказа. И вообще, Ширван никогда не был этнически однородной страной. Он был и остается многонациональной землей, исторически принадлежащей лезгинской группе народов.

В прикаспийских провинциях Ширвана развивались ведущие отрасли экономики - земледелие и скотоводство, различные промыслы (нефтяные, соляные, рыболовные), видное место занимала торговля. Нефть и соль являлись основными товарами в торговом обороте Бакинского ханства.

Во второй половине XVIII в. шел процесс восстановления и развития городов Баку, Дербент, Шемаха, Шеки, Сальяны, Гянджа, Панахабад. В городах Ширвана кроме основной массы населения жили беки, придворное духовенство. Города были административными политическими центрами с обособленными феодальными хозяйствами. В них росло количество городских жителей, и они

Условные обозначения:

Кубинское ханство

Дебентское ханство

Бакинское ханство

Талышскле ханство

Ширванское (Шемахинское) ханство

Шекинское ханство

Ганджинское ханство

Джаро-Белоканские джамааты

Карабахское ханство

Картли-Кахетинское царство

Дагестанские владения (Тарки, Кази-Кумух, Каракайтаг, Табасаран и др.)

Азербайджанские владения, подвластные Персии

Эриванское ханство

Имеретия

Нахичеваньское ханство

Западно-грузинские владения, подвластные Османской Империи

Кабарда, подвластная

Российской Империи

Аварское ханство

Примерная территория государства

Фатали-хана в период своего расцвета продолжали оставаться центрами ремесленного производства и торговли.

На основе развития и углубления общественного разделения труда, как в сельском хозяйстве, так и в ремесленном производстве, стали развиваться рыночные связи, возник внутренний рынок. Торговля развивалась преимущественно денежная, но вместе с тем сохранилась и меновая торговля. Натуральный обмен был развит большей частью в деревнях, на сельских рынках.

Рыночные связи стали развиваться между отдельными частями и городами. Шемаха, будучи хозяйственно-географическим центром Ширвана в прошлом, служила главным центром большой торговли, где скрещивались караванные пути с севера на юг - в Иран, Баку, а также из Грузии, Карабаха и Шеки - в Прибрежные районы Каспийского моря. Во второй половине XVIII в. Шемаха вновь восстановила свое экономическое значение, постепенно превращаясь в крупный торговый центр.

Другим большим рынком обслуживания Дагестана и Ширвана был Дербент. «В Дербент привозятся из Шемахи шелк и шелковые материалы, лауджы и тому подобное, из г. Таркав, Марена кубачин-ское сукно, бурки, мед, масло коровье, горские сушеные груши, ружья, пистолеты и сабли из Дагестана, из Баку смола, нефть и соль. Из Дербента в Баку вывозили уголь, фрукты, доски, шерсть»[1].

В Дербенте изготовляли кожевенные изделия, ткали ковры, сукна и другие шерстяные материи, а также шелковые ткани. Крестьяне селений, расположенных в окресностях Дербента, занимались хлебопашеством. Здесь производили такие культуры, как пшеница, ячмень, сорочинское пшено и др. В Дербенте, как и в Кубе, было развито садоводство и виноделие, выращивали виноград, гранаты, миндаль, айву, яблоки, орехи, дыни, арбузы, разводили шелковицу. Одним из главных промыслов местных жителей, как и населения Апшерона, являлось шафрановодство.

Большие доходы кубинскому хану приносили сальянские владения. В первой половине 1760-х гг. казна Кубинского ханства ежегодно получала из Сальян доходы в сумме до 25 тысяч рублей. Эти доходы складывались из налоговых поступлений от населения, таможенных пошлин и сумм, полученных казной от реализации продукции или сдачи на откуп рыболовных и соляных промыслов. «Доходы собираемые Фет-Али-ханом (Фатали-ханом - авт.} с жителей сальянских состоят в подушных деньгах и пошлине.. .».

В устье Куры и в Сальянах имелось много рыболовных промыслов. Выловленную рыбу - лососей и, по-видимому, осетров - вывозили в Дербент, Кубу, Баку и другие города Ширвана. Кроме того, из

Астрахани, как сообщал С.Г. Гмелин, ежегодно приходило к устью Куры по несколько судов русских купцов, промышлявших ловом белуги, севрюги и осетра, а также вывозивших часть улова местных рыбаков в пределы России.

Рыболовные промыслы в год приносили доход в сумме до 8 тысяч рублей, а из сальянских соляных озер ежегодно добывалось до 20 тысяч пудов соли, на которую в то время был большой спрос. В 1764 г. рыболовные промыслы и соляные озера были отданы в аренду астраханскому купцу Аврамову.

Сальяны считались одним из лучших портов и важным местом для торговых складов.

Прикаспийские провинции имели огромное торговое значение. Через Дербент, Баку и Сальяны шли морские торговые пути, связывающие Россию, а через нее и всю Европу с Персией и Индией. Через эти города, а также через Кубу и Шемаху проходили караванные пути, имевшие немаловажное значение. Особенно заметную роль в торговле играл город Баку. Из Баку шли местные караванные пути в Шемаху, Кубу, Шеки, Тебриз.

В XVIII в. Баку выступает как крупный международный транзитный торговый центр. В то же время он имел огромное значение и для внутренней торговли. Сюда часто приезжали дагестанские торговцы, купцы из Дербента, Кубы, Шеки, Галяна.

С.Г. Гмелин писал, что Бакинская бухта в то время являлась самой лучшей гаванью в Каспийском море. По сообщению М. Би-берштейна, Баку - «единственный обширный и удобный порт»[2] на западном побережье Каспия. Не случайно в источниках отмечалась чрезвычайно важная роль, которую играл город Баку в российской торговле на Каспии.

Дербент как торговый порт уступал Баку. Береговая линия у Дербента была усеяна камнями, препятствующими нормальному судоходству. Поэтому в Дербент прибывало намного меньше судов, чем в Баку или Сальяны. Однако Дербент сохранял свое ведущее значение в караванной торговле.

С середины XVIII столетия сильно выросла торговля в Сальянах. Определенное торговое значение приобретает в то время и Ленкорань. Из прикаспийских провинций Ширвана вывозились нефть, соль, хлопчатобумажные и шелковые ткани, ковры, хлопок, шерсть, шафран, марена, фрукты, скот и другие товары. Из России в Шир-

ван через Баку, Сальяны, Дербент ввозили железо, сталь, металлические изделия, холст, сукно, тафту и т.д.6

Кубинское ханство энергично использовало экономические ресурсы Ширвана. О развитой торговле в этом ханстве С.Г. Гмелин писал: «Из Шемахи шелк возят во всю Персию и Россию, из внутренней Персии привозят в город разные, там сделанные, шелковые и бумажные материи»7. Главным предметом торговли Ширвана оставался шелк.

Таким образом, во второй половине XVIII в. значительно оживилась хозяйственно-экономическая жизнь Ширвана. В нем шел процесс постепенного экономического возрождения, восстановления. Выросла сеть крупных и мелких торговых и ремесленных центров, вступивших в оживленные рыночные связи с сельскохозяйственными районами страны. Вновь поднялись, после временного упадка, города, стабилизировалось сельское хозяйство, расширилось ремесленное производство, усилились торгово-экономические связи между различными землями восточного Кавказа и Закавказья. Некоторое оживление хозяйственной жизни происходит в Ширване в 60-80-х гг. XVIII в., когда внешнеполитическая обстановка стала для него более или менее благоприятной, когда прекратились турецкие и персидские вторжения, окрепли связи некоторых ширванских ханств с Россией.

Вместе с тем, в экономике Ширвана существовало еще много проблем. Страна полностью не вышла из затяжного хозяйственноэкономического кризиса, в котором она оказалась в результате длительной разорительной войны, навязанной со стороны персидских и турецких захватчиков. Существовали факторы, которые мешали развитию производительных сил, становлению новых производственных отношений. В недрах феодального строя ширванских ханств, как и во всем Закавказье, развивались ростки новых прогрессивных производственных отношений, консолидировались силы, выступающие за объединение разрозненных феодальных земель в одно государство, в один общенациональный рынок, способный включиться в систему рынков соседних стран.

Прикаспийские провинции Ширвана традиционно поддерживали широкие торговые сношения с Россией, что способствовало развитию экономической жизни городов Ширвана.

В середине XVIII в. Ширван, весь Восточный Кавказ и Закавказье продолжали находиться в сложном политическом положении.

Трудности были связаны с тяжелыми последствиями грабительской политики персидских и турецких захватчиков, их многочисленными и опустошительными нашествиями, обострением

  • 6 ЦГВИА, ф. перс., д. 16, л. 123.
  • 7 Гмелин С.Г. Указ. соч. С. 100.

феодальных распрей и усилением эксплуатации горских народов местными правителями.

В стране происходили противоречивые политические процессы: с одной стороны, народы региона освободились от тяжелого и длительного гнета, получили передышку, стали восстанавливать народное хозяйство, развивать торгово-коммерческие связи с соседними странами, а с другой стороны, Ширван перестал быть единым политическим, экономическим и духовным целым. В нем, как в Закавказье и Дагестане, образовалось множество самостоятельных ханств, раздираемых внутренними и внешними противоречиями, феодальными междоусобицами и взаимно опустошительными войнами, которые стали тормозить поступательный ход исторического процесса, задерживали развитие производительных отношений. Прогрессивно настроенные силы Ширвана стали консолидироваться вокруг сильных, дальновидных феодальных владетелей для объединения лезгинских земель, возрождения единого централизованного государства, которое обеспечило бы безопасность его народам от внешних врагов. В то же время Ширван оставался яблоком раздора между соседними государствами - Персией, Турцией и Россией, они постоянно вмешивались в его внутренние дела, мешали объединительному процессу.

На фоне этих противоречий тяжелого внутриполитического, социально-экономического положения в недрах Ширвана происходили активные процессы, основные тенденции которых формировались по четырем направлениям.

Первое из них развивалось вокруг самого Ширвана, его роли и значения в геополитике соседних государств - России, Турции и Персии. Он по-прежнему занимал ведущее военно-политическое и торгово-экономическое место в Кавказском регионе, привлекая внимание завоевателей. Здесь находился и основной военно-стратегический Албанский (Дербентский) проход, соединяющий юг и север. Он имел большое военно-политическое и торговое значение для соседних стран.

Особенно велико было значение Ширван в торгово-экономическом плане. В свое время он был житницей Ирана. Персидские феодалы выкачивали из Ширвана большие материальные ценности. Через него шла морская торговая магистраль, связывающая, с одной стороны, Россию с Персией и далее с Индией, а с другой - Персию с Европой. В Ширване были расположены лучшие торговые порты - Баку, Дербент, Сальяны и Низабад. Нефть, соль, шафран, хлопчатобумажные и шелковые изделия, фрукты, ковры, скот и шерсть являлись главными предметами экспорта из Ширвана.

Свержение сефевидского владычества на Восточном Кавказе, распад Персии, образование на ее обломках самостоятельных феодальных государственных образований - ханств, привели к резкой активизации политики соперничавших в этом регионе соседних держав.

Захватническую политику по отношению к Ширвану и всему Закавказью проводили правящие круги Османской Турции. Суть ее политики состояла в захвате Кавказа, создании здесь прочного плацдарма для противодействия возможным военными акциям России и Персии. Турецкая империя стремилась добиться исключительного господства на Черном и Каспийском морях.

Строя свою кавказскую политику, турецкие власти рассчитывали на поддержку протурецки настроенных ширванских и дагестанских правителей, на суннитскую идеологию. Кроме того, они использовали ослабление Персидской империи, феодальные распри, раздирающие персидское общество, чтобы добиться исключительного господства на Черном и Каспийском морях.

Такая политика турецких султанов противоречила основным стратегическим целям восточной политики России. Она, не имея достаточных сил для завоевания Кавказа, не хотела утверждения на Восточном Кавказе своего злейшего врага - Турции.

Что касается правящих кругов Персии, то их политика состояла в сокращении своих позиций на Кавказе, особенно в его Восточной части и в Закавказье, достигнутых в пору своего могущества. Персия вынуждена была проводить такую мирную политику из-за политического, экономического и культурного упадка, а также усиления в ней феодальной борьбы.

Захват турками Ширвана, особенно его приморских районов, поставил бы под угрозу жизненно важные интересы России, закрыл бы ей пути в ряд восточных стран, с которыми она была традиционно связана, перерезал главную линию коммуникаций с Закавказьем и Ираном, подверг бы опасности южные границы Российской империи. Поэтому Россия прежде всего направляла свои войска в Ширван, держала мощный флот на Каспийском море.

Кроме того, в закавказские дела активно вмешались западные державы, прежде всего Франция и Англия, заинтересованные в ослаблении военно-политической и экономической позиции России на Восточном Кавказе.

Наиболее дальновидные владетели Ширвана понимали эту постыдную борьбу, которую вели турецкие и персидские захватчики с помощью английских и французских союзников, вынашивали штаны противодействия их военно-политическим поползновениям, искали помощи и поддержки со стороны могущественной Российской империи.

Второе направление политического процесса формировалось вокруг политики России в Ширване, вокруг русской ориентации феодальных и общественно-политических сил региона.

Восточный Кавказ (Ширван, Дагестан) оказался в сфере внешней политики России с выходом ее на побережье Каспия в середине XVII в. Она имела к этому времени небольшой прикаспийский район с крепостью Тарки и несколько казачьих станиц не левом берегу р. Терек. В разработке и осуществлении русской политики на Восточном Кавказе многое сделал Петр I. Как уже подробно освещалось в первой части этой книги, в 1722 г. он совершил свой знаменитый Персидский поход в Дагестан и Ширван, завершившийся оккупацией Каспийской прибрежной зоны от Ширвана до Баку.

Впоследствии, когда к власти в Персии в 1736 г. пришел Надир-шах (1688-1747), по его требованию Россия вынуждена была оставить эти земли и вывести свои войска за Сулак. После смерти Надир-шаха, падения персидской империи, в Ширване, как во всем Закавказье, образовались самостоятельные феодальные образования - ханства. В этот период Россия была заинтересована в сохранении феодальной раздробленности и феодальной междоусобицы в этом регионе. Одновременно она укрепляла свои позиции на Северном Кавказе. В середине XVIII в. русские войска вплотную подступили к главному Кавказскому хребту. Для того чтобы развить успех, необходимо было иметь опору на Восточном Кавказе и в Закавказье. В этих условиях политика России на Восточном Кавказе сосредоточилась на трех направлениях:

Во-первых, она состояла в усилении роли и позиции России на Восточном Кавказе (Ширван, Дагестан) и обеспечении безопасности ее южных рубежей от турецких и персидских поползновений. Поэтому Россия в своих походах в Закавказье прежде всего направляла свои войска в Ширван, держала мощный флот на Каспийском море.

Во-вторых, она выразилась в развитии и углублении торгово-экономических связей в интересах развивающейся российской промышленности. Русские дворяне и купцы были заинтересованы в этом. Продвижение России на юг давало им возможность распространить русскую колонизацию до Кавказских гор, а приобщение южного Кавказа к России создавало новую серьезную базу для зарождающейся русской промышленности и большие возможности для развития транзитной торговли со странами Востока.

В-третъих, шло развитие и углубление в регионе российской ориентации среди местных правителей, вольных обществ и других общественно-политических сил, сторонников российского государства. Временная оккупация прикаспийской части Ширвана Россией, установившиеся связи местного населения с российскими купцами и военными, а также возросшее значение России в кавказских делах способствовали укреплению политических, экономических и торговых связей с Россией.

В решении этих вопросов Россия встречала сильное сопротивление со стороны Турции и Персии, поддержанное Англией, Францией и другими европейскими государствами.

Третье направление политического процесса осуществлялось по линии ослабления позиций Персии и Турции в Ширване, во всем Закавказском регионе. Оно было связано с объективными процессами исторического развития, но, кроме того, имело и свои субъективные причины.

Первая из них состояла в падении Персидской империи, освобождении многих народов, в том числе народов Ширвана, от персидского ига, образование в Ширване, во всем Закавказском регионе множества самостоятельных феодальных ханств, которые стали проводить антиперсидскую политику. В этих условиях персидские феодальные владетели вынуждены были смириться со своим положением, не проявлять особой активности в своих военно-политических поползновениях в Кавказском регионе.

Вторая причина была связана с военно-политическим, экономическим и духовным ослаблением Османской империи и ее позиций на Восточном Кавказе.

В середине XVIII в. Турция выглядела отсталым государственным образованием военно-феодального характера. Она переживала глубокий упадок. В то же время она продолжала оставаться огромной империей, расположенной на трех континентах. Территория Османской империи простиралась от Северной Африки до Персидского залива, включая арабские страны, западную Грузию, Крым (до 1774 г.) и страны Балканского полуострова. В Закавказье Турецкая империя граничила с Ширваном и Восточной Арменией.

Сами турки говорили о своем государстве, что оно саблей добыто и саблей только может быть поддержано.

Турецкие методы - «деньги и кинжал» - решали все. Административно-политическая система не знала твердых законов. Везде царила жестокость. Духовенство, опираясь на ислам, творило беззаконие и произвол, отличалось фанатизмом, неприятием иных вероисповеданий.

Внутреннее положение империи было непрочным. Активизация освободительной борьбы в покоренных странах усугубляла кризис Османской империи. В то же время опасность турецкой агрессии по отношению к соседним странам, особенно в Кавказском регионе, оставалась реальностью. Здесь, после падения Персидской империи и усиления феодальной борьбы внутри персидского государства, турецкая захватническая политика столкнулась с интересами Российского государства. К тому же многие феодальные владетели Восточного Кавказа и Закавказья отвернулись от турецкой политики.

Третья причина ослабления турецкой позиции в Кавказском регионе состояла в особенностях политики России. Суть ее заключалась в вытеснении Турции со всего Кавказа.

Четвертая причина отражала отрицательное отношение к Турции и Персии подавляющего большинства ханств Восточного Кавказа и Закавказья. Ширван и Закавказье на протяжении многих веков были объектом кровавых нашествий персидских и турецких захватчиков. Не раз народы региона подвергались физическому истреблению со стороны этих государств, уничтожались и предавались огню города и села, постоянно угонялось в рабство население. Особенно свежи были в сознании людей Ширвана злодеяния Надир-шаха. Память об этом тяжелом прошлом передавалась из поколения в поколение, поддерживая ненависть к вековым врагам. Поэтому многие феодальные руководители, политические и духовные авторитеты сразу же после подавления иноземного ига заняли антиперсидскую и антитурецкую политику.

Четвертое направление политического процесса развивалось по линии собирания феодальных земель Ширвана для возрождения в нем централизованной государственности как противовеса военнополитическим поползновениям персидских и турецких завоевателей и набегам соседних дагестанских феодалов.

В 50-х гг. XVIII в. по всему Кавказу шла острая борьба между владетелями небольших образований. Эту борьбу еще более подогревали турецкие и персидские завоеватели. Междоусобные войны особенно сильно разоряли Ширван, ослабляли его военно-политический и экономический потенциал, наносили большой ущерб хозяйственно-экономической жизни, тормозили восстановительные процессы. В обстановке феодальной неурядицы возрождение централизованной государственности в Ширване и сближение с Россией стали актуальными задачами всех политических сил. Четко обозначились три центра собирания ширванских земель: на северо-западе Ширвана - Шекинское ханство; на юго-западе - Карабахское ханство и на востоке - Кубинское ханство.

Шекинское ханство (Шеки) как независимое лезгинское государственное образование существовало с последней четверти XIV в. В середине XVI в. оно было подчинено персидской державе. В первой трети XVII в. входило в состав Лезгистана Хаджи-Давуда. А в 1743 г. вновь обрело самостоятельность.

В создании независимого Шекинского ханства - большая заслуга Хаджи Челеби-хана, который возглавлял освободительную борьбу, а впоследствии стал основателем и главой ханства. Предки Хаджи Челеби-хана были знатными людьми, и сам он являлся образованным и отважным, энергичным и предприимчивым человеком. Со временем в вассальную зависимость от Шекинского ханства попали Куткашенское, Кабалинское и Арешское султанства. Ему подчинялись также Джаро-Белоканские джамааты. Оно вело длительную борьбу против Гянджи и Шемахи, пытаясь подчинить эти лезгинские земли своему влиянию.

Политике усиления Шекинского ханства противостояли соседние Карабахское, Гянджинское, Нахичеванское и Шемахинское ханства в союзе с грузинскими царями Теймуразом II и его сыном Ираклием II. Они не дали Хаджи Челеби-хану объединить все шир-ванские земли.

За Гянджу и Казах в 1751-1752 гг. между Шекинским ханством и грузинскими царствами шла ожесточенная борьба. В 1752 г. недалеко от реки Акстафы Хаджи Челеби-хан разбил объединенные силы грузинских царей и утвердил свою власть над Казахским и Барчалинским магалами и тем самым преградил путь Ираклию II к Гяндже. Дальнейшая борьба между ними шла с переменным успехом. В 1762 г. восточно-грузинские царства объединились, во главе Картли-Кахетии встал Ираклий II (1720-1798) из рода Багратиони, который в русско-турецкой войне 1768-1774 гг. выступил на стороне России, обретя в ее лице сильного союзника.

В деятельности Хаджи Челеби-хана наблюдалось стремление объединить Шекинскую область, а возможно и весь Ширван, добиться прочной государственной самостоятельности. Не случайно Хаджи Челеби-хан в следующих словах обозначил свой титул на могильном камне: «Хаджи Челеби Султан, сын Курбана, хаким (правитель) Шеки, эмир (правитель) Ширвана».

Фактически Хаджи Челеби-хан не был правителем Ширвана. По-видимому, в памятной надписи выражены его политические цели, намерение подчинить своей власти весь Ширван.

Западный центр собирания Ширванских земель возглавляло Карабахское ханство. Оно занимало большую территорию: от реки Араке до озера Гокча, от реки Тертер до Мегры, Татева, Сисиана. В Карабахское ханство входили весь равнинный и Нагорный Карабах, Зангезур, Бергуша.

В период существования государства Кавказской Албании на территории Карабаха жили лезгинские племена. В дальнейшем, в ходе исторического процесса, они частично были вытеснены из Карабаха, а частично смешались с армянскими, тюркскими и курдскими племенами. В середине XVIII в. Карабахское ханство подвергалось опасности со стороны некоторых претендентов на шахскую власть в Персии, а также соседних ханов. В конце 40-х гг. XVIII в. войска Панах-хана при крепости Баята дважды разбили и отбросили войска Хаджи Челеби-хана. Однако угроза не миновала, ибо соседние феодалы участили свои набеги на Карабах, особенно с юга.

В условиях феодальной междоусобицы Панах-хан трижды сменил резиденцию ханства: из крепости Баята переместился в Шахбу-лаг, затем в 1750-1751 гг. он на высокой отрывистой горе основал неприступную крепость Панахабад. Позднее ее стали называть Шуша.

О причинах основания Шуши историк Мирза Джамал Джа-ваншир писал: «Феодальные приближенные Панах-хана в диване (правительстве - авт.) рассуждали: «Мы не можем положиться на преданность соседних с нами ханов, и легко случится, что они, подстрекая Мухаммед Хасан-хана, в союзе с ним предпримут против нас поход и народ карабахский будет затоптан многочисленностью их ополчения. Что касается до Шахбулага, то будем ли мы в состоянии в подобной крепости отразить гораздо нас сильнейшего врага? Мы неминуемо должны будем погибнуть, если не построим более верный против них оплот, и потому не лучше ли основать другую крепость в неприступном месте нашей земли.. .».

Новая столица ханства - Панахабад, расположенная в центре его территории, была окружена высокими стенами и укреплена иными сооружениями. В Панахабаде чеканили монету. Через него шел торговый путь, связывавший Тифлис с Тебризом и персидскими городами. Позднее Панахабад стал одним из важнейших ремесленно-торговых центров Ширвана.

В Карабахском ханстве шла постоянная борьба внутри самого ханства, особенно между центральной властью (турецким ставленником) и армянскими феодалами - меликами. Панах-хан и его преемник Ибрагим-хан Карабахский, сломив центробежные силы феодалов-меликов, подчинили своей власти Гюлистанское, Чыра-бертское, Хаченское, Верендинское и Дизакское меликства.

Основным населением образовавшегося Карабахского ханства являлись армянские, курдские, лезгинские и турецкие народы. Карабахское ханство охватывало обширные и богатые в хозяйственноэкономическом и культурном отношении земли Ширвана. Карабахская низменность с древнейших времен славилась скотоводством и сельским хозяйством.

Панах-хан и его преемник Ибрагим-хан Карабахский проводили политику объединения соседних ханств вокруг Карабаха, вели длительную борьбу за Карадаг, Гянджу, Шемаху, Шеки и другие ширванские земли. В деятельности Панах-хана отчетливо проявилось стремление собирать воедино раздробленные ширванские земли. Он добился значительного успеха благодаря сплоченности подвластных ему феодалов, боевым качествам армии, помощи и поддержке Ираклия II, а также многочисленным естественным

1

Газета «Кавказ». № 65 за 1855 г.

укреплениям. В политике собирания ширванских земель карабахские ханы встречали сопротивление со стороны лезгинских ханов Шеки и Кубы.

В пределах Ширвана образовались также Елисуйское, Кутка-шенское, Арешское, Казахское и Шамшадильское султанства. К северо-западу от Елисуйского султанства были расположены Джаро-Белоканские джамааты. Небольшое ханство - Джавадское - как по размеру территории, так и по своему политическому влиянию и экономическим ресурсам не отличалось от султанств.

Некоторые из перечисленных ханств Ширвана существовали в виде улька еще в XVII в., когда они представляли феодальные вассальные владения, управлявшиеся наследственными правителями. Однако большинство ширванских ханств возникло в конце 40-х гт. XVIII столетия, после падения персидского государства Надир-шаха, когда из пределов Ширвана повсеместно были изгнаны его ставленники и союзники.

В это же время происходит усиление роли России в решении ширванских проблем. Во второй половине XVIII в. Российская империя значительно окрепла. В ходе семилетней войны (1756-1762 гг.) ее войска, разбив армии Фридриха II, заняли Берлин (1760 г.). Эта победа произвела сильное впечатление на всю Европу.

Россия становилась одной из самых сильных держав мира. Ее правительство приступило к осуществлению весьма важных внешнеполитических задач: дальнейшему воссоединению с Россией украинских и белорусских земель, находившихся еще под властью Речи Посполитой, укреплению положения России в Прибалтике, присоединению земель, расположенных по берегам Черного моря. Осуществление этих задач наталкивалось на сильное противодействие Англии, Франции, Пруссии, Австрии, Турции и других государств. Турки и их данники - крымские татары, пользуясь поддержкой Англии и Франции, мешали русскому судоходству на Черном море, своими опустошительными набегами тормозили развитие производительных сил южных областей России. Во второй половине XVIII в. Россия дважды воевала с Турцией, дважды разгромила ее.

Английские и французские правящие круги видели в сильной, растущей России опасного соперника как в Европе, так и на Востоке. Поэтому они стремились объединить против России Турцию, Польшу и Персию.

Важное место во внешнеполитических планах Российской державы занимал Кавказ. Вместе с тем, Кавказ и Закавказье были объектами экспансионистской политики турецких и персидских феодалов. Стремясь к захвату богатств Ширвана, Армении, Грузии и порабощению их народов, турецкие и персидские завоеватели рассчитывали использовать территорию Закавказья как важнейший стратегический плацдарм в борьбе против России. «Интересы трех государств - России, Турции и Персии - сталкивались на перешейке между Черным и Каспийским морями»[3]. Между этими державами шла упорная борьба за Закавказье.

Неимоверные жестокость и произвол, насилие и грабежи, физическое истребление характеризовали политику персидских и турецких захватчиков в отношении кавказских народов, в том числе населения Ширвана-Лезгистана. Нашествия и гнет завоевателей тормозили ход исторического развития всех народов Кавказа.

Что касается России, то она во второй половине XVIII в. по уровню развития производительных сил стояла на более высокой ступени развития. Союз с этой империей для кавказских народов являлся несомненным благом. В 1851 г. Ф. Энгельс в письме к К. Марксу отмечал, что «Россия действительно играет прогрессивную роль по отношению к Востоку...», что «господство России играет цивилизующую роль для Черного и Каспийского морей и Центральной Азии, для башкир и татар». Вопреки захватнической политике царизма, сближение народов Кавказа с Россией и последующий переход под ее власть имели чрезвычайно важное и прогрессивное значение.

Присоединение Кавказа к России избавило бы лезгинский, грузинский, армянский народы от опасности физического истребления, ускорило экономическое и культурное развитие Ширвана.

Во второй половине XVIII в. в России сложились благоприятные условия для активизации внешней политики в кавказском регионе. Назовем основные ее позиции.

Первая позиция была связана с военно-стратегическим значением Кавказа и обеспечением безопасности южных рубежей Российской империи в этом регионе. В нем сталкивались военно-политические интересы как России, так и Персии. После ослабления Персии и Турции особый интерес к делам Восточного Кавказа проявлял турецкий султан, который вынашивал планы господства в этом регионе. Это противоречило интересам России, которая не хотела иметь в своих южных рубежах постоянного противника в лице султана Турции.

Турецкие захватчики всячески противодействовали усилению влияния России на Кавказ. В этих целях они использовали междоусобную борьбу между ширванскими ханами и мусульманскую религию.

Вторая позиция касалась торгово-экономических интересов России в этом регионе, на Восточном Кавказе особенно. Русские промышленники были заинтересованы в этом. Продвижение на юг давало им возможность распространить русскую колонизацию

до Кавказских гор, а приобщение Кавказа к России создавало новую сырьевую базу для зарождающейся русской промышленности. Большое значение Кавказ имел и для транзитной торговли со странами Востока.

Борьба за Кавказ облегчалась и растущей тягой к союзу с Россией со стороны местных владельцев, и ростом числа сторонников русской ориентации среди различных слоев кавказского населения. Этому способствовали развивающиеся экономические связи народов Кавказа с Россией и надежда горцев найти защиту от произвола местных феодалов. Особенно сильной была тяга к России со стороны народов Восточного Кавказа.

В войне 1768-1774 гг. султанская Турция была разгромлена русскими войсками, как на суше, так и на море. Победу эту обеспечили талантливый русский полководец П.А. Румянцев, герой Чесменского боя адмирал Г.А. Спиридонов и уверенно подымающийся на вершину военной славы А.В. Суворов. По мирному договору с Турцией Россия получила выход к Черному морю. Крым был объявлен самостоятельным. Турция вынуждена была признать совершившееся еще в середине XVI в. присоединение к России Кабарды.

Успехи России в войне с Турцией благоприятно сказались на положении всего Кавказа. Объявление самостоятельности Крыма затруднило вмешательство Турции в Северо-Кавказские дела, узаконенное положение Кабарды открыло России прямой доступ в Грузию через Дарьяльское ущелье. Кавказские владельцы еще охотнее стали идти на сближение с Россией.

Благоприятная для России обстановка сложилась после присоединения к ней Крыма. Крым издавна был орудием Турции в ее враждебной политике на Кавказе. Крымские ханы по указанию Турецкого Султаната совершали разбойные набеги и на мусульманский Северный Кавказ, и на христианское Закавказье. Из Крыма на Кавказ под видом мусульманского духовенства постоянно засылались турецкие агенты. В 1783 г., присоединив Крым к своим владениям, Россия решительно ликвидировала этот очаг разбоя и диверсии Турции на Кавказе.

Во второй половине XVIII в. политическая и стратегическая обстановка на Кавказе изменилась так, что русские войска смогли уже вплотную подступить к главному Кавказскому хребту. Для того чтобы развить успех, необходима была опора в Закавказье и на востоке Кавказа.

Решающими шагами в этом направлении было обращение царя Ираклия II с просьбой принять Картли-Кахетинское царство под покровительство России и последующее подписание в крепости Георгиевск в 1783 г. трактата, по которому признавался протекторат России над Грузией. В соответствии с этим трактатом русские во йска в ноябре 1784 г. вступили в Грузию. Вслед за Ираклием II под протекторат России стали стремиться многие правители Восточного Кавказа.

В Дагестане еще со времен Восточного похода Петра I под покровительством России находилось большинство владений кумыкских князей. Большую роль в укреплении русских позиций в Дагестане играла построенная в 1735 г. крепость Кизляр.

Во второй половине XVIII в. русское правительство приняло ряд мер к укреплению своего военного положения на юге. На Сулаке были установлены две воинские заставы, задача которых состояла в пресечении набегов татар со стороны Кубани. В1763 г. была заложена крепость Моздок.

Одновременно с проведением военных мероприятий усилились экономические связи России с Кавказом. На Кавказ стали завозить больше товаров российской промышленности, а в 1765 г. Екатерина II издала указ, по которому кабардинцы и кумыки были освобождены от уплаты пошлины на продажу изделий местного производства и скота в русских крепостях и поселениях.

Усиление России на Кавказе, направленное на обеспечение и распространение ее политического влияния далее на Закавказье, вызвало тревогу в правящих кругах Османской империи.

Таким образом, во второй половине XVIII в. в Ширване сложились объективные условия внутриполитического, социально-экономического и внешнеполитического характера, которые способствовали возрождению Лезгистана, созданию в Ширване сильного и независимого государства.

Подводя итог этой главе, перечислим основные факторы, объективно способствующие объединительному процессу.

Первый фактор. Господство в экономике ширванских ханств феодальных отношений, которые сковывали развитие товарного производства и не давали простора производительным силам.

Во второй половине XVIII в. в Ширване ведущими отраслями хозяйства оставались земледелие и скотоводство. Страна продолжала находиться в полупатриархальной стихии. Хозяйство носило натуральный характер, почва обрабатывалась примитивными орудиями, характерными для низкого уровня производительных сил феодального строя[4].

Основные пахотные, сенокосные земли, земельные угодья, пастбища, оросительные каналы составляли собственность светских и духовных феодалов. Вместе с тем, существовала единоличная соб-

ственность непосредственных производителей-крестьян, ремесленников.

Формы земельной собственности были по сути своей феодальными. Среди них заметное место занимал мюльк, являющийся полной собственностью земледельца, не связанного с обязанностью несения государственной службы. Владелец такого вида собственности - мюлькодар - имел право распоряжаться ею по личному усмотрению.

Одной из типичных форм земледелия в Ширване был тиуль. Тиуль - это форма земледелия, которая имела строго определенное значение, она являлась условной собственностью феодала, связанной с отбыванием ханской службы. Владелец тиуля пользовался налоговым и судебным имуществом на пожалованной ему земле и пастбищах, но не имел права распоряжаться тиулем как своей полной собственностью. Тиуль как феодальный институт был характерен для всех ханств. В тиуль, наряду с рентой-налогом, жаловались и земля, населенная крестьянами, и само хозяйство. Крестьяне были зависимыми и несли повинности, а именно платили в пользу тиуль-дара налоги.

Земли, принадлежащие мусульманским мечетям, священным гробницам, назывались вакуфными и находились во владении духовных феодалов. В вакуфные владения входили также дома, лавки и караван-сараи. Они находились на особом положении, пользовались всевозможными льготами и были освобождены от податей и повинностей в пользу ханской казны.

Во второй половине XVIII в. деление земель на государственные и дворцовые было ликвидировано. Эти земли стали называться ханскими. Ханское землевладение было самым значительным по количеству и качеству земель и пастбищ, населенных крестьянами. По ханскому фирману (именному указу) значительная часть земель и пастбищ за несение службы передавалась в виде лена служилым бекам и лично свободным крестьянам во временное или пожизненное владение.

Значительное место в Ширване занимало крестьянское общинное землепользование. Община имела в своем распоряжении сенокосные земли, луга, пастбища. Сельская крестьянская община носила устойчивый характер и существовала во всех ханствах. Земельная община как орудие восточного феодализма была выгодна феодалам. Она объединяла крестьян по территориальному признаку и управлялась старшиной, аксакалом. Община с ее круговой порукой была удобной формой землепользования для феодальной эксплуатации крестьянского населения и продолжала оставаться главной причиной застойности и косности сельского хозяйства, орудием феодального угнетения крестьян.

В сельском хозяйстве крестьян Ширвана XVIII в., наряду с основными занятиями крестьян - земледелием и скотоводством, существовали и домашние промыслы. Они были связаны, главным образом, с обработкой сырья для своего потребления и с барщинной работой на земледельца. Такой вид соединения крестьянских промыслов с земледелием, типичный для средневекового феодального хозяйства, характерен и для Ширвана XVIII в.

Помимо крестьянских промыслов, в Ширване было развито ремесло. Оно на протяжении веков существовало как основное занятие если не большинства населения, то значительной его части. Ремесло в городах в основном отделилось от сельского хозяйства.

Например, в Шемахе в 70-х гг. XVIII в. действовало около 1500 ручных ткацких станков. В этом городе производились разные сорта шелковых тканей: дараи, мов, тафта, канавус. В Кубе развилось ковроткаческое производство, производились ковры, которые отличались высоким качеством, красивым рисунком и яркостью красок. В Гяндже изготовляли шелковые, хлопчатобумажные, шерстяные ткани и кожевенные изделия. Селение Лагич в Ширване было известно производством медной посуды и оружия. Искусные мастера-литейщики Лагича отливали даже небольшие пушки.

Развитие ремесленного производства и обмена способствовало росту сферы рыночного обращения. Ремесленник в силу необходимости закупки сырья и продажи своих изделий обращался к рынку. Вместе с тем, при наличии значительной хозяйственно-экономической обособленности различных частей Ширвана друг от друга рынки носили местный характер и не были тесно связаны между собой.

Господство феодальных отношений, нашествия иноземных захватчиков, кровопролитные междоусобицы - все это сковывало развитие товарного производства и не давало возможности для превращения его в производство капиталистическое.

Второй фактор. Классовая структура ширванского общества, тесно связанная с жестокой феодальной эксплуатацией и тяжелым феодальным гнетом, породила классовый антагонизм и классовую борьбу, которые, в свою очередь, были направлены против феодального строя и феодальных отношений. Существовало два основных антагонистических класса - класс феодалов и класс крестьян.

Господствуютций класс составляли светские и духовные феодалы: ханы, султаны, мелики, беки, тайфабаши, агалары, тиульдары, маафы, верхушка духовенства. Все они занимали различное положение на феодальной иерархической лестнице и отличались размерами и формами землевладений, правовым и материальным положением.

Во главе феодальной иерархии стоял хан. Ханы были самыми крупными феодалами: скотоводами и землевладельцами. Они владели большими посевными площадями, летними и зимними пастбищами, хлопковыми плантациями, оросительной сетью. Им также принадлежали большие табуны лошадей, стада овец, гурты крупного рогатого скота. В вассальной зависимости от хана находились беки, султаны, тиульдары, маафы. Хану служили привилегированные подданые - мулязимы. Все они несли различную административную и военную службу у ханов, являлись их надежной опорой.

После ханов на феодальной иерархической лестнице стояли султаны и мелики. Султан в Ширване XVIII в. - крупный феодал.

Беки делились на владетельных и личных (служилых). Бекское звание было в Ширване широко распространенным, а сами беки -многочисленными подданными хана, составляющими основное ядро господствующего феодального класса.

Владетельные беки были родовитыми, особо привилегированными землевладельцами. Они часто принимали участие в заговорах, направленных против политики объединения разрозненных земель, являлись хранителями старины, сторонниками раздробленности.

Служилые беки несли военно-административную службу у ханов, за что получали определенное пожалование в виде земель, населенных крестьянами-райятами. Пожалование было связано со службой, поэтому оно носило условный характер. Служилые беки были заинтересованы в том, чтобы находиться в зависимости от одного сильного сюзерена, выступали за сильную государственную власть.

Бекское звание иногда получала выслужившаяся придворная челядь, люди из низшего сословия. Нередко ханы использовали их для своих выгод и сохранения власти. Содержание свое беки получали за счет крестьян и ремесленников, чем приводили их в совершенную нищету.

В Борчалах, Казахе и Шамшадиле распространенным было звание ага, что равносильно званию владетельного бека. В Карабахском ханстве и в ряде других мест Ширвана оно означало знатную особу, потомка хана.

Маафами, в широком понимании этого слова, называли лиц, освобожденных от налогов и податей в пользу ханской казны, с обязанностью несения службы. По ханскому фирману маафы получали определенные доходы с селений; звание маафа было наследственным.

Такая особая категория населения, видимо, была необходима ханам для военных целей: маафы входили в земские ополчения, из них формировались надежные войсковые соединения.

Податные эксплуатируемые массы ширванского населения также были различными. Туда в основном входили зависимые крестьяне, райяты и ранджбары, городские ремесленники и т.д. Райяты составляли основную массу крестьян. Они являлись ханскими «подданными» вообще, а с другой стороны - социальной категорией зависимых крестьян. Зависимые крестьяне - райяты, арендуя землю у феодалов, обязывались обрабатывать ее своим инвентарем и платить натуральные и денежные сборы, нести различные повинности. Райяты не имели права выхода из общин, а те из них, которые покидали свои места проживания, подвергались репрессиям: их ловили и водворяли в прежние владения.

Другую категорию зависимых крестьян составляли ранджбары. Они отличались от райятов тем, что были лишены орудий производства и работали только в господских хозяйствах, т.е. являлись еще более бесправной частью населения Ширвана.

Во второй половине XVIII в. в условиях непрерывных междоусобных войн число ранджбаров увеличилось. Беки, ханы и другие феодалы захватывали и уводили в свои хозяйства пленных крестьян, размещая их на своих землях.

В Ширване все етце продолжало обитать кочевое население, сохранившее отсталую племенную организацию и патриархально-родовой быт.

Вождям племен - тайфабаши - подчинялись эляты - крестьяне, которые также являлись райятами. Размеры их повинностей определялись обычаями.

В этот период исчезали ранее имевшиеся в Дербенте и Шемахе невольничьи рынки. Однако рабство в форме купли-продажи людей в незначительном размере еще сохранялось.

В Ширване из трех форм ренты преобладающее место занимала рента продуктами как переходная, промежуточная форма между отработочной и денежной рентами. Она возникла на базе феодальной собственности на землю и на средства производства при фактической личной зависимости крестьян от феодалов.

Формы феодальных повинностей, податей, налогов, вытекавшие из основного экономического закона феодализма, были различными. В виде мал-у-джахат (синоним - бахра) феодалы присваивали прибавочный продукт, созданный трудом райятов. Сборы в виде мал-у-джахат взимались в пользу дивана (правительства) или частного землевладельца. Размеры их колебались от 1/10 до 1/3 доли валового урожая. В Нахичевани, Еревани, Карабахе мал-у-джахат назывался бахрой. Разновидностью мал-у-джахат в Кубинском ханстве был дех-йек (десятина) - сельскохозяйственный сбор, равный в среднем 1/10 дохода.

Барщинная работа крестьян в личном хозяйстве землевладельца называлась бияром. Бияр существовал во всех ханствах Ширвана, хотя виды и сроки его были различными. Крестьяне обрабатывали земли, убирали хлеб, пасли скот феодала, заготовляли для него дрова и солому, строили дома и т.п.

Имелись и такие виды сбора, как «даргалык» - сбор натурой или деньгами в пользу сборщика - чиновника. Их размеры часто увеличивались произволом сборщика.

«Байрамлык» (подарки) крестьяне приносили по случаю религиозных и светских праздников, а также при торжественных церемониях. Этот вид сбора в Кубинском, Шекинском и Карабахском ханствах в определенном размере являлся обязательным для райятов.

Существовали также «баг пулу» - сбор с садовых доходов, «атар-пасы» - отложения для корма бекских лошадей. Взимались и подушные налоги с податных сословий, с лиц мужского пола, достигших пятнадцатилетнего возраста. Имелась даже почтовая повинность.

Ремесленные производства и торговля также облагались различными поборами. Сборы пошлин взимались на основе ханского установления с ремесленных изделий, за продажу бязи, шелка, скота, за все виды мелочной торговли. Имелись мизанные (весовые), рахтарные (таможенные) пошлины и т.д.

Размеры податей и повинностей точно не были разграничены. Корыстолюбивые феодалы и сборщики этим пользовались, произвольно увеличивая обложения крестьян.

Отсутствие единой монетной системы, обшей меры веса, а также различные виды поборов препятствовали развитию экономики страны, тяжело отражались на ремесленниках и податных городских сословиях.

Перечисленные виды и формы поборов, податей и повинностей далеко не исчерпывают все существовавшие в то время повинности. Отмечены лишь наиболее общие и типичные из них.

Интересы феодалов требовали постоянного расширения земельной собственности, населенной зависимыми крестьянами, роста норм феодальной ренты, выкачивания прибавочного продукта из непосредственных производителей. Трудящиеся массы нищали в результате тяжелой феодальной эксплуатации.

Классовая борьба эксплуатируемых масс, главным образом крестьянства, принимала различные формы: бегство от хозяина, убийства феодалов и т.д. Например, в 1769 г. в Шемахе вспыхнуло «народное возмущение», направленное против феодальной эксплуатации и угнетения. В1775 г. имело место выступление дербентцев - городских податных сословий, носившее антифеодальный характер.

Третий фактор. Политическая раздробленность Ширвана, основанная на его экономической разобщенности, породила феодальные междоусобицы, разорительные войны, которые разрушали народное хозяйство, уничтожали народонаселение, тормозили развитие производительных сил, способствовали консервации отсталых общественных отношений.

Особенно тяжело отразились на жизни широких народных масс нашествия иноземных захватчиков. В результате этих нашествий и междоусобных войн разрушались города, сжигались селения, вытаптывались поля, огороды, уничтожались сады. Десятки тысяч ширванских крестьян и ремесленников были убиты, замучены, угнаны в неволю в чужие страны. Так, в результате похода Надир-шаха в 1742-1743 гг. только в Ширване было убито не менее 15 тысяч человек. По приказу кровавого деспота в Ширване был сооружен минарет из отрубленных человеческих голов[5]. Персидские полчища полностью опустошили и разрушили Шемаху - один из древнейших городов Ширвана.

Еще более изощренно и жестоко поступали с ширванцами турецкие захватчики. В результате этих захватнических войн экономика Ширвана находилась в глубоком упадке. Торговля резко со

кратилась. Городская жизнь замирала. Страну охватил страшный голод, люди умирали, спасались бегством.

В условиях раздробленности в 50-х гг. XVIII в. в Ширване шла сильная междоусобная, разорительная борьба между феодалами. В стране царили неурядица и беспорядки, о чем уже говорилось в данной главе.

Междоусобные разногласия феодалов еще более усилили внешнюю опасность. Узкоклассовые интересы феодалов мешали им осознать угрозу, исходящую со стороны Турции и Персии. В этой исторической обстановке создание сильного государства Ширвана-Лезгистана было единственным спасением.

Объединение земель Ширвана вокруг Кубинского ханства -значительное явление в истории Восточного Кавказа.

  • [1] Архив АН СССР, ф. 99, д. 14. л. 469. 2 Гмелин С.Г. Путешествие по России. Ч.З. - СПб., 1785. С. 115.
  • [2] Биберштейн М. Описание провинций, расположенных на левом берегу Каспийского моря, между реками Терек и Кура. - Баку, 1948. С. 15. 2 ЦГВИА, ф. ВУА, д. 18486, л. 62. 3 Зубов П.П. Картина кавказского края. Ч. IV. - СПб., 1835. С. 169.
  • [3] Соловьев С.М. История России. Т. XVIII. Кн. 4. С. 662. 2 Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. - М.: Политическая литература, 1954. Т. XXL С. 211.
  • [4] Абдуллаев Г.Б. Из истории Азербайджана во второй половине XVIII в. / Труды института истории. Т. XIV. - Баку, 1960. С. 59.
  • [5] Архив инет, истор. АН. Аз. ССР. Док. 154. С. 93,165.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ   След >